Дочь повелителя Огненных Земель (СИ), стр. 19

— Слушай! — меня озарила мысль, которой я поспешила поделиться: — Может, нас преследовали не местные? Может, это были люди Хашида?

— Тогда с чего они стреляли в тебя? Ты явно нужна ему живая, — Зейн похабно улыбнулся.

— Прекрати! — пнула Зейна в грудь и поднялась с земли.

Оглянулась и охнула.

— Зейн, — сдавленно позвала я. — Зейн!

— Да что ты… — проворчал принц, но, оглянувшись назад, осекся.

Нас окружили монахи в серых рясах и выглядели они недружелюбно, вооруженные магией земли. Вокруг них кружили камни, готовые в любой момент полететь в нашу сторону.

— Зачем явились, чужаки? — подал голос один из монахов. Его длинные темные волосы падали на лицо, прикрывая сверкающие подозрением темные глаза. Кожа была бледная, с зеленоватым оттенком. Сам он был очень худой, но сила в нем чувствовалась даже на расстоянии.

— Нам нужен ваш настоятель, — проговорил Зейн, делая шаг вперед и прикрывая меня собой.

— Зачем? — темные глаза монаха подозрительно сощурились.

— Скажу только ему. Проводите, — в голосе Зейна явно читались властные нотки.

Я удивленно проследила взглядом за монахами, которые кивнули принцу и, развернувшись, направились ко входу в монастырь.

Серые каменные двери распахнулись, пропуская нас всех вперед.

Глава 23

Мы шли за монахами, которые бесшумно скользили по шершавому каменному полу. Внутри здания царила полутьма, редкие магические светильники давали очень тусклый свет.

— Ждите здесь, — остановил нас старший монах, оставив в просторном зале, в котором лишь по углам стояли несколько скамей. Опять же каменных.

— Что ты скажешь настоятелю? — мой вопрос, заданный шепотом, разлетелся по всему залу, ударяясь об стены и многократно усиливаясь.

— Думаю, здесь нужно говорить только правду, — Зейн ответил твердо.

После его слов двери открылись и нас пропустили дальше, в кабинет настоятеля.

Перед нами предстал седой, длинноволосый старец, сидящий за столом. Его выцветшие водянистые глаза смотрели строго. Он даже не пытался выглядеть гостеприимным.

— Проходите, садитесь, — сказал настоятель, указав на стулья напротив своего стола.

Кабинет выглядел на удивление уютным в отличие от прочего здания. Здесь были магические лампады и даже свечи на столе, ковер на полу и большой стеллаж с книгами за спиной у старца. Вполне себе уютно в отличие от прочих помещений.

— Зачем пришли и нарушили покой монахов, дети мои? — спросил настоятель, но мне показалось, он прекрасно осведомлен о том, зачем мы здесь.

— Мы собираем карту, — начал Зейн. — Ее вырвали из книги, которая принадлежит повелителю Рашиду. Разорвали и разбросали по материку. В ней заложена магия, найдя очередной кусок, мы сможем увидеть, где находится следующий.

— И зачем вам нужна эта карта? — седые кустистые брови взметнулись вверх. — Ищите сокровища, как все остальные?

— Нет, конечно, казна Исатамии очень богата, а я ее наследник! — Зейн решил вспомнить о своей гордыне. Нашел время.

— Тогда тем более я жду объяснений. Зачем вам карта?

— Нам нужно найти место, где проводился первый ритуал вызова огня, — я начала говорить, положив руку поверх руки Зейна и предупреждающе на него взглянув. — В храме огня не получается его возродить. Мы пытались. Ничего не получилось!

— Первородный огонь гибнет, — интонация настоятеля прозвучала утвердительно. Мы с Зейном кивнули. — Я давно это почувствовал, ведь моя родная стихия — огонь.

Настоятель вытянул руку к свече и провел над ней, не обжигаясь.

— Так вы поможете нам? Отдадите свой кусок карты? — спросила, воодушевленная словами монаха. Он понимает ситуацию. Значит, должен помочь!

— У тебя очень красивые глаза. Цвета бури в пустыне. Но ты слепа! — настоятель выдал странный ответ, глядя на меня.

— О чем вы?

— Вся беда в том, что люди разменивают богатство души на славу и блеск монет. А некоторые отчего-то считают, что уже рождены с долгами. Но единственный долг человека — прожить свою жизнь не зря. Вот те, кто отказывается от любви не живут, а существуют, — я так и не поняла, к чему клонит настоятель.

— О чем вы вообще! — разозлился Зейн.

— О ритуале. О первородном огне. Вы же хотите его возродить?

— Это наш долг, — Зейн наклонился к настоятелю. — Отдайте карту.

— Тебе не отдам! — настоятель не уступал принцу по энергетике.

Он отвернулся от Зейна и посмотрел на меня:

— Душа твоя и добра, и чиста. Сохрани этот нескончаемый свет! Освети его путь, настоятель кивнул на Зейна и обратился уже к нему: — Помни, судьба не выточена в камне, вы и сами можете сложить ее рисунок.

— Вы отдадите нам карту или нет? — Зейн откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, стараясь сдержаться и не кинуться на старика с кулаками.

Зейн

Этот монах решил поиздеваться над нами! Кем он себя возомнил! Одно меня сдерживало, что он обещал-таки отдать карту Малейке, попутно оскорбив меня недоверием.

— Идемте, — старик вышел из-за стола и подошел к своему стеллажу.

Я подумал, что он прячет кусок карты между книгами, но монах удивил. Он нажал на несколько книг в определенном порядке и стеллаж раздвинулся в две стороны.

Он прошел в образовавший проход и поманил нас за собой. Старик зажег на ладони слабый огонек, которого едва хватало осветить что-либо под ногами.

Проход был узкий, мы шли по одному.

В узкой каменной полутьме мои чувства обострились, предупреждая о возможной опасности. Малейка позади меня ступала тихо, монах слегка шаркал ногами.

Мы пришли в круглое помещение, больше напоминавшее пещеру, только здесь было сухо.

— Ух ты! — позади меня раздался восторженный возглас Мали. — Вот это да!

То была ее реакция на россыпи драгоценных камней, лежащих во многочисленных сундуках.

— Горы только на вид серы и скучны, но внутри них встречаются несметные богатства, — усмехнулся настоятель. — Но вы ведь пришли за другим сокровищем?

— Конечно, — в один голос ответили мы с Мали.

— Тогда идите вглубь пещеры. Найдете карту там. Как заберете ее, возвращайтесь ко мне. Накормлю вас достойным обедом.

Монах ушел.

— Он что, нас проверяет? — удивленно произнесла Малейка. — Думает, нам нужны блестяшки?

— Вполне возможно, — хмыкнул я. — Мне они за ненадобностью, но вот ты же росла в бедности, верно? Не искушает?

Мали обиженно поджала губы.

— Я всегда больше ценила другое, — ответила она и двинулась между поблескивающими в магическом свете рядами.

— Например?

— Свободу и любовь своей мамы, конечно, — ответила она, засмотревшись на прозрачные камни, играющие разноцветными гранями.

Промолчал, чтобы снова не выдать свою зависть. У меня не было ни свободы, ни любви матери. Только долг и гарантия власти.

Всегда считал, что мне этого достаточно, но в моей жизни появилась Мали и все перевернула с ног на голову.

— Вот она, Зейн! — воскликнула девушка. — Иди ко мне. Давай вместе за нее возьмемся.

— Как скажешь, принцесса, — сказал и подошел ближе.

На постаменте лежал клочок бумаги с изображением карты. Мы сосчитали до трех и прикоснулись к нему.

Меня тут же понесло куда-то в сторону. В нос ударил странный, неприятный запах гнили и плесени, под ногами появилось что-то мягкое и упругое, а еще сырое. Стрекот насекомых оглушил.

Мы шли к домику, который больше походил на крупное гнездо из палок и грязных тряпок. Вокруг странного жилища клубился то ли черный дым, то ли рой насекомых. Непонятно.

Чем ближе мы подходили к домику, тем больше ускорялось движение этого дыма. От чувства опасности внутри все вибрировало. И не сказать, что опасность исходила именно от непонятного роя, или от дома. Она была повсюду.

Взял Мали за руку, и тут покосившаяся, сделанная из тонких прутьев дверь в домик резко открылась.