Звездная Кровь. Дарующий Молнии (СИ), стр. 27

Так считали все.

Но Одному из Тысячи были ведомы и иные пути.

Среди заросших уступов, обрушенных стен и мертвых башен — там, где горы были исполосованы небесным огнем, еще жило эхо древнего кел-мастерства. Его не видели обычные глаза, и много дней потребовалось бы, чтобы раскопать и приставить друг к другу обломки. Однако у осколка Единого имелся Архитектор, и Существо было призвано, и руины вспомнили, чем они были.

Иллиумовый стержень и ядро Меча Жесткого Света исчезли (вероятно, их унесли охотники за звездной материей), но многое другое — нет, и главным был разбитый круг, что Архитектор сложил из множества фрагментов и вновь напитал рунной энергией. Жилы Знака Переноса — врата, ведущие по ту сторону гор, — вновь сияли холодным светом.

Ответный Знак был цел, как и полагал Пламени Подобный, — он находился уже в Благословении, и Вечности незачем было уничтожать его. Осколок Единого прошел сквозь него первым и провел своих людей, и они, изумленно оглядываясь, вступили на заросшие камни старой дороги, ведущей к Великому Древу по землям, над которыми простирались ветви Элтанира, дарящие золотой свет.

Он не слепил и не грел, он просто был повсюду, пропитывая траву, землю, воздух, плотское и незримое. Под игг-сиянием все росло стремительно и жадно, звери охотно плодились, а земля не знала ни засухи, ни болезни, ни голода. Великое Древо щедро делилось со своими детьми — отжившие свое огромные Листья, вызревшие Плоды и лепестки Цветов в свой срок опадали, принося обитателям Единства пищу и звездные материалы, силу, богатство и процветание.

В предгорьях, где они оказались, было прохладно и пусто, а дорога выглядела так, будто не использовалась сотни циклов — ее покрывали почва, трава и звериные следы. Множество свет-деревьев росли на холмах — младшие дети Игга, хранящие тень его сияния. Повсюду роились полярии — мириады, от крошечных, едва различимых искорок до серебряных особей размером с человека. А от обилия непривычных цветов и запахов у Людей Тени начинало ломить в переносице…

— Эти земли будто не знают зла, — Найтфир улыбалась, подставляя лицо лучам золотого света, а ветер играл ее распущенными волосами. — Древо берет нас под свои ветви, владыка…

Улыбались и другие, молодые и старые. Они все ощутили это — могучее присутствие Великого Древа, его зрелую, отеческую мощь, наполняющую душу спокойствием и уверенностью. Морщины на лицах, напряжение в уголках губ и глаз уходили, ибо Элтанир брал их под свои ветви — и дарил умиротворение. Счастлив, благословен и богат Народ, живущий у Игг-Древа, и потому за Семена и Ростки порой проливались реки крови…

Пламени Подобный предупредил всех, кто впервые видел Благословение, о запрете огня, охоты, любого умышленного убийства — даже растений и насекомых. Эти места были ограждены стенами гор — забытое подбрюшье Народа Древа, — и появление большого отряда чужаков должно было удивить стражей их границ. А то, что их заметили, — не вызывало сомнений, ибо с Ветвей хорошо видно все, что происходит внизу. Осколок Единого ждал, что их остановят, и не велел скрываться — наоборот, приказал развернуть над отрядом сигны. Черные знамена со знаками Каменных Луков, Небесных Когтей, Шипов и Луноликих поднялись над их головами, но выше остальных — сигна с тремя молниями — древняя, как сам Круг, и запретная столько циклов, сколько Люди Теней жили в изгнании.

Не прошло и часа, как наверху с шелестом мелькнули стремительные золотые Стрекозы — раз, второй, третий. А затем стражи Народа Древа — три семерки Восходящих — закружились над ними быстрым хороводом.

Много. Очень много — не патруль, а боевой отряд. Всадники Стрекоз были крайне опасны — они превосходили стоящих на земле столь же, сколь наездник — пешего воина, ибо при нужде способны двигаться очень быстро и засыпать врагов стрелами, копьями и Рунами, оставаясь на высоте. Люди Теней поняли все верно, и руки многих легли на оружие, но Пламени Подобный поднял руку, призывая к спокойствию. Их встречали — потому что Иниэсс получила известие. Он вышел вперед, и несколько Стрекоз спикировали вниз, оказавшись напротив, но Восходящие на их спинах не спешили сходить на землю.

— Народ Теней под светом Элтанира! — голос старшего над ними отливал командным металлом. — В этих краях не растут ваши дороги.

— Мы идем из наших новых владений, — ответил Пламени Подобный. — Разве пути к тингвеллиру закрыты?

— Раньше Людей Тени приводили другие дороги, — сказал Восходящий, пристально глядя на него из прорези шлема. — Как вы прошли через горы?

— Дороги меняются вместе с небесными знаками, — ответил Пламени Подобный. — Вы забыли, но камни города Молний хранят древние пути. Мы сложили их вновь, и они вспомнили нас.

— Ты — тот, кто назвал себя кингом проклятого Народа в запретных руинах? — спросил Восходящий.

— Я — Пламени Подобный, кинг Народа Молний, — мрачно улыбнулся осколок Единого. — И я иду на тинг, чтобы говорить с другими Народами. Двадцать два клинка Народа Древа пришли прорастить мне путь?

— Да, но не в тингвеллир, — ответил человек Древа. — Иниэсс Зеленый Лист желает говорить прежде тинга. С тобой.

— Так двадцать два клинка пришли передать приглашение?

— Приказ владычицы таков: доставить тебя на Ветвь. И мы вырастим его, даже если Люди Теней пустят здесь корни, — сказал страж, и в голосе его прозвучала скрытая угроза. — А каков будет путь — выбирать тебе, Восходящий.

Пламени Подобный предполагал, что нечто подобное произойдет — несомненно, владычицу сильнейшего Народа Круга насторожило известие о массовом появлении Людей Тени в запретных руинах. Иниэсс была золотом — одним из немногих, кто достиг этого ранга в Круге Элтанир. Она ближе всех находилась к вратам Храма Вечности и должна была видеть многие вещи лучше остальных. После исчезновения небесной охоты над Эстэ там появляется кинг, называющий имя изгнанного Народа, — несомненно, это представляло для Иниэсс огромный интерес. Но прежде всего — она не понимала, кто он и чего от него ждать; прояснить перед тингом расклад сил и новую ситуацию — вот зачем посланники Древа «приглашали» его на аудиенцию. А вот то, что Иниэсс послала много воинов — ясно говорило, что ничего хорошего она не ждет, и закончиться эта встреча может весьма непредсказуемо…

— Мои люди…

— Останутся здесь. Ветви не любят чужаков. Иниэсс хочет говорить лишь с тобой.

— Владыка, разумно ли… — прошептала Найтфир, тревожно касаясь его плеча.

— … поступила золотая владычица, пригласив меня? — улыбнулся осколок Единого. — Мы скоро узнаем. Ждите здесь, мои верные!

— Садись со мной, — посланник Иниэсс хлопнул по золотистому панцирю своего крылатого скакуна.

Через несколько ударов сердца Золотая Стрекоза унесла осколка Единого к кроне Великого Древа, к его исполинским Ветвям, на одной из которых держала свой трон Иниэсс Зеленый Лист, владычица Благословения.

Глава 10

Великое Древо подобно огромной стране.

Она начинается там, где исполинские Корни уходят в плоть Единства, продолжается на Стволе, превосходящем иные утесы, вольготно раскидывается в небесах, в сплетении Ветвей и Листьев. У нее свои жители, свои пути и свои законы. Земляне бы сказали — «уникальная экологическая система». Живая, многослойная, бесконечно сложная — воплощение мудрости Творящей и ее учеников.

Огромные Ветви первого яруса кроны — самые большие и древние, — подобные мостам и проспектам, тянулись на десятки тысяч шагов, переплетаясь, сходясь и расходясь. На них росли малые свет-деревья и звездные Травы, что встречались только здесь. Меж них вились улицы и многоуровневые тропы, доступные лишь детям Древа. Светящиеся изнутри Игг-Листья походили на паруса больших кораблей — каждый мог укрыть целый отряд, — а распустившиеся Соцветия сияли как маленькие солнца.

Пока Стрекоза несла их вверх, Пламени Подобный видел сады из лиан и висячие дома, подобные гнездам. Видел Людей Древа, бестрепетно ныряющих в зеленую бездну, громадных Золотых Термитов, бегущих по черному золоту Ствола, янтарные ручьи Игг-Смолы и пасущихся возле них янтарниц, чей нектар ценился выше серебряных вин. Полярии же роились здесь целыми облаками, без спешки расступаясь перед несущимися Стрекозами и смыкаясь за ними снова. Звездная Кровь, рунная энергия светилась повсюду, ибо Игг притягивал, собирал и снова выпускал ее в Единство.