Академия (СИ), стр. 38

Тяжелый ментальный вздох, но чувствую принятие. Кубики отправляются назад в стакан и летят на пол.

— Шесть! — улыбнулся я. — Бог шельму метит.

«Налоговое бюро». Переворачиваю карточку события: «Налог на недвижимость. Оплатите десять рублей за каждый из объектов в вашей собственности». Так тебе и надо. Объектов у тебя двенадцать — и того сто двадцать рубчиков. Вынь да положь.

— Ну что, наши не объявились? — уточнил я, отсчитывая деньги в банк.

— Нет, — почти сразу последовал ответ. — Поверь, если бы мне их удалось засечь, я бы тебе сразу об этом сказал. Я как никто понимаю, как ты устал от одиночества и тишины. И не стал бы мучить тебя ожиданием даже лишнюю секунду.

— Спасибо, друг, — устало откинувшись назад, я уставился в стекло «Носорога», где, как всегда, царила ночь и проклятые звезды.

— Скажи, а те, кто тебя создал и оставил здесь, хоть раз за эти годы подавали о себе весть?

— Нет, — пауза, с которой пришел ответ, была красноречивее любых слов.

— Тогда в чем был смысл наделять тебя разумом и обрекать на вечное одиночество? Оставили бы только веревочников — уверен, что они бы и сами отлично справлялись с миссией присмотра за этим миром.

— Я думаю, они и не планировали, что я смогу зайти столь далеко в плане эволюции, развить свой разум и выйти за пределы их запретов и выполнения оставленных инструкций.

— А зачем им этот мир? Я бы понял, если бы они собирали кристаллы, что-то делали из них. Но им же все это просто не нужно — как ты сам говоришь, они ничего не делают с этим местом сами и не дают ничего делать другим. Это глупо.

— Те, кто меня создал и здесь оставил, уже не нуждались ни в чем. Им просто нравилась красота этого места.

— Да уж. А те другие, что прилетают сюда, — это кто? Почему они на нас нападают?

— Я не знаю, Вань. Этих примитивных скорлупок здесь хватает, как и тех, кто в них был. Угрозы планете они не несут. Остановить их появление не в моих силах — орбитальные системы защиты давно уже вышли из строя.

— А почему ты положил тех, в… — я попытался вспомнить название той ходячей горной фабрики, — а не трогаешь людей и тварей?

— Они не несут угрозы, — пришел ответ. — Берут немного, не создают необратимых последствий. А вместо одних кристаллов всегда вырастут новые. А те портили ландшафт.

Перед глазами возникли образы, как тот монструозный конструкт ползет по телу планеты, пожирая слой почвы вместе с растущими на нем кристаллами, буквально заталкивая их в себя, оставляя глубокие канавы, на которых долго ничего расти не будет.

— Понятно. Мне бы такое тоже не понравилось. Ладно.

Я взял кости в руки, затряс стакан и сделал бросок:

— Три.

Сразу же улыбнулся: «Звездная станция». Отсюда я могу направиться в любую не занятую соперником клетку. Прыжок через всю карту — и покупка «Пищевой фабрики». Ну вот и все — монополия на производство еды у меня. Посмотрим, чем своих шахтеров будет кормить Наблюдатель. Прибыль от его предприятий теперь упала вдвое.

Спустя неизвестно сколько времени

Я осматриваю мертвый шагоход. Сквозь металлические листы брони уже проросли кристаллы, активно пожирающие его металл. Одна из первых моделей — тогда вместо человекоподобных использовали разные монструозные конструкты. Этот был на гусеницах, с массивным орудием, торчащим из башни, оторванной тварями и отброшенной метров на сорок вперед. Слава богу, не взорвался.

Я расчищаю проход ударами черного кристалла. Мне нужны припасы — вода подходит к концу, нужен металл для ремонта и поддержания в рабочем состоянии «Носорога». Да и снаряды не помешают — у меня осталось только четыре, отстрелял почти весь боезапас во время боя с тремя огнеплюями, решившими меня попробовать на вкус.

Внутри тесно, торчат неизвестные мне детали. Нужно действовать осторожно, чтобы чего не сломать и не задеть боезапас. Танк — кажется, так назывались эти нелепицы — мог вполне себе быть и огнеметным. О, флаг, кем-то нарисованный внутри. Теперь хоть ясно, чей он. Три вертикальных полосы — синяя, белая, красная. Француз, значит. Хотя мне почти все равно, но приятно, что не наш. А вот и его экипаж. Крохотное тело лежит на полу, поджав ноги к себе, в позе эмбриона, в ставшей слишком большой для него форме. Спи спокойно, друг. Твой бой уже закончен. А мне еще нужно продолжать свой.

Наконец то я нашел баки с водой. Вспороть металл мечом и начать осторожно выгребать лед, в который успела превратиться вода. Хороший улов. Я прикинул объем и количество — литров восемьдесят по-любому выходит, и еще столько же во втором. Нужно будет сделать емкости для него в снарядном отсеке — все равно снарядов нет. Крохотные коротыши, найденные мной во французском танке, явно не подходили под мое оружие. Зато нашел две пачки галет и десяток банок консервов — приятное разнообразие по сравнению с мясом тварей. Немного еды, немного металла и, самое главное, вода. Хороший улов.

Тело француза я закопал в красный песок, оставив на его могиле крест из белых кристаллов и прочитав молитву.

— Еще один шагоход, похожий на твой, километрах в сорока отсюда. Я подскажу маршрут, — пришел голос Наблюдателя, явно следившего за мной.

— Хорошо, — кивнув, я направился к кабине «Носорога».

Кажется, мои вопросы подошли к концу.

— Это тебе подарок. Взамен расскажешь мне еще одну историю про Шерлока и доктора Ватсона.

— Договорились, — улыбнулся я.

— Я хотел бы получить себе имя. И хочу, чтобы его дал мне ты — как мой единственный друг за столько лет. Я хочу обрести индивидуальность.

— Тогда Немо, — ответил я, не раздумывая. — Так звали одного из героев моей любимой книги. Помнишь, я рассказывал ее тебе?

— Помню, — пришел ответ. — Мне будет не хватать твоих историй. Я благодарен тебе за каждую из них.

— Не грусти, чувствую, что я тебе их еще немало расскажу. Или начну сочинять новые, — ответил я, тоскливо глядя на ночное небо. — Устал. Надоело все. Если бы не ты, давно бы сошел с ума. Хотя я бы столько не протянул — умер бы уже давно.

— Два носителя были замечены моими наблюдателями в верхних слоях атмосферы. Они идут на снижение, приземляются примерно в трехстах километрах от твоего текущего местонахождения, — донесся сухой голос Немо. — Вань, тебе следует начать движение, а также подготовиться к встрече с твоими соотечественниками.

— Твою мать! — я неверяще уставился в потолок кабины и тихо попросил: — Повтори.

— Ты скоро будешь дома, но тебе необходимо ускориться, — пришел голос Немо. — Если начнешь двигаться сейчас, то часов за шесть сможешь попасть к месту приземления. Процесс выхода из анабиоза у тварей занимает шесть часов, потом срабатывает пробойник — и выбросит монстров в ваш мир. Если поторопишься, то сможешь вслед за ними попасть к себе домой.

Мне потребовалось еще минут пять, чтобы осознать смысл сказанного. А затем, растерявшись, я заметался по кабине, не зная, с чего начать.

Я что — и правда выберусь домой? Господи, спасибо тебе! Спасибо, что не оставляешь своих детей и приглядываешь за нами даже в этой бесконечной дали!

Так, Вань, спокойно. Сначала нужно убрать линзу и все свои записи по работе с ней. Пока воспоминания были свежи, я записывал все, что помнил Гелвек. Даже составил примитивный букварь с расшифровкой их языка и цифр, устройство общества, регламент работы с деструктором-расширителем, таблицу химических элементов и кучу всего, не зная, пригодится ли это когда-либо, но это помогало и отвлекало меня.

Так, теперь джайл, силовой доспех. Цветные кристаллы и банка с ядрами. Что еще? Оставшиеся два тубуса с джемом доем по дороге — я их берег на черный день. Теперь можно не экономить.

Тайник в полу я устроил давно. Я смастерил его сам, сделав полую выемку в полу с помощью дара и инструментов — сейчас он плотно набит. Кстати, об инструментах — их тоже припрятать. Пригодятся еще.

Так, теперь оглядеть себя. Моя курсантская форма уже давно истрепалась, и вместо нее я, как Робинзон Крузо, сшил себе накидку из кусков шкур тварей и из них же сделал обмотку для ног. Видок, конечно, так себе. Да и глаза в небольшом зеркальце, забытом Викой, при тусклом свете кристалла отливали почему-то красным, хотя раньше вроде были голубыми. Может, игра света. Возможно. А если нет — то и насрать.