Кицхен вступает в бой (СИ), стр. 55
Алвис потянулся к бутылке, но та была пуста и давно.
— Не смотри ты так! Это я от нервов… я спать не могу… ты ж пойми, Гриди реально оскорбился. Он нам честь оказывает, а эта дурища… ну да, не красавец. Но с лица воды не пить… и вообще, у него дом каменный в три этажа! С колоннами! Экипажей три! Свои конюшни! И гномский самоходный аппарат выписал, планировал на свадьбу жене подарить!
— Не будет свадьбы.
— Дагги, вариантов нет, — Алвис убрал руку от бутылки и сложил на животе. — Или так, или реально каторга… а я там сам не виноват особо! Я ж просто… ну выпивший был. Чутка. Злой. Проигрался… а этот сам ко мне полез! И с ножом! Вот…
— Надо было про нож судье рассказать. Самооборона — это другая статья.
— Да кто бы слушал… — он отмахнулся. — Я там ещё переборщил. Так, малость… ну да, когда маршал скрутил, то и поорал… побуянил! Но все же живы! А меня теперь на каторгу!
И такое искреннее возмущение было в его голосе, что Даглас даже растерялся.
— Расписки опять же… они у Гриди. Признаю, я оставлял… ну, думал, отыграюсь! Мне тогда везло, а потом… и я подумал, что оно опять, что нужно просто удачу… и на волне… и вот…
— И вот…
— Всё очень сложно, Даглас, — матушка опустилась на стул. — Твой отец… он не был приспособлен к жизни! Он слабый. И Калеб слабый. И Алвис…
— Мама…
— Помолчи. Ты не способен справиться со своим болезненным пристрастием. И его нужно лечить. Ограничивать. Но на каторге твой брат умрет! И тебе с этим жить! Как ты сможешь жить, зная, что убил собственного брата⁈
Алвис кивнул со скорбной рожей. И у Дагласа прямо кулаки зачесались.
— А как вы сможете жить, зная, что продали девочек? Одну — старому извращенцу, который свою прежнюю жену, возможно, на тот свет спровадил, а вторую — Храму.
— Отдать дитя храму — почетно…
— Нет, мама, — Даглас встал. — Почетно, когда по собственной воле и велению души, а не это вот… ты поедешь?
— Да, я хочу посмотреть в глаза этим негодяйкам, которые…
— Не поедешь.
— Что⁈
— У тебя ведь мигрень и слабое здоровье. А там некроманты. И вообще катастрофа была. Магическая. Фон над землями специфический. Здоровым людям он не страшен. А вот тебе с твоим слабым здоровьем и постоянными мигренями рисковать не стоит, — Даглас покачал головой.
А матушка покраснела.
— Поэтому вернись в номер и подожди. Я провожу тэру Севиллу… и этого вашего поверенного. Хотя смысла в этом не вижу…
— Даглас, ты вот серьезно⁈ — Алвис встал. — Ты сейчас понимаешь, что это вот… что я реально на каторгу могу пойти!
— Да. А ты понимаешь? И понимал ли, когда садился пить, зная, как на тебя влияет вино⁈ Или когда играть, при том, что постоянно проигрываешь⁈
— Но что будет с нами! — воскликнула матушка совсем иным тоном.
— Ничего. Гриди предъявит долговые расписки. Погасить вы их не сможете. Он подаст в суд. Часть можно будет оспорить. Если бригаду строителей предоставил он, то наверняка цены завысил. И качество ремонта проверить надо будет. Да и в целом, нормальный адвокат найдет, где развернуться. Тяжба, конечно, затянется…
— Какой позор… какой…
— Переживёте. Но, конечно, полностью избавить вас от долгов вряд ли выйдет. Вопрос лишь в сумме…
— У нас нет денег!
— У вас есть время их заработать.
— Где⁈
— Где-нибудь, Алви. Можно на флот наняться, к купцу… если, конечно, достоинство позволит. На расчистку земель. На тушение пожаров. В охрану. Вариантов множество. С голоду не пропадете.
Матушка вскинула руку, прижав бледную ладонь ко лбу.
— И мне тоже работать идти? Мне, той, что так надеялась хотя бы в старости пожить достойно… и твоему больному отцу…
— Который был бы здоровее, если бы ты не внушала ему, что он болен. Нет, мама. Заставлять работать вас жестоко. Долг вам вряд ли удастся покрыть, но если дом и вправду отремонтрировали, то его можно будет продать. Давно следовало бы…
— Даглас, как ты можешь говорить такое…
— Какое, мама? Да, я люблю наш дом. Там прошло мое детство. Там вырос отец. И его отец. И этот дом заслуживает хороших хозяев, таких, которые не будут экономить на ремонте крыши. А нам он просто не по карману. Ни дом, ни сад… купим что-то в городе. Скромное…
— Не тебе распоряжаться домом! — взвился Алвис. — Ты… ты вообще на него прав не имеешь! Ты… он отойдет Калебу! А после него, если его женушка и дальше продолжит рожать девок, то мне!
— Именно. Я не имею на него прав, но почему-то имею обязанности содержать и его, и вас в том числе. И содержание, следует заметить, обходится слишком дорого. Так что, матушка, подумай хорошо. Сейчас шанс есть. Места у нас хорошие. Усадьба, пусть запущенная, однако старая, с историей. Но как только начнется суд, все имущество будет заморожено. Гриди не дурак, позаботится, а значит, продать до окончания тяжбы вы не сможете. Да и цену вас нормальную никто не даст. А если Гриди вовсе убедит судей, что вы неплатежеспособны, дом уйдет с молотка. И это значит, что получите хорошо, если половину реальной стоимости.
— Ты…
— Я давно в столице живу. Хотя мне там и не нравится. Поэтому насмотрелся.
— Очерствел душой! — выкрикнул Алвис.
— Как уж есть… так что, чем раньше вы с Калебом найдете работу, тем легче в суде будет доказать, что вы готовы платить. Ну и в целом-то будет проще.
На пунцовом, каком-то перекошенном матушкином лице проступили белые пятна.
— А за девочек не беспокойтесь. О них есть, кому позаботиться…
— Даглас, — Алвис встал. — А ты понимаешь, что Гриди такого не спустит… ладно деньги, он из шкуры вывернется, чтобы отомстить за позор… невеста и сбежала.
— И кто виноват?
— Ну да… следить надо было лучше. Кто ж знал…
Ничего не поняли.
Ни матушка. Ни Алвис. И зря, выходит, Даглас время тратил. Следить надо было лучше… единственный вывод, который они сделали.
Дерьмо.
Какое же…
— И Храм… — продолжил братец, — ладно, нас они не тронут, но у тэры Севилли и вправду связи немалые. При дворе в том числе… из гвардии тебя скоро выпнут.
— Да я уже и не в гвардии.
Даглас вдохнул.
И выдохнул.
— Вот видишь… — сказал Алвис и задумался, явно желая что-то этакое добавить, но не представляя, что именно. — Ты это… выгнали?
— Перевели. В другое подразделение.
— А оттуда выгонят. И кому ты будешь нужен? Так что давай… не ломай… сходи к девкам, объясни им. Они тебя послушают. Они тебя ввсегда слушали. А я… я вот завтра работу искать начну! Клянусь силой!
— Хорошая клятва, — кивнул Даглас. — Верю… ты уж постарайся с выполнением не затягивать. И помни, нетрезвый маг доверия работодателю не внушает.
Он поднялся и спросил:
— Надеюсь, обед вам оплатили?
— Даглас, ты…
— Мы записали на твой счет, — Алвис растянул губы, и улыбка вышла такая, недобрая. — В конце концов, мы же в гостях.
Ну да.
А что их в гости никто не звал, кого это волнует…
— Мальчики… давайте не будем ссориться, — матушка потрогала висок. — У меня мигрень… мы должны сесть и хорошо подумать, как выйти из этой ситуации. Возможно, тэра Севилла могла бы взять Мели под свою опеку. Отложить помолвку на года два… Гриди не станет ссориться с храмом. Да и дар у девочки есть, пусть и слабенький. А там, глядишь, ей и понравится… да, я поговорю… она не откажет… в конце концов, постриг принимать не обязательно, а…
Матушка резко поднялась, оправила юбки и удалилась с почти неприличной поспешностью.
— Знаешь, — сказал Алвис, когда матушка ушла. — А раньше ты был другим… что случилось?
— Заболел, — Даглас почесал за ухом. — Или выздоровел. Как посмотреть. А теперь, извините, но я вас оставлю. Служба. И передайте уважаемой тэре Севилле, что если она всё-таки решит отправиться, я буду ждать её во дворе… и да, экипаж пусть ищет сама.
— Даглас! Это… это невежливо! Ты должен позаботиться… она злопамятна.
— Не должен, — оборвал братца Даглас. — Ей я уж точно совершенно ничего не должен. И да, братец, на всякий случай. Я предупрежу местных и своих ребят, что твои долги — это исключительно твои долги. Ясно?