Попаданка в послушницу (СИ), стр. 18

— Вот как освобожусь от супружеских обязательств, сразу стану самой счастливой женщиной на земле, — улыбнулась я, заметив, как округлились глаза кузины. Конечно, она дитя своего времени и не представляет счастья без удачного замужества. Не буду её в этом разубеждать. Пока.

Домой мы приехали почти в четыре часа дня. Евдокия, встретив нас в вестибюле, начала ворчать, что мы с утра «не емши» и остались без обеда. И правда, есть хотелось жутко. За заботами думать о еде было некогда. К тому же мне надо готовиться к встрече с Пронским: принять ванну, смыть с себя пыль и выбрать вечернее платье для ресторана.

С последним пунктом оказалось сложнее всего. После обеда я попросила Екатерину помочь мне в этом непростом деле. Перебрали весь гардероб — нарядов для выхода в свет оказалось немало. Кузина с восхищением рассматривала платья, высказывая своё мнение, куда можно в них отправиться. Бальные, конечно, самые тяжёлые и красивые, поэтому я искала более практичное, чтобы турнюр причинял минимум неудобств, и наконец-то нашла.

— Вам очень идёт бордовый цвет, — заключила кузина, когда Евдокия помогла мне облачиться в платье из тафты.

Я повернулась, рассматривая своё отражение в зеркале. Платье сидело на мне идеально: открытые плечи и лопатки, корсет выгодно приподнял грудь, вырез платья едва прикрывал декольте.

— Не слишком открытое? — нахмурилась я, сомневаясь в уместности наряда для ресторана.

— Можно надеть пелерину. Кажется, видела подходящую, — Екатерина кинулась в гардеробную и вернулась оттуда с полупрозрачной короткой накидкой из тонкого чёрного кружева. Она была почти невесомой, но зато прикрыла мои голые плечи, лопатки и декольте. Вот и фамильная брошь в виде бордовой розы, которую я забрала из банка, пригодилась.

— Ох, красавица вы, Еленушка, — всплеснула руками прислуга. — Только не ездили бы одни в ресторацию. Людям только дай повод языками почесать, — искренне переживала она.

— Сегодня, Евдокия, никак не могу. Мне надобно поговорить с князем Пронским без свидетелей. Дело сугубо личное, касаемое будущего фабрики, — я нервно поправила локон.

— Будьте осторожны, — вздохнула кухарка.

Ровно в восемь часов прибыл экипаж. Я надела длинный плащ, набросила на голову глубокий капюшон и покинула дом.

За воротами меня ждала закрытая карета. Кучер в опрятной одежде помог мне сесть внутрь и захлопнул дверцу. Оказавшись в темноте, я ощутила страх: что, если меня сейчас снова похитят? Но когда через десять минут экипаж остановился напротив здания с вывесками на окнах «P. CUBAT» и «CAFE de PARIS», я облегчённо выдохнула — никто не собирался меня похищать.

Правда, волнение никуда не делось. С трепещущим в груди сердцем я вышла из кареты. Швейцар любезно открыл передо мной дверь, поприветствовав меня на французском.

Стоило только назвать своё имя метрдотелю, как он тут же начал расшаркиваться передо мной, чуть ли не сдувая пылинки. Помог снять плащ, отдал его в гардероб и лично повёл меня в зал, откуда доносились музыка и голоса гостей.

Войдя в огромный зал с высоченным потолком, где на хрустальной люстре горели сотни свечей, я сначала подумала, что попала на императорский приём, и оторопела на секунду от увиденного, настолько тут всё было шикарно и идеально.

— Прошу, Ваша Светлость, вас уже ждут, — метрдотель указал в сторону, где за настоящими пальмами в кадках мелькали двери отдельных кабинетов.

Нашёл же Пронский место — здесь собралась вся элита Петербурга. Надеюсь, меня никто не узнает. Я поспешила в сторону пальм и скрылась за ними от посторонних глаз.

Глава 18. Ужин с Пронским

— Рад видеть вас, сударыня, — Пронский растянул губы в широкой улыбке, когда я вошла в кабинет.

Чёрный мундир сидел на нём как влитой. Мужчина склонил голову, и моя рука сама потянулась к нему. Он едва коснулся ладони, оставив на тыльной стороне лёгкий поцелуй.

— Чудесно выглядите, Ваша Светлость, — вкрадчиво произнёс он, отпустив мою руку.

— Добрый вечер, Алексей Михайлович, — напряжённо держала я осанку, оглядываясь. — Милое местечко.

Уютное небольшое помещение. Окно закрыто плотными шторами, круглый стол стоял посередине комнаты, на белоснежной скатерти лежали начищенные до блеска столовые приборы, бронзовые канделябры со свечами освещали пространство, а ваза с живыми цветами украшала сервировку.

Метрдотель помог мне сесть за стол, отодвинув стул, пожелал нам хорошего вечера и удалился.

— Я осмелился заказать блюда за вас, Елена Викторовна. Надеюсь, вы одобрите мой выбор, — Пронский изогнул бровь. — Не хотел томить вас ожиданием.

— Меня устроит любое блюдо, Ваше Сиятельство, — я добавила к своему голосу нотки снисходительности. — Я пришла сюда не для того, чтобы наслаждаться гастрономическими изысками.

— Одно другому не мешает, — ухмыльнулся князь. — Мой отец говорил, что приятная компания и вкусный ужин налаживают самые прочные деловые связи.

— Ваш батюшка знал толк в переговорах.

— Жаль, что его больше нет, — в голосе мужчины не прозвучало ни капли сожаления. — Давайте сменим тему на более интересную. Как обстоят дела на вашей фабрике?

— Не так прекрасно, как хотелось бы, — ответила я, и в этот момент вошёл официант, принеся на подносе холодные блюда. Он молча разлил из бутылки шипучий напиток по бокалам и удалился, пожелав нам приятного аппетита.

— Значит, проблем на фабрике хватает, — сделал вывод Пронский, когда мы остались одни.

— Да, то одно, то второе всплывёт, — покачала я головой, взяв вилку. Не смотреть же на салат.

— Сочувствую. Теперь думаю, может, зря я вас обнадёжил, светлейшая княгиня, — задумался мужчина, нахмурив брови. — Справится ли ваша фабрика с заказами для лейб-гвардии?

— Смотря какие будут объёмы, — напряглась я так, что комок в горле встал. Вдруг назовёт сейчас несусветную цифру.

— Точно сказать не могу, ведь я лично не занимаюсь снабжением полков, — в глазах Пронского появился хищный блеск. — Но успел переговорить с дядей. Он готов рассмотреть вашу фабрику в качестве официального поставщика.

— Но?.. — я выразительно посмотрела на мужчину, ожидая подвоха.

— Он желает лично с вами встретиться, Елена Викторовна, — улыбнулся князь. — Дядя привык решать дела напрямую, без посредников.

— Я его прекрасно понимаю.

— Могу устроить вам встречу, — он отпил напиток из бокала и посмотрел на меня исподлобья. Конечно, не за просто так князь готов помогать мне. А на фабричном складе скоро будет лежать куча рулонов сукна, годного для солдатских шинелей.

Дверь в кабинет снова открылась. На этот раз официант принёс форель в соусе и быстро удалился.

— Хорошо, Алексей Михайлович, я готова принять ваше предложение, — выдавила я фразу. — Вы устраиваете мне встречу с вашим дядюшкой, даёте ему хорошие рекомендации, чтобы я заключила выгодный контракт. Далее помогаете расторгнуть брак с князем Ромадановским, а я в свою очередь отдам свой голос за вас на Ассамблее.

— Вы приняли верное решение, Ваша Светлость, — на губах Пронского засияла самодовольная улыбка. — Обещаю, что вы не разочаруетесь в своём выборе.

— Надеюсь на ваше благородство и слово потомственного дворянина, — я прекрасно понимаю, что письменно эти договорённости никак не оформить.

— Заключим магический уговор? — он так серьёзно посмотрел на меня, что я чуть не подавилась куском рыбы.

Он ведь шутит? Но взгляд Пронского говорил об обратном.

— Вы боитесь, Ваша Светлость? — недовольно поджал он губы.

Ещё бы знать, что за уговор такой. Судя по тону мужчины, я должна быть в курсе.

Князь промокнул губы салфеткой и сухо произнёс:

— Мне нужны гарантии, что вы не передумаете в самый ответственный момент.

— Значит, моего слова вам не достаточно?

— Дело слишком серьёзное, Ваша Светлость. Зато вы тоже будете уверены в том, что я выполню свою часть сделки, — напряжение сквозило в его голосе. — Уговор действует в обе стороны.