"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 635

Тело и больше ничего — вот что осталось от старшего инспектора Суханова. Тот, кого в среде рисконавтов называли Фениксом, исчез. Его тело было в сознании, рефлекторно питалось, дышало, а так просто стояло, лежало, сидело. Как врачи поставят, так и стоит. С Тау-137 по сути привезли пустую оболочку.

Оболочка. Термин жителей Таната, о котором рассказали бывшие сенткомовцы. Такой безжалостный и точный. Видавшие вообще много чего поведали о том мрачном умирающем мире. Но и они не знали, как вернуть душу обратно в тело. Разве что разум этого мира, который сам обязан Суханову.

— У нас мало времени, Дима. Потому сразу к делу. Голосования не будет.

Пахомов резко вскинул голову и посмотрел на главного инспектора. По глазам можно было легко понять его удивление, недоверие и даже возмущение. Старый Ворон только улыбнулся про себя.

— Просто оно не требуется. Директорат единогласно принял решение после изучения твоего отчёта. Делу «Некрополь» присвоен наивысший приоритет. Совещание здесь, в Тунисе, будет посвящено конкретным вопросам противодействия новой угрозе.

Дима облегчённо выдохнул. Значит, всё было не зря. Можно выдохнуть и узнать, как там проходят рейсы кораблей Дальней Разведки. Кто-то ищет место, куда могли эвакуировать детей с колонии. Другие идут по вектору той передачи, что триангулировали спас-крейсеры оперативной группы.

Надо будет Чеса отдельно запросить. Тот как раз забрал к себе инопланетянку. Хотя какая Ишара инопланетянка. Иномирянка с нестандартной и интересной анатомией, но человек. Уроженка мира, где была своя ультра-жёсткая версия цивилизации майя. Это установили, когда показали девушке фото пирамид и храмов. Её аж затрясло, а потом она поняла, что это руины, и есть отличия. Натерпелась она.

Ворон тоже вспомнил о девушке из другого мира:

— Дима, кстати, насчёт спасённых.

— Слушаю, шеф.

— Та девушка понимает, зачем Честер взял её с собой? Или она просто рада покинуть Землю для разнообразия?

— Она понимает и хочет помочь. С ней общалась Камилла. Плюс Орхан подтвердил, что у неё нет злых намерений или каких-то следов ментального программирования. Ишара верит, что впервые в жизни попала в рай.

— Принято, — Ворон кивнул. — Остальные дольше реабилитацию проходили. Хотя и странно. Они ведь земляне. Вернулись домой.

— Не совсем так, шеф. Мысленно, после восстановления памяти, они переживают последствия поражения в Последней Войне. Они уроженцы другой Земли, понимаете?

— Теперь яснее. Понимаю, почему кто-то хотел бежать, и что с ними делать?

— Я об этом не слышал.

— Да сегодня ночью это случилось, — махнул рукой Стром. — Группа бывших бойцов пехоты собрала вещи и собиралась перебраться через ограду. Сняв часовых.

— Что? — Пахомов от удивления даже глаза выпучил. — Там только медики и психологи.

— Солдафоны. — Стром помахал рукой в воздухе. — Благо, что по твоему совету за ними со стороны ребята из группы «Аид» приглядывали. Они и повязали этих умников. Теперь я знаю, что с ними делать. Остальных на встрече надо будет убедить.

— И что именно? — заинтересовался Дмитрий.

— Выписать к чертям. Дать одежду, кредиты и направления в административные центры. Пусть жильё ищут и работу. Никакой санитарной кормёжки, лечебных процедур, бани и прочих радостей жизни.

— Дать самим проверить, как устроен этот мир, — улыбнулся Пахомов. — У меня есть рациональное предложение.

— Говори.

— Пусть их встретят коллеги, которые уже адаптируются к новой жизни. Пусть те послужат мостом при первых контактах с нашим обществом. Да и вообще всех спасённых надо уже выпускать. В санаториях мы их вечно держать не можем. Дать им работу.

— Дело в руках не наставляет время фигнёй страдать?

— Вроде того. Знаю рисконавта, который прошёл через это…

Тут Дима замолчал, но и так было понятно, кого он имел в виду.

— Вот о нём и о просьбе одной из спасённых мы также будем сегодня говорить. После того, как обсудим меры профилактики, Дима.

Пахомов понимал, о чём пойдёт речь. Тайвин, штатный гений из колонии Чеса, уже собирал прототипы детекторов. Артефакты вроде того, что уничтожил колонию на Тау, как оказалось, способны к самосбору из хрусталя, песка и других минералов. Такой может появиться где-нибудь в мировом океане, взять под контроль местную живность. Затем начнутся мутации, тихий захват биосферы, а потом земляне тихо потеряют свою праматерь.

Так что это первое профилактическое мероприятие, что Дмитрий указал в своём отчёте — выявление. На Земле, планетах Солнечной системы, а потом и на дальних колониях и исследовательских аванпостах.

— Если процесс пошёл, то что требуется от меня, шеф? И вы ведь говорили не только о Никите, но и о Валери Бастьен.

— Верно. Она хочет посетить его.

Пахомов сжал зубы так, что эмаль чуть не треснула. Когда врачи запустили процесс излечения от синдрома Хорнера, Алёна добилась перевода Никиты в её больницу. То есть рядом с родиной Суханова, Смоленском. Жена Димы простила его лучшего друга. Причём это началось ещё до вылета экспедиции, но тут Орхан постарался.

Излечение Димы окончательно помогло Алёне простить давнего возлюбленного. Пусть он ещё восстанавливает форму, частично передвигается с помощью экзоскелета, но нарушения метаболизма устранены. Неделю назад он даже впервые за прошедшие годы снова играл с детьми в саду. Алёна стояла на крыльце и просто улыбалась.

Вот только все попытки вылечить Никиту не давали результата. Абсолютно здоровое и восстановленное тело и разум, напоминающий чистый лист. Чтобы узнать подробности, врачи общались с выжившими. Так чета Пахомовых и познакомилась с Тэй или Валери Бастьен. Девушкой, которая смогла влюбиться в Никиту Суханова.

И идейный рисконавт сам, похоже, влюбился. По крайней мере, такое впечатление сложилось у Алёны после общения с Валери. Девушку выписали ещё месяц назад, и сейчас она путешествовала по планете. Общалась с другими выжившими, навещала их, проверяла, как они адаптируются. Никита на её месте вёл бы себя точно так же…

На данный момент Валери наконец вернулась на родину, во французский сектор. Уроженка юга Бретани, северной части региона. Семья рыбаков и фермеров — это люди, которые живут тяжёлым физическим трудом, зависят от погоды и умеют выживать. Современный мир многое изменил, но не людей.

Если верить отчётам психологов, именно туманные воспоминания о море и Бискайском заливе стали опорой для девушки. Отсюда росли истоки военной специализации Валери Бастьен. Её любовь к полётам — это продолжение любви к стихии. Море и небо — обе стихии свободы, просто одна — над головой, а другая — под ногами. Она выросла, глядя на горизонт, и всю жизнь стремилась туда, за него.

За всеми выжившими наблюдали. Ненавязчиво, но на всякий случай. В частности и потому, что мало кто знал, что на Земле теперь есть пришельцы из прошлого. Нет, у некоторых в курсе дальние родственники. Официальная легенда — найден корабль с анабиозными капсулами. Благо, что бывшие военные сами не очень горели желанием вспоминать о годах, что они провели в Танате.

Валери Бастьен ждали потомки её младшего брата. Именно они были рядом с девушкой, когда она похоронила останки сестры в родной деревне. Там, неподалёку от Конкарно, знаменитого рыбацкого «города синих сетей».

Какое-то время назад, попрощавшись с родными, девушка уехала в Париж. Этот город она мечтала посетить ещё в той жизни, когда мечтала стать певицей. Наконец-таки её мечта сбылась, но она так и не дождалась того, кто обещал отвезти её в Париж. Но там её встретили Кевин Вилкокс и Лиза Мартинес. Они же Кев и Илу, бойцы её отряда в Танате.

Всё это Дима знал. Как и о просьбе девушки увидеться с Нико. Хотя бы ещё раз.

— Шеф, так в чём сложности? Мозгоправы Орхана сказали, что это не вгонит её в уныние. Нет, стресс будет, но не смертельно. Мы ведь всё ещё не знаем, что дальше с ним будет.

— Вот тут ты не прав, — вздохнул Старый Ворон. — Поступило предложение от медицинского отдела.