"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 229

Хантер тем временем задёрнул полог у Эйдана и прошёл в умывальню. Я слышала, как он фыркает, умывая руки и лицо водой. Да уж, мне после этого типа тоже захотелось помыться.

— Не верь ему, он специально оболгал твоего отца, — спокойно сказал Хантер, возвращаясь в комнату. Волосы на его голове блестели от капель воды.

— Спасибо, — прошептала я. — У меня больше нет сил ничего обсуждать. Отпусти меня спать, я устала.

— Пожалуйста, не убегай в Летний дворец. Останься здесь, чтобы я мог тебя защитить, — серьёзно сказал Джеймс, и я кивнула.

— Я усну в карете, если попробую уехать отсюда, — сонно проговорила я. — Спокойной ночи.

Хантер кивнул и дал мне в провожатые двух лакеев, а я не стала возражать. Сегодняшний день наконец-то кончился.

***

— Я не могу понять одного, — Хантер мерил широкими шагами комнату, в которой мы с ним собрались для завтрака. Это была небольшая столовая в личных покоях Эйдана, которые состояли из нескольких комнат, как большая квартира. На столе остывала шарлотка с яблоками из магического сада, а в воздухе витал аромат кофе и корицы. Мне кусок в рот не лез, а Джеймс был слишком взбудоражен, чтобы есть. — Как Ричарду Орбруку удавалось столько лет дурачить королевство? Почему никто не знал о его вампирских наклонностях? И почему они передались Эйдану? Я дружил с ним с детства и ничего такого не замечал.

— А кто все эти люди, которые состояли с ним в ордене? — спросила я, делая маленький глоток кофе. Может, хоть он взбодрит.

— Это очень хороший вопрос! Там нет ни одного аристократа. Это всё зажиточные торговцы, ремесленники, очень амбициозные люди, которые страстно хотят подняться на новый уровень. Скорее всего, Ричард заманил их именно этим, пользуясь их честолюбием. К утру установили личности всех, и оказалось, что там есть очень уважаемые люди.

— А сироты? Как так получилось, что они собрали со всего острова только детей с магическим способностями?

— Здесь, скорее всего, всё намного проще. Вряд ли это дети из благополучных семей. Скорее всего, это подкидыши-бастарды, получившие магию от кого-то из знатных родителей. Как твоя кухарка и её брат.

Я смутилась, удивляясь, что он знает и о таких мелочах. Хантер может быть очень опасным противником!

— Впрочем, и это надо выяснить. Наверняка в метрических книгах из приюта есть записи, кто и как туда попал, — пожал он плечами, явно занятый какими-то другими мыслями.

— Я проверю на способности малышей, которые живут в Летнем дворце, — сообразила я и обещала себе не затягивать с этим. — Что дальше?

— Нужно поймать Маклейна, — вздохнул Хантер. — И выяснить природу его способностей.

— Не нужно его ловить, он не преступник! — возразила я. — Роберт спас меня! Ещё немного — и меня бы «съели» живьём!

— Вообще-то нет, — уклончиво сказал Джеймс. — В моё окно вломился огромный ворон и кинул в меня твоим аметистом. Где уж он его отыскал, отдельный вопрос. Но я сразу понял, что ты в беде. Поднял стражу и ворон привёл нас ко входу в подземелье. А там уже объявился Маклейн с твоим лисом.

Впервые за последние дни я расплылась в улыбке. Надо же, мои верные помощники! Вот кого нужно благодарить за спасение! Что бы я делала без них и без Старейшины рода Маклейн?

— То есть к тому моменту вы уже принялись меня искать? — спросила я.

— Стражники сообщили, что твоя карета стоит пустая, но ты из неё не выходила. Я велел обыскать замок и найти тебя, потому что вокруг всегда полно слуг и они видят, кто и куда из королевских особ направился. Это их работа — знать, где королева и чем занята. Но тебя никто не видел. И я… сразу понял, что происходит нехорошее. Правда, насколько нехорошее, не догадывался.

Надо же, он понял! У этого чурбана, оказывается, тоже есть чуйка? Я была одновременна зла на Хантера и благодарна ему. Хотелось ему нахамить, а потом приласкать. А ещё я невольно сравнивала его с Робертом — и находила, что они оба очень достойные мужчины. Просто каждый по-своему.

При мысли о подземелье до сих пор охватывал озноб. Если бы они не успели…

— Меня сгубила самонадеянность. Я приехала в приют проверить расходные книги. Уж очень худые и несчастные там жили воспитанники. Только мне казалось, что их не кормят, и я хотела понять, неужели у приюта всё так плохо с финансами? Села смотреть книги, а сестра Беатрис тут же сообразила, что я увижу недостачу. Они зарабатывают очень много денег на изготовлении уникальных кружев, вышивки и кожаных изделий. А вот расходов на еду и прочие бытовые мелочи очень мало. И она подумала, что я догадаюсь… А я решила, что они просто копят деньги для других нужд. И ещё я даже подумать не могла, что дети не просто голодные — они магически истощённые.

— Ты не виновата в том, что произошло. Даже я не знал о происходящем, хотя это всё творилось у меня под боком! — сказал Хантер, перестав мерить шагами комнату.

— Нет, виновата. Надо было поставить тебя в известность, — покачала я головой. — И меня мучает ещё один вопрос. Как так получилось, что Эйдан сказал, что король Ричард казнён, а он остался в живых?

— Я тоже задаюсь этим вопросом. И у меня нет ответа. Сам Орбрук вряд ли скажет… А Эйдан уже, скорее всего, ничего нам не сообщит, — печально произнёс Джеймс.

— Может быть, стоит его немного… подкормить? Чтобы он рассказал нам то, что произошло? — осторожно спросила я у Хантера.

Тот молниеносно подскочил ко мне и уставился в глаза:

— Вот как ты обо мне думаешь? Что я морю магическим голодом Эйдана, своего лучшего друга, хотя мог бы «скормить» ему магичку-другую, чтобы он выздоровел? — взгляд Джеймса метал молнии, и я застыла перед ним, как кобра перед броском. — Дело не в том, что ему не хватает магии. Он под тяжёлым заклятием, и никто не может сказать, как его вылечить! А вот его вампирской голод — это то, что сопутствует его состоянию. Но не это основная причина!

— А вдруг ты ошибаешься? — зловеще прошептала я. — Не так уж и много видит твой волшебный глаз, раз ты проморгал заговор и тайный орден прямо у себя за спиной!

Хантер отпрянул, как от пощёчины, и мне мгновенно стало жаль его.

— Ты думаешь, что я специально хочу сжить со свету Эйдана? Слова короля Ричарда достигли своей цели? — зло сверкал он глазами. — Ты тоже веришь, что мне нужна корона и ты к ней впридачу?

Я шумно втянула воздух, пробормотав:

— А вот это было обидно!

— Обидно?! Тебе обидно?! Я тебе покажу сейчас, что такое обидно!

Хантер широкими шагами вышел из столовой и подозвал лакея, попросив позвать леди Элейн. И стоял в дверях со сложенными на груди руками, пока слуга выполнял его просьбу.

Спустя несколько минут в столовую вошла стройная леди с копной седых кудряшек. Её морщинистая кожа складками ложилась на шее и под подбородком, а кожа была усыпана старческой «гречкой». Очень хорошо одетая леди для своих лет, и глаза её, подернувшиеся бледной плёнкой катаракты, смотрят с вызовом. Я даже позавидовала, как она сохранила такую фигуру для своих семидесяти с хвостиком лет.

— Ваше Величество? — она с трудом присела передо мной в реверансе и повернулась к Джеймсу. — Лорд Хантер! Вы хотели меня видеть?

— Да, леди Элейн, — отрывисто сказал Джеймс. — Расскажите Её Величеству, кто вы такая.

Старушка растерянно посмотрела на него, потом на меня. А потом её глаза наполнились слезами и она отрицательно помотала головой.

— Прошу вас, не нужно этого делать. Не заставляйте меня! — её голос дрогнул, и мне стало её безумно жаль.

— Леди Элейн, я не буду повторять дважды! Время дорого, вам ли не знать!

Седая леди тяжело сглотнула, повернувшись ко мне, и гордо задрала подбородок.

— Я подруга детства принца Эйдана и его первая любовь. Мне двадцать девять лет.

И тут меня пронзило воспоминание — я же видела в постели Эйдана молодую девушку, когда однажды без приглашения влетела в его покои! Он тогда назвал её «Элейни»…

И потом… потом я встречала её же, всю в слезах, когда она уходила из кабинета короля. Только постаревшую на пять десятков лет!