Звездная Кровь. Семь Древ Янтандера (СИ), стр. 37

— Удобно объявить ложью демонов неудобные слова, — ответила Морвейн, — Но предки старшей крови не признали тебя.

— Это и есть доказательство. Демоны бьют по старшей крови, ибо она Замок Замков нашего Круга. Душам, украденным тобой из Вечности в нарушение законов Небесного Трона, нет веры. А ты… Ты пришла сюда запретной дорогой, ведомая рукой Тысячи, и потому старшая кровь Круга, именем рода Кель’Амарис, объявляет: Морвейн кель’Талас — пособница Тысячи демонов, предавшая заветы кель-родов и законы Небесного Трона. Род Кель’Амарис требует: предательница и похищенные души должны быть немедленно возвращены в Храм — на суд Вечности.

Пауза.

— Хранители Курганов! Именем Вечности и заветов, которым вы клялись, призываю — взять ее!

По тишине в зале осколок Единого понял, что никто не двинулся с места. На террасе недоуменно переглядывались стражи Роан и Саар, не понимая, что происходит за ослепшим Пламенем. Варрен застыли у парапетов, встревоженно переговариваясь. А вот Восходящие Амарис расходились, разворачивались в воздухе, спокойно и слаженно — и Пламени Подобный подал первую за сегодня команду стражам Талас, что прибыли с ним на тинг.

— К Пламени. Никто не должен пройти внутрь.

Короткий жест, и восемь стражей Талас перекрыли вход — четверо снаружи, четверо внутри. На них смотрели — но плевать на любые взгляды, когда вот-вот заговорят клинки.

А в зале тинга тем временем раздался старческий, надтреснутый голос хранителя Кель’Роан.

— Я храню заветы Круга сто восемь циклов, — сказал он, — И знаю их наизусть… В заветах сказано, что хранитель может требовать суда Вечности. Но предки Амарис не признали тебя, а Сейта кель’Амарис сказала, что ты лишь носишь лицо ее сына. Ты прервал речи мертвых Руной, но не прервешь живых… Потому, прежде чем тинг возьмет кого-то именем заветов… скажи тингу, хранитель: кто ты?

— Назови, кому служишь, — глухо добавил Варрен.

— Покажи свой гвоздь, — сказала Илиана кель’Саар.

Три требования, одно за другим.

Пламени Подобный знал, что он не покажет. Гвоздь фактотума — ложный, точно такой же, что носил в запястье Сигурд, а золотые хранители при ближайшем рассмотрении способны определить такие подделки. Потому каждый миг промедления был ответом сам по себе.

— Тинг слышал ложь демонов из уст мертвецов, — сказал хранитель Амарис, и в его голосе звучал не страх разоблачения, а разочарование пастуха, чье животное внезапно отказалось идти в загон, — Эта ложь посеяна и уже пустила черные всходы.

— Мы так и не услышали твой ответ!

— Теперь он не имеет значения, — эта фраза означала больше любого признания, потому что фактотум Вечности перестал играть. Он выяснил — Талас потерян, Роан узнал слишком много, Саар во власти эмоций, Варрен колеблется. И принял решение, и Пламени Подобный знал, какое. Списывать всех — сказали бы земляне. А в Единстве говорили: черные всходы нужно вырывать с корнем, чтобы они больше не смогли дать ядовитых семян.

— Хранитель рода Роан отказался исполнить завет. Хранитель рода Саар отказался исполнить завет. Хранитель рода Варрен отказался исполнить завет. А род Талас попрал его первым.

Золотые стражи Амарис пришли в движение.

— Род Кель’Амарис объявляет вас всех предателями Круга.

Глава 14

Башня вдруг вздрогнула.

Едва ощутимо, короткий глухой толчок, словно исполинское сердце под корнями Арандара сделало первый удар. Снизу, из старых руин, донесся протяжный скрежет — с таким звуком открываются древние, прикипевшие к скобам затворы. Услышали все, но никто из кель-стражей не понял, что это было.

Понял только Пламени Подобный.

Мертвые постучали в двери живых.

Вовремя.

Абсолютная Пустота — это золотое Заклинание, а они не длятся вечно. У хранителя Амарис — вернее, того, кто сидел в его шкуре, было всего несколько мгновений, чтобы продолжить свой приговор:

— Покоритесь и сложите Первые Ключи. Прикажите своей страже бросить оружие. Тогда ваши души войдут в золотые врата, как обещано. Или…

Жалкий глупец. Он все еще почитал бессмертие наградой, а не вечными мучениями, как и все трусливые обитатели Вечности, и не мог даже представить, что низшие мыслят иначе. Но предки уже сказали потомкам свое слово, и Кайр кель’Роан хрипло рассмеялся, а Илиана крикнула, громко и яростно:

— Саар! К Первому Ключу!

— Стража Варрен! Щиты…

— … умрите, — закончил хранитель Амарис, и коротким жестом снял Пустоту. Правильный ход — ибо он выбирал время и место, и кель-стража Амарис была готова.

Амарис ударили без промедления и колебаний, в тот же миг.

Дюжина золотых Птиц сложили крылья, ринувшись вниз. Сорок Скрижалей полыхнули одновременно — и мир вокруг стал ослепительно-белым.

Крики стражи кель-родов оборвались в шипении, реве и грохоте. Половина причального выступа перестала существовать, от Рун-Птиц и Восходящих, стоявших возле них, остались лишь обугленные силуэты на камнях. Золотые Птицы разметали группу Саар — одного серебряного стража металлический клюв пробил насквозь, еще нескольких сбросили вниз с уступа. Всех прочих тоже накрыл рунный залп — Амарис не собирались никого щадить.

Копья Света. Цепные Молнии. Плоскостные клинки. Кел-разрыватели и кел-давители. Тело одного из Варрен врезалось в стену и осталось лежать сломанной куклой, другие стражи, объятые огнем, метались кричащими факелами.

Да, Амарис оказались готовы зачистить террасу и взять под контроль единственный выход из зала совета. Общее командование, золотые Существа и Предметы, боевые Руны наготове, два золотых и сорок серебряных Восходящих против четырех разобщенных звезд стражей Талас, Саар, Варрен и Роан, половины которых не стало сразу.

Но готов был и осколок Единого.

Кристалл-Бастион защитил его и тех, кто стоял рядом. Один из воинов Талас все равно погиб — находился слишком далеко и сияющая рунными узорами Птица колючим тараном впечатала его в стену. Но остальные Восходящие уцелели, и им тоже было чем ответить — если дать хоть несколько секунд.

Пламени Подобный дал выжившим больше. Как только звездный мир вернулся — рунные огни, эфирные узоры, ауры Восходящих, Существ и Предметов — он делал несколько вещей одновременно. Сила Восходящего (земляне бы сказали — «класс»), определяется еще и тем, как быстро и сколькими Рунами разом он способен управлять, и мастерство приходит лишь с практикой. У осколка Забытого ее было на тысячу циклов больше, и потому он успел:

Призвать Аспект, наделить его Разделенным Сознанием и бросить внутрь, сквозь Пламя, в зал тинга, ибо там сейчас вершилось главное.

Выпить Эликсир Бури и Штормовым Криком отбросить часть нападающих от входа.

А затем, спустя один удар сердца — использовать Остановленное Время.

Золотую Руну, отнятую у кел-леди, ее коронное оружие, благодаря которому Азимандия и одержала большинство своих побед… Подобная была и у Эльвейн, и осколок Единого надеялся, что Морвейн пустит ее в ход — там, наверху, где сейчас четыре хранителя противостояли одному — ложному.

Пламени Подобный видел происходящее глазами Морвейн, ибо мысленные нити сомкнулись вновь. Заклинательница отворила Кувшин, призывая всех своих духов — предков Талас, Саар, Роан, Варрен, Майр, Амарис, а также иных, унесенных из Вечности. Больше их не стоило беречь, ибо пришел час битвы, и остальные хранители тоже открыли свои Скрижали. Варрен попытался сбежать, но не смог — лже-Амарис первой же Руной запечатал пространство и время. Никто не должен был уйти из зала тинга, и мгновением спустя стало ясно, почему фактотум Вечности не боялся Рун хранителей Курганов.

Два призванных золотых Существа появились за его спиной — изящные, крылатые, сегментированные тела, золото доспехов и синие искры глаз — Экзо-Банши. Элитные экзо-воители, что хранят дрейф-цитадели Истинных и выдаются Наблюдателем как золотые награды, ибо мало кто в Единстве способен остановить их. Но Банши оказались лишь свитой — третью Руну лже-хранитель возложил на себя, и она мгновенно изменила его силуэт. Человек исчез, превратившись в исполина, что почти коснулся клювастой головой потолка зала — два мужских роста, пластины иллиумовой брони, огромные крылья, двойное алое кольцо зрачков в синих смотровых щелях.