Звездная Кровь. Дарующий Молнии (СИ), стр. 42

Она повернулась к Пламени Подобному.

— Мое условие таково, кинг Молний. Твой Народ знает Земли Теней лучше других. Ваши Восходящие ходили темными тропами. Вы сражались с Червями и победили Всадника. Вы знаете повадки врага, его пути и слабости. Если Народ Молний хочет вернуть старые земли и старое место в тингвеллире — пусть докажет, что достоин этого места.

Она резко вскинула посох, очерчивая в воздухе светящуюся линию.

— Пусть стражи Народа Молний вернутся на теневые тропы. Сейчас — не завтра, не через цикл. Ваши дозоры должны стать ушами и глазами Круга. А когда придет время битв — Народ Молний пойдет в него первым. Как щит, который ваши предки держали во времена, когда Элтанир был юн…

Пламени Подобный улыбнулся — Иниэсс стоило отдать должное. Одним ходом она решила три задачи. Первая — привязала его к Кругу обязательствами, которые нельзя нарушить без потери лица. Второе — поставила Народ Молний между Червями и Древом, неизбежно ослабляя будущего соперника. И третье — дала ему то, что и просил осколок Единого, — старые владения, место на тинге и законное признание. Но дала так, что это выглядело не уступкой, а ценой.

— Когда-то три септы моего Народа стали живым щитом, — сказал Пламени Подобный. — Они погибли полностью, и никто не пришел им на помощь. Мертвым не нужны ни земли, ни Слава. Ты просишь меня стать палачом для своего Народа?

— Нет! — ответила Иниэсс, и впервые в сладости ее голоса прорезалось что-то, похожее на искренность. — Я прошу тебя сделать то, что может лишь древняя кровь. То, чего не смогут другие. Спасти Росток и Круг.

Осколок Единого помолчал, и тингвеллир ответил ему напряженным молчанием. Затем он решительно кивнул:

— Народ Молний примет этот дар и эту цену. Наши дозоры выйдут на теневые тропы. Мы снова станем щитом Круга — но не жертвой. Когда придет время битв — Народ Молний пойдет первым, но не пойдет один.

— Не один! — взревел Сто Смертей, а нордийцы слитно ударили оружием о щиты и нагрудники. — Люди Моря пойдут рядом!

— Не один, — громко сказал Винсент Кассиди. — Это наш Росток.

— Никто не останется в стороне, — кивнула Иниэсс. — Мы вырастим Клятвы — пусть Наблюдатель знает, что Народ Молний возвращается в Эстэ и занимает свой круг на тинге. Народ Молний становится стражем Тени — до тех пор, пока великий враг не будет уничтожен. А другие Народы встанут с ним рядом, когда придет время битвы.

Золотой игг-свет залил амфитеатр, мягкий и торжественный. Осколок Единого на мгновение прикрыл веки — кинг, получивший Титул, свою землю и свое место.

И свою войну.

Все, как он и обещал Людям Тени.

Лишь норна была фигурой, которой Пламени Подобный не предвидел. Но ее камень лег удачно, и Один из Тысячи знал, что после тинга, когда Народы будут обсуждать слова и Клятвы, они будут помнить не угрозы Вестника.

А то, что кинг Народа Молний рассмеялся ему в лицо.

Глава 15

Что ж, тинг дал Народу Молний и его владыке многое. Он вошел сюда червивым изгоем под запретными молниями, а вышел — кингом нового Народа, вернувшего имя, старые земли и союзников. Много Клятв было принесено в тингвеллире, чтобы закрепить договоренности, и немало больших и малых вождей подходили к Пламени Подобному, чтобы погреться в лучах его растущей Славы. Ибо он и правда был подобен огню, обжигающему языку пламени, и все Восходящие ощущали это, как малые звери чуют могучего звездного хищника, вышедшего на охоту…

В Круге Элтанир появилась новая сила, о которой теперь знали все.

Осколок Единого понимал, что его появление стало событием, которое будут обсуждать едва ли меньше, чем Сагу о Великом Черве. Золотое сияние Иниэсс померкло перед жаром его пламени — а ведь Один из Тысячи еще не достиг золотого ранга! Что ж, так бывало всегда, ибо осколки Единого — куда больше, чем люди…

Но была и цена. Отныне Люди Теней вновь сторожили теневые тропы, и Острый-как-Шип не преминул спросить кинга, зачем же они пришли в старые руины, если большая часть воинов сразу должна покинуть их? И кто тогда будет строить, охотиться, защищать женщин и детей в Эстэ? Пламени Подобный лишь мрачно усмехнулся и ответил так:

— Наш Народ велик, рикс. И в нем куда больше воинов, чем ты думаешь…

Тогда его слов не поняли. Лишь через несколько дней, когда они вернулись в новый дом, стало ясно, что имел в виду осколок Единого.

Город встречал их запахом старых пожаров, дымом новых костров и звуками жизни, которые его улицы не слышали сотни циклов. Люди Теней больше не скрывались — они открыто забирали этот город себе, освобождая мертвые проспекты от обломков и зарослей и обживая древние башни. Вместе с посольством Народа Молний пришла и Серебряная Форель с выборными от своего клана, чтобы осмотреть золотые каналы, в которые им предстояло переселиться.

Пламени Подобный знал, что Люди Реки будут довольны. Да, каналы и водоемы Эстэ сейчас пребывали в запустении, но он мог отворить заваленные русла и вновь привести в движение древние механизмы, что позволяли водам свободно течь. За многие циклы без человека воды очистились, наполнившись жизнью. Даже сейчас расплодившиеся подводные звери, среди которых было немало звездных, могли порадовать клан Золотых Каналов хорошей добычей, а старые жилища их предков были куда лучше диких водных фригольдов. Главное — чтобы Люди Теней и Люди Реки стали добрыми соседями. Многие сомневались в этом, а некоторые гневались, ибо считали, что кинг напрасно делится древним наследством… Но мало кто осмеливался встать против воли Одного из Тысячи, а сам он знал, что места в Эстэ хватит еще десяти кланам. Грядущие же испытания сплотят Народы куда лучше, чем слова.

Форель должна была провести в Эстэ несколько древодней, а затем вновь отправиться в земли Мертвой Рыбы. Она спрашивала у осколка Единого, как поступить со старыми водами, и он велел Восходящей оставить их за собой — ту часть, что прилегает к владениям Народа Молний. Новый горизонт, охотничьи угодья, дорога к Морю Трав, щит от вторжений — эти земли не следовало бросать. А вот с теневым поясом — другое, совсем другое дело, он тоже был важен, но лишь частично — как будущее поле боя.

Пламени Подобный отправил шесть копий дозорных в тот же день. Проверить старые пути и занять важнейшие места. Люди Теней сотни циклов провели возле Тьмы и знали вражеские тропы, а сеть постов и убежищ возле Черной Пасти никуда не делась. Но шесть копий — это шесть капель, упавшие там, где нужен полноводный поток, и потому осколок Единого вновь оседлал Ледяного Драккариса.

Черепа. Ему нужны были Черепа.

Их ослабила война — много Восходящих пало в Кузнице Молний, а казнь червивых обезглавила все три септы. Побеги, отравленные Всадником, следовало выжечь вместе с корнями, но живое древо, даже подгнившее, всегда выпустит новые. Осколок Единого не любил Черепов — эти заблудшие дети были самыми дикими, злыми и опасными, но они были ему нужны.

А он — нужен им.

У Черепа Великана горело множество огней.

Туда стекались беглецы. Тысячи. Из септ Черных и Кровавых Черепов, обитающих глубоко во мгле, из диких общин, что считали своим домом ущелья Черной Пасти. Оборванные, грязные, со стариками, женщинами и детьми, они бежали из своих пещерных домов к ненавистному свету Круга, потому что-то, что оставалось за спиной, — было страшнее.

Черви.

Их всегда хватало возле Пасти, ибо она была рубежом для летающих Матерей и средоточием подземных путей для того отродья, что ползло из щелей червивых октагонов. Они были привычным злом, которое можно убивать — и Люди Теней делали это лучше остальных Народов Круга. Но то, что пришло сейчас, было совсем другим, злым и очень умным, ибо их вела чужая воля. Бронзовые и серебряные Черви уже появились в Черной Пасти. Отродье, которое прежде не встречалось там, твари с чужим узором на панцирях, рожденные в большом Улье. Беглецы рассказывали о летающих Прыгунах, смертоносных, способных пролезть в любую нору Хватателях и метающих хитиновые шипы на сотню шагов Шипохвостах, и еще худших тварях, что внезапно зашевелились в глубинах Черной Пасти.