Кольцо Анубиса, стр. 27
В бесцельных прогулках всегда есть своя прелесть. Москва вдруг представилась далеким и чужим городом. Таким далеким, что все, случившееся с ним там, Марк начал воспринимать отстраненно, как бы со стороны. Джесертеп, Анубис… Все это осталось в другой жизни.
В таком расслабленном настроении Марк бродил по центральным улицам, а потом зачем-то съездил на другой берег на вокзал. Потом начался поход по магазинам, где кроме добротной дорожной сумки и кожаной меховой кепки он накупил разнообразной мелочи вроде бритвенных лезвий и зубной пасты, носовых платков и носков. Поймав себя на этом, Марк подумал, что, похоже, он инстинктивно хочет на какое-то время осесть на одном месте. Пришел момент оглядеться.
Знакомство с городом завершилось тем, что неожиданно для себя Марк очутился на рынке.
Фрукты и на улицах продавали чуть не на каждом углу, но здесь царил свой особенный, базарный мир. К концу дня торговля шла уже вяло. Продавцы-кавказцы скучно перекликались, не отходя от прилавков. Старушки в мясном ряду пытались подешевле купить каких-нибудь косточек, которыми пренебрегли более обеспеченные дневные покупатели.
Марк торговаться не любил. Или не умел. Что одно и то же. Он сразу нацелился на крупные красные яблоки, которые лежали горкой перед смуглым с одутловатым лицом и наглым золотым зубом продавцом. Но перед этим он купил еще три желтовато-красных персика и небольшую в засохших серых трещинках дыню.
— Полкило яблок, — попросил он.
— Зачем полкило? — бурно удивился продавец. — Бери два.
— Мне не нужно столько, — ошеломленный таким напором пробормотал Марк.
— Почему не нужно, друзей угостишь!
— Некого угощать, — рассердился Марк. — Полкило!
Кавказец пожал плечами и взвесил четыре яблока. Потянуло почти на килограмм.
— Черт с тобой! — Марк протянул долларовую бумажку и стал складывать яблоки в сумку.
— А вот это замени, — потребовал он, увидев оббитый красный бок.
— Зачем замени! Хороший яблок, спелый.
— Замени! — Марк уперся.
— Тогда твой доллар фальшивый, — вдруг заорал продавец неожиданным фальцетом. — Паршивый, фальшивый! — вошел он в раж.
Милиционер в форме появился сразу, будто только и ждал крика о помощи. Одной рукой он тут же схватил Марка за локоть, другой принял доллар.
— Сейчас разберемся, — пообещал продавцу сержант с угреватым лицом и пронырливым взглядом. — А ты знаешь, — обратился он уже к Марку, — что торговля разрешена только на рубли?
— Он говорит, доллар фальшивый, — начал оправдываться тот. — Этого не может быть, в банке менял.
— А если фальшивый, то тебе, парень, камера светит.
Марк был не готов к такому обороту. Не хватало избавиться от ФСБ, чтобы влипнуть подобно базарному мошеннику.
— Сержант, давай договоримся… — попытался он разрешить недоразумение миром.
Но на людях сержант договариваться не захотел. Продолжая держать Марка за локоть, он отвел его в каморку, где размещалась рыночная милиция.
— Протокол составим в отделении, погоди малость, пока придет продавец.
Тут же явился и торжествующий кавказец. «Ну что, съел», — выражал его взгляд.
Теперь Марк окончательно понял, что ситуация куда серьезнее, чем ему представлялось вначале.
Он еще попробовал незаметно от кавказца сунуть двадцать долларов милиционеру, но наткнулся на каменную неподкупность.
Надо было сразу сотню давать, ругал себя Марк, пока его конвоировали мимо прилавков. А если обыщут, что скажу? А вдруг запрос сделают в Питер? Все всплывет.
На улице смеркалось. Снега навалило и на тротуары, народ шел оскальзываясь. Марк вдруг почувствовал, как дрогнула рука сержанта, пытавшегося сохранить равновесие.
«Давай!» — приказал себе Марк, и, наклонив голову, рванул через дорогу.
40
Отдышался он уже в гостинице. Как все глупо могло получиться! Засыпаться по мелочи. А это тебе наука на будущее, не связывайся с жульем.
То, что следует сидеть тихо, Марк понимал и раньше. Но не всю же жизнь. Все равно придется выходить из подполья. Проклятое кольцо!
Пора было подумать и об ужине. Яблоками сыт не будешь, а снова идти куда-то нет сил. Но ведь при гостинице есть ресторан.
Ресторан также назывался «Нижегородский». «Это, чтобы не путались», — подумал Марк, выбирая столик. Выход в зал находился прямо в гостинице, где-то возле кухни, остальные клиенты, не жившие здесь, шли с улицы.
За столик никто не подсел, что уже было добрым знаком, ни с кем Марк разговаривать не хотел. Да и публика подбиралась не самая симпатичная. За двумя столами, стоящими наискосок, шумно и по-жлобски гуляла братва. Провинциально выглядевший, но очень громкий оркестр наяривал разминочную плясовую. А вообще, зал был не очень полон. Многие столики пустовали.
Пока дожидался заказанной телятины, выпил пару рюмок коньяку. По телу расплылось тепло, и недавнее приключение показалось скорее забавным, чем серьезным.
«А ну, этих торговцев, к Аллаху, — подумал Марк. — Надоели только, а так пусть живут».
Через час он уже расслабленно сидел, откинувшись на спинку стула, и, запивая кофе коньяком, прикидывал, не станцевать ли медленный танец с местной красоткой. Вульгарную компанию девиц в боевой раскраске в дальнем конце зала он отверг сразу, — не поймешь, то ли отдыхают, то ли на работе, — но пара подруг, похожих на справляющих скромный семейный праздник студенток, показалась ему более перспективной.
Дождавшись, когда полненькая брюнетка с классической родинкой возле губы встретилась с ним взглядом, Марк приветственно поднял свою рюмку. Студентка не стала жеманиться и в ответ тоже подняла бокал с вином.
«Сейчас приглашу», — решился Марк, но в тот же хмомент увидел, как в зал через служебный гостиничный вход ввалилась шумная толпа кавказцев. Конечно, его недавний продавец был среди них.
Марк узнал его сразу и чуть не выронил рюмку. Надо же, как повезло!
Еще был шанс остаться незамеченным, и Марк опустил глаза, сгорбился над чашкой кофе, искоса наблюдая за компанией. Но нет, далеко не ушли, сели за соседний столик.
Стараясь привлечь внимание официанта, чтобы рассчитаться, Марк, улучив момент, махнул рукой. Это было ошибкой. Он даже не увидел, а почувствовал, как блеснул взгляд кавказца.
Быстро отсчитав деньги, Марк поднялся и поспешно вышел из зала. Теперь надо как можно скорее добраться до номера. Перепрыгивая через ступеньки, он поднялся к себе на третий этаж. Спасительная дверь была уже рядом, когда он услышал оклик коридорной:
— Молодой человек, чай заказывать будете?
— Нет! — крикнул, не останавливаясь, Марк и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как продавец и двое его друзей показались в конце коридора.
«Ни за что не открою, — решил Марк, захлопывая дверь номера. — Пусть вышибают».
Но постучали, и он открыл.
А что, собственно говоря, ему оставалось делать? И ежу ясно, что продавец не отвяжется. Эта порода была знакома Марку по немногочисленным встречам — нахрапистость, наглость и трусость одновременно. Но теперь сила была не на стороне Марка. Обычная драка не спасет, милиция — вот кого надо бояться.
Южане прошли в номер по-хозяйски. Двое сопровождающих сели на кровать. Не поймешь с первого взгляда кто — то ли грузины, то ли армяне, то ли азербайджанцы.
— Фальшивые доллар продаешь, — продавец сразу пошел с козырей. — От милиция бегаешь. Давай тысячу баксов, дружить будем.
Рэкет был примитивным, как и сами торговцы. Подвернулся случай сшибить деньгу, лови удачу.
Первым движением было отдать выкуп и разойтись. Но тут же Марк понял, что тысячей дело не ограничится. Будут тянуть, пока не выдоят все. К тому же, хамство всегда раздражало его, он тогда и сам становился бешеным.
— Слушай, кацо, отвяжись. Фальшивых долларов у меня нет, ты и сам это знаешь.
— Какой кацо? — взревел кавказец и что-то быстро залопотал по-своему. — Сейчас кацо сам будешь, если баксы не дашь!