Вечные Пески. Том 11 (СИ), стр. 13

Лучники отправили навесом стрелы со светящимися наконечниками. Другие бойцы стали раскидывать светящиеся камни, целясь и под стену, и в отдалённые участки. В этом зеленоватом сиянии было видно, как в отдалении появляются первые отряды демонов.

И тут же проваливаются в ямы-ловушки, наступают на «колючки», дёргаются на шипах. Их нагоняют и пытаются обогнать другие демоны, но и сами встревают в другие ловушки, замедляются… А их нагоняют новые и новые демоны…

И так раз за разом, волна за волной. Кольцо врагов вокруг крепости сжималось, конечно… Но гораздо медленней, чем в прошлую ночь.

Это давало людям время и подготовиться к битве, и настроиться на неё. А лучникам и орудийникам ещё и облегчало прицеливание. Ухнули башенные стреломёты, отправляя первые снаряды. Зазвучали команды триосмов, наводивших лучников на цели.

А самое главное, наш план работал. Враг хоть и продолжал идти вперёд, но медленно. И не трогал при этом те ловушки, куда сам не попадал, оставляя их для демонов, идущих следом. Мы всё-таки нащупали, как использовать тупость низших против орды.

Глава 251

Ловушки стали для демонов знатной неожиданностью. Как обычно, они повалили сплошной массой с разных сторон. Охватили крепость в кольцо и, не разбирая дороги, пошли на приступ.

Это их и сгубило.

Первыми сработали колышки и «колючки». И те, и другие были разбросаны вокруг холма так часто, что люди под вечер и сами боялись лишний раз пройти.

Ещё и каменные шипы, смотревшие из земли под небольшим углом. Всё это многообразие тут же заставило первые ряды демонов спотыкаться. На мелочи демоны, может, внимания и не обращали, но проткнутая насквозь нога — это проткнутая насквозь нога. Её надо снимать по той же траектории, по которой насадил.

Гухулы, у которых ноги были босыми, просто получали глубокие раны. Песчаные люди, состоявшие из спрессованного песка, теряли ступни. Демонические аусси, наколовшие лапы, взвизгивали и падали, насаживаясь ещё и боками.

Нет, колышки не убивали, но и бегать не давали. Всё-таки внутри каждого демона были подобия инстинктов, позволявшие двигать конечностями так, чтобы не падать. Однако на изменение формы этих самых конечностей, видимо, псевдоинстинкты не распространялись.

«Колючки» — согнутые гвозди, связанные по три — лежали гуще, но показали себя не такими удачными. Они, конечно, впивались в ступни, рвали псевдоплоть и заставляли демонов терять чёрную кровь, а та, вытекая, уносила с собой и жизненную силу… Отчего демоны наверняка слабели. Однако успеха, какой развили колышки, «колючки» не показывали.

Ямы с кольями тоже себя показали неплохо. Демоны, не обращая внимания на странные пятна на земле, проваливались по колено. Колья, вбитые в дно, делали свою работу, и враги застревали, создавая позади заторы. Орда же, как и всегда, пёрла вперёд, не считаясь с жертвами. В итоге, любой застрявший демон умирал под ногами собратьев.

И вскорости все ямы оказались забиты. Одни — останками застрявших гухулов. Другие — чёрным песком низших демонов. В общем, ямы-ловушки оказались слишком удачными, отчего уже вскоре — слишком неудачными. Вот такое противоречие.

Но… Как говорили в моей прошлой жизни, птичка по зёрнышку клюёт. Польза от ловушек была немалая. А на будущее просто стоило сделанные выводы учитывать. Главное, что идея о несмертельных ловушках, в итоге, оправдала себя.

Ну а когда враг добрался до подножия холма, ударили башенные стреломёты. Тяжёлые стрелы, с тихим свистом уходящие в темноту, врезались в плотную массу врага. Каждый выстрел пробивал разом по несколько тварей.

А затем и лучники присоединились, стреляя навесом. Жаль, правда, огромным запасом стрел мы похвастаться не могли. Из-за чего далее стрельба велась непостоянно и прицельно.

Ледяной склон стал последним рубежом. Демоны, которым «повезло» до него добраться, попали в сложную ситуацию. Первые же шаги по льду оборачивались падением. Твари скользили, цеплялись когтями, но нашёптанный лёд был крепок и гладок, как стекло. Его не каждый коготь мог взять. И демоны невольно скатывались вниз, заодно сбивая идущих следом.

Спустя три-четыре чаши у подножия холма выросла куча-мала. И из чёрного песка, и из переломанных тел. Те, кто оказался внизу, были раздавлены массой собратьев.

Однако орда — на то и орда, что сдаваться не умеет. И мы, к счастью, про это отлично помнили. Стоило нам оценить эффект от ловушек, как сверху едва ли не тёмной стеной обрушились ахалги. Я, не теряя ни удара сердца, зашептал, поднимая песчаный щит. Алана и Саший уже держали ледяные купола. А Ферт, Мирим и Ашкур — песчаные, как и я. Летучие твари бесполезно бились о преграды, однако часть их всё же прорывалась дальше. И началась почти уже привычная битва с воздушными налётчиками.

Пока все отбивались от ахалгов, жизненная сила убитых демонов лилась рекой. А я, пользуясь случаем, создавал песчаных воинов прямо под стеной. И тут же приказывал им расходиться в стороны, оцепляя крепость по окружности.

Вот только пришлось мне перестать следить за склоном. Все силы и внимание уходили на защиту от ахалгов и создание «нашёптышей». Мои люди рубили летающих гадёнышей, а я вынужден был, чтобы и дальше спокойно шептать, окружить себя вихрем, который добивал бы тех врагов, что прошли через защиту. Между тем, обстановка вокруг накалялась. Кочевники, задрав луки, стреляли вверх. Заговоры шептунов прокатывались над крепостью.

А внизу, на склоне, по-прежнему кипела борьба демонов и льда. И первые, к сожалению, побеждали. Лёд уже не был прежним: его покрывали глубокие царапины и слой чёрного песка. А демоны поднимались всё выше и выше по склону. К счастью, там, на самой вершине, их уже ждали мои «нашёптыши». Оставалось лишь избавиться от ахалгов, которые всё никак не заканчивались…

Бой под стенами разгорелся с новой силой. Однако теперь это был привычный штурм, а не хаотичный натиск. Кольцо демонов медленно сжималось. Песчаные воины, гибнущие под ударами, тут же сменялись новыми. Ахалги тревожили меня всё меньше и меньше. Я черпал жизненную силу, оставшуюся от убитых. И за её счёт только преумножал своё нашёптанное воинство.

Понервничать заставили разве что пришедшие на бой шесть бурусов. Эти гиганты, как и всегда, шли медленно, возвышаясь над толпой, как движущиеся холмы. Лучники и стреломёты сразу же перенесли огонь на них. Тяжёлые стрелы вонзались в песчаные тела одна за другой. И вскоре, не выдержав напора, четверо великанов рухнули ещё на дальних подступах.

А вот двое последних добрались до вершины, где их и встретили. Мои «нашёптыши» накинулись на гигантов, рубя ноги и карабкаясь на спины. Всего через четверть гонга оба буруса уже лежали горами песка.

А ночь, между тем, подходила к концу. Начался последний натиск. Ближайшие к крепости демоны, обезумев, полезли на стены, напрочь игнорируя и ловушки, и потери. Дальние же, почуяв рассвет, разворачивались и бежали прочь. Я видел, как серая полоса на востоке растёт, и понимал: ещё немного, и всё закончится.

День после этой ночи прошёл в трудах. Едва солнце встало, как я отправил половину отряда отдыхать, а вторую — на работы. Люди, хоть и вымотанные, понимали: если не восстановить ловушки, следующая ночь может стать последней.

Лишь слепой не заметил бы, что в этот раз под стены пришло куда больше демонов. Невидимые командиры орды учли ошибки. Учли и попытались исправить. Хорошо ещё, что рядовые враги у нас туповаты. Иначе бы мы так легко не отделались.

А теперь те, кто не спал, чинили колышки, подновляли «колючки» и углубляли ямы. Кузнецы отряда правили погнутые гвозди, затачивали колья и связывали новые «колючки». Кочевники гнали на выпас скотину. Бойцы выходили за стены, чтобы обновить защиту.

И вот тут уже без травм не обходилось. Как ни смотри под ноги, заметить все гадости, припасённые для врагов, не получалось. В результате, Алане и Сашию привалило немало работы. Попробуй поставить на ноги бойцов, умудрившихся эти самые ноги повредить.