Звездная Кровь. Дарующий Молнии (СИ), стр. 11

Соплеменников Сигурда защищало тайное предназначение, но другие Народы Круга — нет. Осколок Единого знал, что погибнут многие — и прежде всего те, с кем невольно свела дорога Восхождение. Его предвидение сбылось в первый же день, когда слуги Палача уничтожили три фригольда Народа Гор. Бессмысленная и глупая жестокость, хотя враги полагали ее демонстрацией силы. Их не стесняли никакие ограничения, ибо Преображающих, выкованных в небесных Эмпиреях, не страшил даже гнев Наблюдателя. Они могли сжечь весь Круг — если это вдруг понадобится.

Пламени Подобный не питал иллюзий.

Главное, чтобы они пришли. А потом…

Но первым появился кое-кто другой.

Сигурд, вернувшийся из Вечности.

Осколок Единого допускал, что Псы используют землянина. Хранители могли на какое-то время задержать его, но не выпустить — не могли, ибо он был одним из ключей, открывающих тайну Истока. Их связь — очевидна, и Псы могли пойти на хитрость, наградив его небесной меткой, чтобы землянин сам привел их к цели.

Когда от Эсмерры пришло эхо тревоги, Пламени Подобный не стал торопиться. Пока знакомый серебряный Восходящий трепыхался в Сетях, он подал знаки Кейнору и подготовил нужные Руны, ожидая, кто явится следом. Грозный механизм небесной ловушки зашевелился, готовый прийти в действие.

Одновременно его Существа тщательно изучали пленника — нельзя было исключать самых неожиданных вариантов. Но анализ Эсмерры выявил, что это не подделка, не личина, не двойник — настоящий Сигурд, пришедший в Эстэ с помощью золотого Переноса. Посторонних меток и сопровождающих сигнатур навигатор не обнаружила, а Псы находились в землях Народа Реки…

Тогда он вошел в Домен, по-прежнему готовый к битве.

Землянин висел в паутине Остановленного Времени. По приказу осколка Единого его освободили, и Сигурд опустился на золотую дугу моста. Пламени Подобный не стал ждать — развернулся и зашагал к дворцу, жестом приглашая следовать. Нельзя было сказать, что он был рад встрече, ибо Сигурд был храбр и умен, но не мудр, и пришел незваным в неподходящий момент, подвергая опасности и себя, и Братьев, и свой Народ.

— Говори, танаан.

В глазах землянина он видел тень обиды — тот явно ожидал иного приема. Предтеча не был его другом — скорее учеником, хотя когда они делили тело, осколок Единого и сам кое-чему научился. Возможно, ему стоило быть мягче, но золотые Атрибуты меняют, и возвращенная память Дарующего тоже, Пламени Подобный уже смотрел глазами кинга, экзарха, прошлого и будущего властителя этого Круга, и не мог иначе… а еще Сигурду стоило понять, что нужно держаться подальше от небесной охоты.

— Мы вернулись из Вечности. Морвейн… выполнила твой приказ. И теперь… Псы здесь. И они тебя ищут.

— Я знаю.

Он уже знал, зачем пришел землянин. И знал, что Сигурд скажет дальше.

— Ты знал, что они проснутся.

— Да, танаан.

Сигурд замолчал. Он не слишком вырос в Восхождении — слабое серебро, пусть и с золотой прожилкой. Его эмоции были открытой книгой — злость, обида, ощущение, что им воспользовались. Все верно — им воспользовались. Но разве это повод для жалоб?

— Они могли уничтожить мой фригольд. Могли вырезать мой Народ. Ты об этом знал. Ты использовал меня как приманку для Палача.

— Танаан, — Пламени Подобный позволил голосу стать жестче. — Ты жив. Твой фригольд и Древо целы. О чем тебе сожалеть? Псы пришли за Тысячей.

— Они ищут след Тысячи. А я носил тебя в себе, был в Эргиале, говорил с Кузнецом и Сатори! Мой след ведет прямо к вам, и если Псы вернутся…

Осколок Единого выдержал паузу. Чуть дольше, чем следовало, но он хотел, чтобы Сигурд почувствовал тяжесть этих слов.

— Ты зря пришел, танаан. Небо взяло твой след.

Да, землянин действовал из лучших побуждений. Пожалуй, ему следовало отдать должное — даже сейчас Сигурд был готов встать рядом с Тысячей, как в битве за Эргиаль. Похвальное желание, но бесполезное — небесный ураган сломает золотые крылья. Его место и предназначение — иные. Он был ключом к Истоку, связующим звеном с новыми Истинными и ковчегом предтеч — и должен был уйти.

— Уходи, — сказал осколок Единого. — Это не твоя битва.

— Ты ошибаешься. Может, они…

— Не взяли след? Тогда тебе улыбнулся Незримый, — Пламени Подобный позволил себе улыбку, но без тепла. — Хочешь испытать судьбу?

— Не собираюсь бежать, поджав хвост, — Сигурд пожал плечами с показным равнодушием. — Я принес тебе Морвейн. Ее Руна стала золотом, а Кувшин полон душ…

Морвейн. Да, это было важно, хоть он мог забрать ее Руну и позже. Заклинательница, чья сила теперь равнялась слабому золоту, а может, и превосходила его. Ключ к Курганам Семи Древ… Пламени Подобный принял ее Руну. Он разберется с ней позже.

Сейчас — другое.

— Теперь уходи, танаан, — произнес он, вкладывая в голос силу Древней Власти. Давление воли, способное согнуть слабых и заставить подчиниться даже упрямых, ибо Сигурду не следовало рисковать жизнью в небесной охоте, хоть осколок Единого и испытывал соблазн сделать землянина одним из своих щитов. У Истинного были шансы выжить даже в этой битве, но… Тот-Кто-Сражается всегда говорил, что не стоит засовывать руку в мешочек с камнями Незримого слишком часто.

Сигурд насмешливо улыбнулся. Его аура даже не дрогнула, будто мощь золотого Навыка была лишь легким ветерком, обдувавшим разгоряченные лица. Он все-таки сумел удивить Одного из Тысячи — далеко не тот беспомощный новичок, которого осколок Единого когда-то вел под руку по первым ступеням Восхождения. Навык… или золотой Предмет? Только золото способно отразить золото…

— Когда же они придут? — спросил Сигурд. — Мне, правда, помочь тебе особо нечем — Палач отняла Ястреба… и твои Цепи.

— Значит, такова цена, — Пламени Подобный не позволил разочарованию проступить на лице. — Не жалей о потерянном. Тот-Кто-Сражается говорил: поражения важнее побед. Эсмерра!

— Границы стабильности не нарушены, — Существо-навигатор возникла рядом мгновенно. — Угрожающих траекторий не обнаружено.

Похоже, Незримый любил не только Тысячу. Эсмерра не ошибалась — расчеты навигатора были точнее любого небесного провидца. Землянин пришел сам, по собственной глупости и храбрости, и не привел за собой хвост, использовав комбинацию Рун, которые сложно отследить. Пламени Подобный позволил себе смягчиться. Чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы землянин понял — гроза миновала.

— Ты удивляешь меня, танаан. Что ж, тогда рассказывай…

И Сигурд рассказал.

О Фонтане Грез и Сестре Солнца. О крылатой Башне коллекционера и Палаче. О Контракции чьи щупальца тянулись даже за пределы Вечности. Один из Тысячи слушал, складывая осколки информации в общую картину. Многое он уже знал от Сатори, и взгляд изнутри лишь подтвердил — Хитрейший и Палач играют в разных сферах…

— Тебе ничего не угрожало, танаан, — сказал Пламени Подобный, когда землянин закончил. — Предназначение предтеч защищает тебя. Жалкая Вечность не посмеет даже пальцем тронуть тех, кому предначертано заново создать Исток… Ты достойно справился. И помни: то, что случилось, — было предопределено не мной, танаан, а тем, кто нами играет.

— Он, как я понимаю, желает союза… — начал Сигурд.

— Не верь и не заключай с ним сделок, танаан. Помни — ты фигура, он игрок. Как только ты выполнишь свое предназначение, твою фигуру без сожалений выкинут из сферы.

— А твою?

— Я верю в камень хаоса, танаан, — ответил Пламени Подобный. И, вспомнив партию с Ледяным Кузнецом в Эргиале, добавил: — И в Прозрачные Дороги…

— Ты хочешь заманить Псов в ловушку, — наконец догадался Сигурд.

— Они тоже фигура, и не самая сильная. Тысяча Братьев готова дать бой.

— Значит, снова война? Между Тысячей и Вечностью?

— Всего лишь Дикая Охота, — усмехнулся осколок Единого. — Она скоро закончится, танаан.

— И что же дальше? Что ты предлагаешь нам делать? Сидеть и смотреть?

— Я уже сказал — это не ваша битва. Ты видел мои Сети, танаан. Не забывай о Печатях Тайны. И скорее отыщи тех, кто творит новых Истинных из Крови Истока… Расскажи им то, что знаешь. Это — надежда. И твой путь.