"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 140
Пригладила волосы, умыла лицо и руки… пусть видит, чем невеста занимается. На том и решила.
Юли снова вела меня по дворцу, а я внимательно разглядывала картины, висящие на стенах. Кто эти люди? Кого из них знал мой отец? Были ли они верны ему, и кто из них предал?
В покоях короля на этот раз было намного уютнее, чем раньше. Эйдан сидел в кресле в своей личной гостиной и ждал меня. На столике лежала стопка бумаг и газет, но сам он был расслаблен.
Он встал и протянул мне руку, в которую я вложила свою ладонь. Он наклонился к ней и легонько поцеловал. Сегодня это уже был другой человек — он улыбался и хотел произвести на меня приятное впечатление.
— Здравствуй, дорогая! Я рад, что ты нашла время для встречи со мной, — церемонно проговорил он и показал рукой на соседнее кресло. Потом дал знак слугам выйти и те, бесшумно покинув покои, притворили дверь.
— Не скажу, что безумно хотела тебя увидеть, но я пришла за обещанными материалами. Я просила дать доступ в архив, чтобы узнать побольше о моём отце, — напомнила я.
— Да, и Главный Архивариус подготовил для тебя первую партию бумаг. Вот они, — и он указал на стопку между нами. — Ты можешь забрать их и просмотреть в удобное время. Но я попрошу хранить их в секрете от других людей и не оставлять без присмотра. Убирай в свой секретер, у него есть ключ.
Я кивнула.
— Как продвигается строительство моего личного дворца? — спросила я только для того, чтобы с него слетела эта личина добренького короля. Я-то хорошо помнила, каким он умеет быть.
— Архитекторы почти обрисовали поэтапный план. Думаю, что на следующей неделе я тебя приглашу, чтобы согласовать его, — кивнул Эйдан. Потом помолчал и добавил: — Как видишь, я свои обещания выполняю.
Я рассеянно кивнула.
— Скорее всего, план кухни придётся переделывать. Либо пусть приходят и сразу согласуют его со мной. Потому что там всё должно быть именно так, как мне нужно.
— Да, дорогая, — улыбнулся Эйдан, а я встала. — Ты уже уходишь?
— Да, мне не терпится выместить на своих слугах всю злость на тебя, — съязвила я. — Если прибегут жаловаться, так и знай — во всём виноват ты.
Он тоже встал и подошёл ближе:
— Мне нравится, как ты реагируешь. Не истеришь, не плачешь, а шутишь. Такая королева и нужна Элу.
— Придурок! — пробухтела я под нос себе.
— В конце концов, всё плохое забывается. А у нас впереди долгая жизнь бок о бок, во имя блага Эла, — торжественно произнёс он, а мне захотелось пнуть его под коленку. Болван, он реально думает, что я буду жить с ним душа в душу?
— Пожалуй, я готова забыть всё плохое, — миленько произнесла я, — при условии, что с тобой произойдет то же самое, что и со мной.
И я, повернувшись, расхохоталась и выскользнула из покоев, прихватив с собой стопку документов.
«Манифест об отказе от престола»
«Манифест о восшествии на престол»
«Журнал дворцовой стражи за ночь переворота»
«Протокол заседания Совета Лордов»
Несколько выпусков газеты «Вестник Эльмариона»
Почему-то страшно стало открывать страницы газет. Но я пересилила себя и взяла с верхушки стопки первый выпуск.
«Король Георг Восьмой отрёкся от престола!
На экстренном заседании, проведённом в закрытом порядке, Совет Лордов Королевства Эл единогласно принял решение, текст которого зачитывался в присутствии герольдов.
Ввиду обстоятельств, несовместимых с достоинством королевского сана, Его Величество Король Георг Восьмой подписал Манифест об отказе от престола, вступающий в силу немедленно. Причины отказа в манифесте не поименованы, однако, как сообщается из информированных источников, речь идёт о деяниях, «которые не могут быть прощены ни Богом, ни законом».
Согласно тому же постановлению Совета, леди Элизабет Сомс, состоявшая в помолвке с королём, лишается всех званий и прав, дарованных ей в связи с предстоящим браком. Леди Элизабет препровождена в поместье её отца, графа Сомса, под надзор семейства. Дальнейшая судьба её титулов не разглашается до особого распоряжения.
Совет Лордов объявляет о начале процедуры выборов нового монарха согласно древним установлениям. Сроки и порядок будут опубликованы в ближайших выпусках «Вестника».
Печатано с разрешения Герольдмейстера».
Руки задрожали, и я почувствовала, как сердце забилось где-то в горле. Отчего-то пальцы стали липкими, и я отложила газету. Значит, отец сам подписал отказ от престола? Но что за деяния, которые «не могут быть прощены»?
Пересилив себя, я взяла вторую газету из стопки. Первая полоса также пестрела крикливыми заголовками, посвящёнными смене королевской власти. Газетная бумага пожелтела, а листки приобрели ту неприятно-липкую шероховатость, которую даёт только время и бумажная пыль.
В этом выпуске — спустя ровно день с предыдущего номера — публиковался текст документа об отречении.
«Манифест об отказе от престола
Мы, Георг Восьмой, милостью Божией Король Королевства Эл и прочая, и прочая, сим объявляем всем верным подданным.
Отягощённый тяжестью деяний, кои не могу ни оправдать, ни объяснить перед лицом совести и королевства, добровольно и бесповоротно отказываюсь от короны, скипетра и всех прав на престол Королевства Эл.
Да не послужит моё имя более предметом споров и смуты. Да будет избран тот, кто достоин.
Дано в столичном замке, за день до публикации.
Подпись: Георг (скреплено печатью, снятой в присутствии Совета)»
Год издания ничего мне не говорил. Всё это точно произошло до моего рождения, а мне скоро будет двадцать четыре года. События произошли более, чем четверть века назад. Надо бы разузнать, какой сейчас год, чтобы более предметно представлять, что же произошло.
Если мой отец отрёкся от престола добровольно, то почему ему пришлось прыгать с крепостной стены замка в озеро? Зачем его убивать, если он и так отошёл от дел? И кто такая Элизабет Сомс? Где она сейчас?
В следующей газете сообщалось, что выборы нового короля намечены через три месяца, а сейчас его обязанности временно исполняет лорд Джон Альберт Хантер.
Хантер! Это имя я знала. Это отец того Хантера, который сейчас правая рука короля? Сам лорд Джеймс довольно молод для такой должности. Надо бы тоже узнать, а пока… нужно узнать, что там в четвёртой газете.
«Что решил Совет Лордов — официальное разъяснение
В связи с многочисленными толками и слухами, Совет Лордов счёл нужным объявить нижеследующее.
На заседании, состоявшемся девятого сентября сего года, были заслушаны улики, которые (по единогласному заключению присутствовавших) не могут быть представлены общественности без ущерба для нравственности и государственной безопасности. Тем не менее, Совет клятвенно подтверждает, что означенные улики признаны достаточными.
Следствием установлено: покойные дети трёх аристократических домов погибли не от болезней, как значилось в некрологах, а от рук лиц, пользовавшихся доверием короны. Имя главного виновного в манифесте не названо, однако обстоятельства отречения бывшего короля Георга не оставляют сомнений в том, к кому относятся эти выводы.
Совет Лордов особо отмечает: ни леди Элизабет Сомс, ни её отец не были осведомлены о происходившем. Леди Элизабет лишена титулов исключительно в силу формальной связи с королём — дабы ничто не напоминало подданным о минувших событиях.
Выборы нового короля назначены на двадцатое октября. Право голоса имеют все главы дворянских родов, внесённые в Золотую книгу. Имена кандидатов будут названы за неделю до голосования».
Ага. Мне, рождённой в двадцать первом веке, смешно читать подобные выражения в официальных документах: «Совет клятвенно подтверждает». Король совершил нечто ужасное, но мы не скажем что. Просто поверьте — это действительно ужасно. Какие-то дети, которые погибли не от болезней…
Я положила газеты на место и мысленно отметила, что Главный Архивариус знает своё дело. Разложил газеты в хронологической последовательности, а под ними — сами документы. Скорее всего там я найду имена, даты и подписи. Может быть, что-то еще: какие-то факты или сам состав преступления.