Прогулка в Волчьем лесу, стр. 11

Волк остановился, дети последовали его примеру и замерли в изумлении. Если бы замок искрился весельем и светом, брат с сестрой удивились бы гораздо меньше. Но, как и прежде, он был пуст и разрушен.

Неужели это тот самый замок, куда они с Джоном должны войти, чтобы разыскать герцога и воззвать к его справедливости? Дети удивленно разглядывали мертвые каменные стены на далеком холме. Затем с жалостью и страхом посмотрели на волка.

И тут случилось то, отчего у Джона и Маргарет по коже побежали мурашки. Волк сел, поднял морду к луне и издал долгий, леденящий душу вой. В нем слышались скорбь, ужас и бесконечное одиночество. Брат с сестрой, вцепившись друг в друга, отпрянули назад.

Затем, так же резко, вой оборвался. Мгновение волк хранил молчание, потом встал с земли, поднял голову, навострил уши и, обернувшись на детей, потрусил вперед. Вид замка ничуть его не смутил.

– Наверное, это часть волшебства, – прошептала Маргарет. – Он просто забыл нам сказать.

Дети последовали за волком к краю заросшего тростником рва.

Там волк снова остановился. Брат с сестрой ждали.

Вокруг стояла тишина. Маргарет разглядывала каменные стены, которые вздымались, словно скала. Пустые глазницы окон заросли сорняками, сквозь своды бывшей церковной звонницы просвечивали звезды. Некоторые башни частично обвалились, другие остроконечными ведьмиными колпаками поблескивали в лунном свете. Ворота стояли распахнутые, открывая взору замусоренный двор. Сверху в арке виднелись ржавые прутья решетки. Через ров вела узкая деревянная дамба. Она выглядела ненадежно, а местами и вовсе прогнила. В двадцати метрах от ворот дамба прерывалась, дальше через ров некогда был перекинут подъемный мост. Сейчас от него остались только ржавые цепи.

Волк двинулся вперед. Сойдя с дороги, которая вела к дамбе, он, пригнувшись, нырнул в глубокую тень насыпи. Дети следовали за ним, не понимая, к чему такая скрытность, но двигались крадучись. У края рва он не остановился, лишь оглянулся через плечо и скользнул в камыши.

Волк шел впереди, показывая дорогу и пробуя лапой землю, однако дети успели промочить башмаки и запачкать чулки, прежде чем выбрались на противоположный берег. Здесь волк резко свернул влево, в тень разрушенной башни. Дети вслед за ним вскарабкались к самому подножию укреплений. Цепляясь за острые камни, они шли вдоль стены, пока волк не встал и не припал к земле, дожидаясь их.

Дети подошли и увидели рядом с ним, почти скрытое зарослями плюща и бузины, зарешеченное окошко. Оно располагалось всего в футе от земли – такие иногда бывают в полуподвалах. Очевидно, то было окно потайной комнаты, о которой рассказывал волк. Его желтые глаза, поблескивая в лунном свете, не отрываясь смотрели на детей. Он тихо поскуливал, как будто не в силах сдержаться. По тому, как волк переводил взгляд с решетки на них и снова на решетку, дети догадались, что некогда могущественный лорд Мардиан, советник герцога Отона, в который раз терзается от собственной беспомощности.

Джон встал на колени и крепко схватился за прутья. Маргарет хотела помочь ему, но в этом не было нужды. Всего пара рывков – и решетка поддалась, словно на месте ее удерживала только ржавчина. Джон аккуратно отложил ее в сторону. Волк тенью промелькнул мимо него и исчез в темной дыре. Джон, помедлив лишь мгновение, полез следом.

– Давай сюда, тут никого нет, – услышала вскоре сестра его шепот.

«Будто я сама не знаю», – подумала Маргарет, пролезая в оконный проем. Джон протянул ей руку. Маргарет протиснулась внутрь, коснулась ногами пола, огляделась и поняла, что имел в виду брат. Разрушенный замок, узкая заросшая тропинка и сухой ров – все это было частью заклятия, но оно ограничивалось стенами замка. Внутри замок был жилой, настоящий, такой, каким знал его Мардиан. В потайной комнате, пусть пыльной и заброшенной, было сухо и ни следа запустения. Когда глаза привыкли к темноте, Маргарет разглядела стол, кресло и табурет, пустые полки на стенах и большой шкаф, вроде платяного, а в углу противоположной стены – дверь с тяжелой железной щеколдой.

Волк быстро оглядел комнату, словно вспоминая давно забытое, затем подбежал к двери и требовательно посмотрел на Джона. Мальчик поднял щеколду и медленно открыл дверь, каждую секунду ожидая предательского скрипа петель. Однако дверь не скрипнула.

Дети с опаской выглянули наружу. Волк рассказал им, что комната открывается в погреб, и теперь брат с сестрой смотрели в просвет между двумя огромными винными бочками. Рядом с ближайшей бочкой стояла приставная лестница, выходит, келарь уже пробовал вино. На полу толстым слоем лежала пыль, со стен свисала густая паутина. Стены погреба были обиты грубыми досками, и дверь потайной комнаты тоже – когда она была закрыта, лишь тонкая щель сверху указывала на то, что здесь есть дверь. На ней даже ручки не было, только небольшая дырка, в которой палец мог нащупать засов. Дверь располагалась между двумя самыми дальними от окна бочками, но даже если келарь принес бы с собой фонарь или свечу, то и тогда не разглядел бы ее в глубокой тени.

У себя в доме волк поведал детям, что винные погреба и кладовые тянутся под всей этой частью замка. Даже в полумраке помещение изумляло своими размерами. В плане оно напоминало исполинскую конюшню со стойлами шириной и глубиной футов в двадцать, заполненными бочками, бутылями, кувшинами, запертыми сундуками с зерном и солониной. В гулкой темноте приятно пахло вином, зерном и пряностями. Сильный запах шел от кадки с дрожжами. Слабый шорох выдавал присутствие мышей и, возможно, крыс (от этой мысли сердечко Маргарет забилось чаще). Когда шорох раздался совсем близко, она почувствовала, как зверь рядом с ней напрягся. В следующий миг он усилием воли вновь стал собой и повел их дальше мимо сундуков, тюков и бутылей.

Они обогнули угол и увидели впереди широкую каменную лестницу. Свет падал на нее из такого же зарешеченного окошка, как то, через которое они пролезли в замок. Стекла в окне не было, и вместе с лунным сиянием снаружи проникал холодный ночной воздух. Лестница вела к большой закрытой двери. Они взбежали по ступеням, и Джон ухватился за тяжелую железную ручку. Ему потребовалось немало сил, чтобы ее поднять. Эта дверь, как и потайная, отворилась беззвучно, и снова дети опасливо выглянули из-за нее.

За дверью все было как рассказывал волк, – широкий каменный коридор, освещенный шипящими и чадящими факелами в железных креплениях. Из коридора направо и налево вели запертые двери, в конце смутно виднелась другая дверь. Дети знали, что она открывается в помещение между кухней и трапезной. Этим путем им предстояло пройти утром.

А сейчас пришло время вернуться в потайную комнату. На сей раз волк пропустил их вперед, задержавшись, чтобы оглянуться на двери знакомых комнат. Затем медленно принялся спускаться по ступеням. Напротив окна в луче лунного света он резко сел и задрал голову.

– Он собирается завыть! – воскликнул Джон.

Маргарет упала на колени перед зверем и обвила его шею руками:

– Волк, миленький, не надо!

Девочка почувствовала, как ужасный звук подкатился к волчьему горлу, словно ручеек от источника неутолимой скорби в глубине его тела. Затем волк сглотнул, а его страшные зубы клацнули, запирая в глотке неродившийся вой. Серая морда наклонилась к Маргарет, зверь лизнул ее в щеку и бросился вниз, подальше от соблазна лунного света, в глубину темного погреба.

Друг за другом они проскользнули в узкий проход между шестой и седьмой бочкой. Дверь потайной комнаты тихо закрылась за ними. Волк подбежал к окну и замер на миг, поставив передние лапы на подоконник.

– Мы ничего не забыли, – заверил его Джон. – И не бойтесь, ничего с нами не случится.

– Мы будем очень осторожны, – пообещала Маргарет, – и волшебство нам поможет, так что, пожалуйста, не волнуйтесь.

– И не вздумайте возвращаться днем, что бы ни случилось, – добавил Джон. – Сейчас я поставлю решетку на место, но каждую ночь мы будем приходить сюда и впускать вас.