"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 1284

Если бы его судили за убийство графской дочки, Адриан бы понял, возможно, даже согласился. Если бы его судили за недоносительство на Марчука, Адриан тоже бы не противился, тут всё согласно Уставу. Да пусть бы его лучше судили за упущенного чужака! Но судить за отлично выполненную работу? За смерть страшного колдуна, сгубившего несколько десятков жизней? Это весьма несправедливо.

Медянский сам привел колдуна в поместье, сам отдал ему детей! Если он был хотя бы вполовину храбрым, как старик-чухей, возможно, колдуна поймали бы раньше и без таких разрушений.

В Белоцарске Адриан бывал дважды, но лишь проездом: когда ехал в питомник и когда возвращался оттуда. Он мало что повидал, запомнил лишь размах, роскошь зданий, многолюдье и страх потеряться.

Поезд ехал всю ночь и еще полдня. В вагоне второго класса стояли лишь широкие скамьи со спинкой, и за время поездки Карницкий замаялся сидеть. Поначалу еще можно было пройтись, размять ноги, но по мере пути вагон набивался всё плотнее, и вскоре все проходы оказались заполнены тюками, мешками, коробами и стоящими людьми.

Вышли они из вагона среди последних. Адриану казалось, что толпа, прибывшая в Белоцарск лишь в этом поезде, запрудит всю улицу, но ее не хватило даже на один вокзал. Огромный свод высоко над головой напоминал храм, только не Спасов, а храм бога железа и дыма. С оглушительным гулом прибывали и отъезжали могучие поезда, выплескивая из себя сотни людей. На перроне сновали носильщики с тележками, предлагая помочь с чемоданами, чуть в стороне прохаживались лоточники и продавали незамысловатую снедь. Из вагонов первого класса медленно выплывали разодетые господа и дамы, их встречали слуги и помогали пройти к ожидающим каретам.

Карницкий за одну ночь сам словно переместился в иной мир, причем мир более развитый, по меньшей мере лет на сто.

— Желаете коляску? Отвезу куда скажете с ветерком! — подбежал к орденцам бойкий парень, перепоясанный желтым кушаком — отличительный знак наемных возчиков.

— В Граничный орден, — сказал Марчук.

— Так господа — из Ордена, — нисколько не смутившись, кивнул парень. — Вам в какое отделение — на правом или левом берегу?

Два отделения на город! Впрочем, в Белоцарске людей жило гораздо больше, чем в Старополье. Да и помимо города окрестных деревень и поселков тут тоже более будет.

— В ближайший, — коротко ответил Аверий.

— Вмиг долетим! — широко улыбнулся возчик и повел их к коляске, запряженной двумя лошадьми.

Карницкий уселся вслед за Марчуком, зажал чемодан ногами и начал оглядывать город.

Широкие улицы, где могли разъехаться четыре кареты. Высокие каменные дома в четыре-пять ярусов, вдоль дорог стоят фонари, должно быть, вечером тут светло-пресветло. Всюду снуют люди, ездят повозки, мчат коляски и брички. Промаршировал отряд солдат. Откуда-то долетел колокольный перезвон, отмечая полдень. Потом показалась река, но даже она отличалась от провинциальных: ее пологие берега были зажаты в каменных тисках, и нарядные дамы прохаживались, не боясь запачкать юбки.

Ближайшее отделение Ордена расположилось как раз близ набережной — величественное каменное здание с толстыми колоннами, на фронтоне висел герб Ордена, точь-в-точь как на амулете Карницкого. Перед входом стояли черные кареты, в широкие двери входили-выходили люди. И мимо здания безо всякого страху шли прохожие, не обращая внимания на суету.

Орденцы расплатились с возчиком, короткая поездка вышла аж на полтинник, при входе показали амулеты, и обслужный направил их на второй ярус.

В Белоцарске всё было устроено иначе. Карницкий, стараясь скрыть изумление, разглядывал просторную присутственную комнату, в которую поместилось бы все отделение Старополья: высоченные потолки с лепниной, гладкие каменные полы, несколько обслужных, которые только тем и занимались, что направляли посетителей к нужным чернильникам. В Старополье принимал всего один чернильник, он стоял за конторкой и записывал слова пришедших. Тут же были не конторки, а большие письменные столы с лампами и бумагами, а еще отдельные кабинеты, куда отводили благородных господ и прислугу.

Поднявшись по широкой лестнице с фигурными поручнями, Марчук с Карницким двинулись по коридору, читая таблички на дверях. Адриан еще подумал, как удобно, когда заранее известно, кто сидит за дверью: не надо стучать, спрашивать, отвлекать людей от службы. Почему у них такого нет? А, впрочем, зачем это в Старополье? Жалобщики дальше присутственной не заходят, а свои знают, кто где сидит. Да и не так много надобно знать: кабинет командора, колчанная, архив, оружейная, жилые и обслужные комнаты.

Тут же совсем иной размах! Где-то здесь, наверное, сидит Паник Куликов с другими магами, ежели тоже не уехал на Хребет. И архивы здешние не чета Старопольскому. Адриан даже немного пожалел, что его не направили в Белоцарск на службу. Наверное, тут и жилье получше, и дела поинтереснее.

Наконец Марчук остановился возле двери с табличкой «Блюститель провинциальных дел», постучал и сразу вошел. Карницкий шмыгнул следом, волоча за собой чемодан.

Мужчина за столом неторопливо сложил газету, посмотрел на вошедших и со вздохом спросил:

— Кто такие? Откуда?

— Марчук и Карницкий из Старополья. Вызвали нас сюда, — хмуро сказал Аверий.

— Из Старополья… — протянул блюститель, затем глянул на бумаги, лежащие перед ним, и вдруг оживился: — Так это вы поместье Медянских взорвали? Жаль, самого Медянского не грохнули!

Он вытащил листы из ящика, быстро заполнил и протянул:

— Сперва вам надобно заселиться в комнаты. Дом тут, по соседству, через улицу. Отдадите бумаги коменданту, он вас проводит. Где поесть, спросите у него же. Завтра с утра приходите сюда, вам скажут, что делать. Может, даже сам Руднев придет. Что еще… Ночью особо не гуляйте, тут вам не провинция, народ всякий ходит. К нам пока с уважением, но в темноте амулет сразу не углядишь, могут пришибить ненароком. На расходы средства выдадут завтра.

Блюститель описал дом, как добраться и отпустил.

Орденское здание с комнатами и впрямь оказалось неподалеку. Оно выглядело куда скромнее: обычная трехярусная коробка, выкрашенная в грязно-белый цвет. Комендант просмотрел бумаги, провел старопольцев на второй ярус, указал на две соседние двери и отдал ключи. Во дворе была устроена трапезная, где орденцы могли есть задешево при предъявлении амулета.

Карницкий вошел в свою и огляделся. На стенах темно-зеленые обои с рисунком, небольшая кровать в углу, стол с лампой, даже не со свечой, сундук для вещей, таз для умывания, ночной горшок под кроватью. Ни лучше, ни хуже Старополья.

Адриан переложил вещи в сундук, дорогое платье аккуратно повесил на крючок, чтобы разгладилось. Ближе к вечеру к нему постучал Марчук и позвал в трапезную. У Аверия там нашлись старые знакомые, вроде как даже один однокружник. Адриан сел в углу и уже начал наворачивать густую белоцарскую уху, как его окликнули.

— Карницкий? Адриан? Ты как здесь?

— Паник?

Рядом стоял давний знакомец — Паник Куликов, маг, которого призвали в Белоцарск. Ему Адриан не стал писать о своем приезде, письмо бы попросту не успело раньше поезда. Карницкий думал поискать Паника завтра и не ожидал, что тот будет жить и ужинать там же, где и прочие орденцы. Всё же маг — птица редкая, его беречь должны.

Куликов сел напротив, но радостная улыбка быстро сползла с его лица.

— Слышал, государь суд назначил. Вот же чушь несусветная! Вас наградить должны за того колдуна, а не судить. Жаль, Салтан Будилович на Хребет уехал, иначе бы он что-нибудь придумал!

Карницкий усмехнулся. Влюбленность Паника в наставника Салтана Будиловича, видать, ничуть не остыла.

— Поди, в Ордене не только Салтан Будилович есть, другие не глупее его. Что-нибудь придумаем!

— Слушай, — Паник наклонился к Адриану поближе и зашептал, — завтра найди меня в Колонной! На четвертом ярусе левое крыло. Там попроси, чтоб меня позвали. Хочу кое-что показать. На Хребте такое смастерили — умом можно двинуться. Коли одобрят, так весь Орден вмиг переменится!