Мертвец (ЛП), стр. 29
— Нет, — огрызнулся я. — То есть, да. Но нам нужно сосредоточиться.
— Я знаю, знаю. — Каспер исчез в своем кабинете и вернулся с двумя коричневыми бутылками.
— У тебя есть "Корона"?
— Я больше не пью эту гадость. Это крепкий напиток. Тебе понравится. На вкус как кубинский кофе.
Он открутил крышечки и протянул одну мне. Я сделал большой глоток. Гораздо гуще, чем я привык. В моем состоянии это было трудно сделать.
— Ты уверен, что у тебя нет "Короны"?
— Привет, Бро. За десять лет пиво сильно изменилось. Сейчас все делают мини-пиво. Даже в этом городе.
— Отлично, — сказал я, делая еще один глоток и усаживаясь в кресло. — Расскажи мне, что ты знаешь. С самого начала.
Старина Каспер решительно кивнул и разложил свои принадлежности для татуировки. Он пододвинул к себе стол и разложил на нем чернила, иглу, гигиенические салфетки и свое пиво. Затем он плюхнулся на табурет и стал рассматривать дело своих рук на моей ладони.
— Это шлем Благоговения, древний символ защиты викингов. Во всяком случае, упрощенный. Ее трудно наносить чернилами. Еще труднее использовать. — Он изучил татуировку под разными углами. — Теперь она выглядит дерьмово.
— Это еще хуже, чем сейчас. Щит полностью разбит.
Он кивнул и достал пулю, которую вытащил из моей груди.
— Две вещи. Во-первых, это.
Он бросил пулю в мою свободную руку. Это была не серебряная пуля и не что-то в этом роде, а обычная круглая пуля. Она была слегка деформирована после удара о кость, но не разбилась. На ней были чёткие, едва различимые надписи. Святые Костей использовали против меня магические пули.
— Ты тоже этим занимаешься? — ехидно спросил я.
— Ни в коем случае, Хосе. Я работаю только на оборонку, бро. Если бы такой одиночка, как я, занялся торговлей оружием, кто-нибудь пристрелил бы меня, белого. Я работаю на оборонку, и все ко мне хорошо относятся. Это не так выгодно, но я живу ради того, чтобы тратить свои деньги.
— Или пропить их.
Каспер улыбнулся и отхлебнул пива.
— Жизнь, это опыт, а не вещи.
Я понимал, что он не шутит, но его дружеский совет не помог. У меня не было ни опыта, ни вещей. Только огромная пустота на месте моей жизни.
Каспер допил пиво и громко рыгнул.
— Какое бы исцеление или броня у тебя ни были, они отлично защищают от пуль. Конечно, ты не неуязвим. Никто неуязвим. Но ты чертовски лучше среднестатистического медведя. Эти зачарованные пули доставят тебе немало хлопот. Они пробивают магические барьеры. Они нанесут тебе урон, но Шлем должен был выдержать. Не возражаешь, если я возьму твое пиво?
Каспер потянулся за бутылкой, но я покачал головой. Он поставил бутылку на стол и взял иглу.
— Тебе сейчас вообще не стоит пить алкоголь.
Байкер без предупреждения воткнул иглу мне в ладонь. На этот раз я был готов. Поверьте, татуировка на ладони, ничто по сравнению с пулей в груди. Я слушал, что говорит Каспер.
— Тебе нужно обновлять татуировку раз в пять лет или около того. Это оригиналы, которые я нарисовал давным-давно. Как и мышцы, разум нужно поддерживать в форме. Ты ходишь в спортзал, но игнорируешь свою татуировку.
Я кивнула, восхищаясь его работой.
— О которой ты мне и должен был рассказать.
Он рассмеялся.
— Да. Простите меня. Я становлюсь... философом, когда выпью. — Каспер откашлялся и заговорил своим ворчливым голосом, который одновременно завораживал и раздражал. — Так когда это было? Девять лет назад? Десять? Не знаю, но к тому времени тебя уже не было в живых. Я даже рискнул и поспрашивал. KIA, бро. Так говорили на улицах. В твоей работе пропавший труп, это странно, но я решил, что тебя сожгли.
Я сжал зубы.
— Так и должно было случиться.
Он кивнул.
— Похоже на то. В общем, чуть позже ты пришел с каким-то страшным типом. Большой. Африканец. Похоже, он был хорошо знаком с мокрой работой. Он был немногословен, и меня это устраивало. Ты тоже не говорил, и это меня пугало.
— Он был гаитянином?
— Я так не думаю. Готов поспорить на пиво, что он родом с родины. Что-то в нем было слишком чужеродное, как будто он не вписывался сюда.
— Анимист?
— Не могу сказать наверняка, но у меня от него мурашки по коже.
— Похоже, это тот, кто убил Мартину. Кажется, его зовут Асан, но, полагаю, ты не расслышал его имени.
—Ты угадал. Я так не работаю.
Полное имя или биография помогли бы, поскольку я не видел его в лицо. Но Каспер видел. Он видел его вблизи и не думал, что он гаитянин. В сочетании с ананси, вернувшимся в Кулинарный Дом, и Африкой это имело смысл. Вероятно, это соревнование с Святыми Костей. Больше черного о преступлениях чернокожих. За исключением того, что я был инициатором.
Теперь, когда Каспер был в ударе, он продолжал действовать.
— Большой человек дал мне технические характеристики и достаточно денег, чтобы сохранить это в тайне. Я сделал свое дело. Медленно. Знаешь, сколько времени ушло на то, чтобы их нарисовать? Месяцы еженедельных сеансов. Он хотел, чтобы они были очень мощными, и ты с этим справился. — Каспер вздохнул и покачал головой. — Знаешь, я пытался поговорить с тобой, когда он вышел на задний двор. Но ты не хотел ничего слушать. Я знал, что у тебя проблемы, но думал, что ты просто ввязался в какую-то новую компанию. Я думал, что ты делаешь мне одолжение, держась от меня на расстоянии. Только через пару лет я понял, насколько все плохо.
И это было правдой. Меня отвели в мастерскую, чтобы доработать двигатель. Блестящий зомби последней модели, со всеми наворотами. Гордость чьей-то конюшни.
— Я не помню, — только и сказал я.
Каспер молча закончил раскрашивать. Он перешел к линии на моем предплечье, укрепил края и заострил наконечники стрел. Его работа стала чище и острее, чем раньше. Может быть, это было именно то, что мне было нужно.
В какой-то момент я задремал, но проспал недолго. Как раз на пару кружек пива. А может, и на три, как в случае с Каспером. Проснувшись, я почувствовал себя странно, как будто мое тело принадлежало кричащему ребенку, которому все не нравилось. Я попытался не обращать внимания на Каспера, но он был настойчив.
— Я не могу допустить, чтобы ты умер в моей мастерской, Циско. Друзья.
Я зевнул и проверил его работу.
— Если хочешь знать, мне почему-то стало лучше.
Он покачал головой.
— Никакой исцеляющей магии, вот уж дудки. Выясни, что они с тобой сделали, и ты сможешь заработать кучу денег.
— И все это за десять простых платежей твоей бессмертной душой.
Он попытался улыбнуться, но смех застрял у него в горле. Каспер был серьезен. В мастерской повисла неловкая тишина. Он хотел что-то сказать, но не знал как, а я хотел что-то сказать, но не знал что. Когда-то Каспер был мне почти другом. Может быть, сегодня я бы даже не назвал его своим другом. От былой веселости не осталось и следа. Теперь Каспер был настроен решительно. Он подводил итоги. Ничего больше.
Он встал.
— Слушай, у тебя есть где остановиться, бро?
Вот и все. С этим покончено. Я больше не буду ночевать у него на диване. Не буду прятаться в его тату-салоне. Не буду больше пить его крепкий кубинский кофе. Старик сделал для меня все, что мог, но пришло время двигаться дальше.
— Не знаю, — признался я. — После того как я очнулся в мусорном контейнере, мне все равно, где ночевать.
Он кивнул, но вопросов не задавал. Я понял, что ему не нужны ответы. Он уже знал достаточно, чтобы подвергнуть себя опасности.
Когда я встал, ноги у меня дрожали, но постепенно я пришел в себя. Я натянул майку обратно на голову, она была вся в крови и пятнах. Секунды шли, и мне нужно было быстро принимать решение.
В голове у меня всплыл образ дома Эвана. Несмотря на лекции о черной магии, я был почти уверен, что могу на него положиться. Мой лучший друг был очевидным решением. Он бы даже не расстроился, что я не пришел на ужин.
Но я не мог встретиться с Эмили. Еще нет. Я бы предпочел жить на улице, а мой старый план, умереть, не сработал. По причинам, которые постепенно становились мне ясны, я чувствовал себя лучше.