"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 1256

Сам Карницкий не часто ходил в приход как в детстве, так и сейчас, но в целом знал, о чем писана Спасова книга. В питомнике ее изучали на отдельных занятиях и говорили, что с момента создания Ордена книгу переписывали несколько раз, вымарывая или исправляя те строки, которые могли показаться сомнительными. А таких строк там было немало.

Неожиданно Марчук поднял глаза на Адриана и спросил:

— Карницкий, есть ли догадки, что это может быть?

Адриан мысленно застонал. Неужто снова? Но вовремя себя одернул. Это уже не та загадка, после которой в худшем случае придется прогуляться по доходным домам, сейчас верный ответ может спасти ему жизнь.

— Разумеется, это никакая не звезда, — медленно начал он. — Яркий свет, который опускается на землю, может объясняться по-разному. Я бы выделил три предположения. Первое — природное явление. Мы знаем, что высоко в небе есть не только солнце, луна и звезды, но и другие небесные тела. Время от времени они могут падать на землю и при падении зачастую дают яркое свечение. Различают небесные камни и небесное железо в зависимости от природы упавшего тела. Да вот очевидцы говорят, будто тот свет замедлялся, а не ускорялся, что противоречит данному предположению.

Марчук сидел с равнодушным видом, не подтверждая и не отвергая слова Карницкого.

— Второе предположение — магия. Иномирец, попав к нам, мог не совладать со своей магией и нечаянно или нарочно сделал нечто подобное. Паник говорил, что у нас особый мир, скудный на магическую энергию, и потому иномирным магам здесь трудно, — сказал Адриан, и тут на него снизошло вдохновение: — Либо, и это худшее из возможного, на самом деле никакого света не было, а пришлый маг настолько силен, что заставил всю губернию увидеть то, чего не было.

— Глупости, — прервал его Марчук. — Проще и впрямь выпустить какой-нибудь магический луч, чем что-либо внушить тысячам людей. И ладно бы что-то толковое, мол, чтоб все признали в том маге царя, а эдакое-то зачем?

— Третье предположение, — через силу продолжил Карницкий, — механистическое. Некоторые попаданцы приходят из миров, где люди умеют летать при помощи механизмов, в том числе и между звездами.

Адриан замолчал, ожидая, что Марчук снова оборвет его. Но тот смолчал.

— Так что это может быть один из подобных механизмов. В пользу данного предположения говорит и замедление света при падении. Но мы не знаем, прибыл к нам один лишь механизм или он несет в себе попаданцев.

— Что надобно сделать, если одно из твоих предположений верно?

— Если это природное тело, то довольно лишь подтвердить это. Если маг, то нужно позвать наших магов из Белоцарска. А если механизм, — Карницкий только сейчас понял, почему Молчан предлагал взять Молотов, — то нам нужна подмога. Ибо такие попаданцы весьма опасны и сильны. У них крепкая броня и пистоли, что стреляют много раз без остановки, часто без шума и даже пули. Также у них могут быть другие механизмы, что-то вроде заводных игрушек, только они не играют на клавесинах и не танцуют вальсы, а сражаются.

— Ежели всякий раз звать на подмогу магов, Молотов и солдат, зачем нужны мы, Стрелы? — спросил Марчук. — Мы для того и поставлены, чтобы своими глазами увидеть, кто к нам пожаловал. Увидим, поймем, а уж потом решим, что делать. Ты забыл сказать, что это может быть обычный попаданец, случайный. Оказался в новом месте, решил, что заблудился, и подал сигнал, надеясь на спасение. А как именно он выпустил тот свет: магией ли, механизмом ли — не столь важно. Еще в ближайшей деревне мог появится попаданец душой. Сидел тихо до поры до времени, соскучился и давай вспоминать всякое, к чему привык в своем мире, потом испугался содеянного и затаился, будто ни при чем. А может, там и вовсе нет никаких попаданцев. Мало ли что бывает? Плохо лишь то, что свет тот видели многие и многих он заинтересует.

— Вот и командор о том же говорил! — обрадовался Адриан. — А кто может прийти? Граничники из других губерний?

— Если бы… — протянул Марчук и снова замолчал.

А ведь Карницкий уж было подумал, что старший изменит своим привычкам и начнет учить как следует. Не тут-то было!

Черная карета ехала по разбитой осенней дороге от деревни к деревне, и в каждой приезжих поначалу встречали неласково, но орденский знак да показанная грамотею подорожная успокаивали сельчан. На вопросы об упавшей звезде все отвечали охотно и многословно, и всякий раз граничникам говорили, что та совсем близко, за соседним леском или за пригорком. Но ни за леском, ни за пригорком ничего не было, и уже в следующей деревне сельчане указывали дальше на восток.

Переночевав на дорожной станции, граничники возобновили путь. Карницкий начал беспокоиться, а не перевалила ли та звезда за пределы Старопольской губернии? Вроде бы и хорошо, ведь тогда этим делом займется соседнее отделение. Но Адриану страсть как хотелось посмотреть на диковинные механизмы, что могут летать по небу, как птицы. Из чего их делают? Что за существо(1) используют для их постройки? Такое невесомое, но крепкое, прочное и негорючее.

Да, это опасно, и Карницкий понимал всю сложность дела, да только после того мага, что испепелял все живое и неживое одним взмахом руки, он уже полагал, что готов ко всему.

Чем дальше граничники продвигались на восток, тем чаще они встречали других путников, которые также спешили в ту же сторону. Уже и на станциях лошадей выдавали не так быстро, как прежде. Пару раз Марчук заставил смотрителя выдать тех коней, что полагалось беречь под царских вестников. А потом он велел Василю ехать шибче, хотя до истечения положенных пяти дней еще оставалось время.

— Тпру!

Карета внезапно остановилась. Карницкий отодвинул занавесь и увидел, что они остановились промеж двух полей. Ни домов, ни механизмов, ни людей.

— Что такое, Василь? — Марчук тут же выскочил наружу.

Возчик поправил шапку, нервно ухватился за вожжи и оглянулся:

— Привиделось мне чегой-то.

— Что?

— Да будто птица пролетела. Но не похоже на птицу. Никогда прежде такого не видывал.

— Почему не похожа?

Марчук подошел ближе и завертел головой, выглядывая эту невидаль.

— Птица ведь как летает? Крылами машет. Ежели сокол, так просто растопырит их — и всё. А у этой крылов не было. А еще она жужжала, будто пчела.

— Куда она полетела?

Василь махнул рукой, показывая куда и как.

— Езжай дальше, — поразмыслив, сказал Аверий. — А если еще увидишь такую, стукни нам в стенку.

В карету Марчук вернулся еще более задумчивым.

— А может, в этот раз твоя правда. Механизмы…

После этого Карницкий занавесь больше не опускал, всё высматривал в окошке «птицу без крылов». Потом незаметно задремал, убаюканный мерным ходом кареты, и проснулся, лишь когда та остановилась.

— Что такое? Птица? — вскинулся он.

— Нет. Лошадей меняем. Сходи пока поешь, — ответил Марчук и вышел наружу.

Адриан потянулся, протер глаза, отыскал упавший с головы картуз, натянул его и последовал за ним.

— Дык нет лошадей, нету! Спасом клянусь, намедни всех забрали, — уверял станционный смотритель, крепкий рослый мужик с длинными усищами. — Всё лето тишь да гладь, а нынче будто на свадьбу поспешают. Или то из-за звезды? Неужто и там чужаки могут случиться? Вот ведь страсти какие!

И поспешно сотворил Спасов знак, дабы уберечь себя от напастей.

— Чужаков, может, и нет, но поглядеть надо, — веско сказал Марчук. — Покажи книгу. Кто забрал лошадей? Чьи у них подорожные? Кем выписаны?

— Дык разве ж я упомню? Для того записи и надобны, чтоб голову не забивать.

Станция не пустовала. Помимо самого смотрителя, его жены и троих детей, там сидел мужчина в измятой поддёвке. Он шумно отхлебывал из чашки горячий взвар, закусывал калачом, не сводя взгляда с двери.

Адриан попросил у жены смотрителя похлебки с хлебом и салом и сел напротив незнакомца.

— Никак орденский? — вдруг спросил тот.

Карницкий глянул, не высунулся ли из-за ворота амулет, но мужик хрипло рассмеялся и пояснил: