"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 1253

— Батюшки-светы! Никак и впрямь граничник! А это кто? Тишка-капорщик(2)? — всплеснул руками грузный пристав, будто увидал родича. — Ты чего ж, Тишка, оконником(3) заделался? Или в барышники подался?

— Он на меня с ножом кинулся. Надо бы его бумаги глянуть, — вмешался Карницкий.

— А вы чего, господин? Почему нашего брата не кликнули? А вдруг бы и впрямь порезали? Нам бы потом от городничего ой как прилетело! Вы ж завсегда с нами ходите, — а потом пристав пригляделся к юному лицу граничника и понимающе кивнул: — Знать, и у вас шутки шутят над молодыми. Ничего, свыкнетесь! Вы, господин, туточки обождите, пока я Тишку сведу и вернусь, никуда покуда не заглядывайте. Тут публика такая! Вмиг распишет.

Так что дальше Карницкий ходил уже не один. Он почти и не злился на Верховца, что тот забыл упомянуть о таком пустяке. Скорее всего, тот за всеми печатями и росписями попросту запамятовал.

За весь обход Адриан нашел нескольких подозрительных личностей, записал их имена, прозвания, промысел, велел на другой день прийти в Орден, поймал еще пару мелких воришек, чему, казалось, не были рады даже приставы.

Напоследок служивые сказали Карницкому, чтоб тот в одиночку нигде больше не ходил и предупреждал о своих обходах хотя б за день-другой. Мол, зачем людей баламутить? Коли появится тут чужак, так кто-нибудь непременно доложит в Орден, ведь даже такой люд понимает что к чему.

Только не вышло у Карницкого сдержать свое слово. Был и второй обход, и третий… Он уже хотел, чтоб поскорее объявился какой-нибудь попаданец. И лучше, чтоб где-то подальше от города, да чтоб побегать за ним неделю-другую! Ведь пока Адриан будет в отъезде, Марчук не станет его терзать своими загадками. Но пока они отсиживали в колчанной попусту.

Адриан читал записи Марчука, удивляясь, как только не приходили в их мир чужаки. А зачем? Почему? Чем их манили эти земли? Ведь, судя по допросам, что когда-то вел Орден, некоторые из них жили в лучших мирах, чем этот. Карницкий читал, что иномирцы могут летать по небу, ездить в самоходных повозках безо всяких железных дорог, творить чудеса мановением руки. Есть миры, где все когда-либо написанные книги могут уместиться на ладони, и всякий может их прочесть. Есть миры, где нет сословий и люди одеваются кто во что горазд, и все там грамотеи, все могут учиться наукам, невзирая на происхождение и богатство.

Конечно, были и дурные миры, где идут бесконечные войны или где сословные различия так сильно разделили жителей, что знатный может за всю жизнь ни разу не увидать низкородного, а бедные умирают с голоду, стоя перед лавками, битком набитыми снедью. Есть миры, где люди почти полностью вымерли из-за хворей или природных бедствий. Миры, выжженные солнцем. Миры, где правят жестокие тираны, и казнь там грозит даже за неверный взгляд.

Последний день урожайника Карницкому запомнился не только из-за конца месяца. В то утро он впервые угадал попаданца по делу из архива и обрадовался так, как не радовался со дня вступления в Орден. А потом день стал еще лучше.

В колчанную вошел несколько растерянный командор Старопольского отделения, посмотрел на Хромого, затем на Марчука с Карницким, и сказал:

— Аверий, надо кое-куда съездить. Только пока непонятно, есть там попаданец или нет, но кто-то из Ордена должен проверить.

— А что такое? Чей вызов? — без малейшего удивления спросил Марчук.

— В том-то и суть. Не было никакого вызова. Это наши извозчики в один голос твердят, будто с неба упала звезда и вроде как упала на востоке Старопольской губернии. Может, и дальше залетела, тогда это не наша забота.

— Звезда?

— И ее не только извозчики приметили. Все, кто был на улице, ее видели. Но она чудно летела: поначалу быстро, а чем ниже падала, тем медленнее была.

— Звезда упасть не может, она же…

— Знаю. Тоже в питомнике обучался. Потому и думаю, а вдруг то не звезда? Вдруг попаданец какой свалился? Ты все равно засиделся, так что съезди, проверь. На рожон не лезь. Коли что, так зови. Может, сразу Чехоню с собой возьмешь?

— Обойдусь. Питомец же есть, — кивнул Марчук на Адриана.

— Питомец, — хмыкнул Молчан.

Карницкого аж злость взяла. Понятно, что Чехоня силен и послушен, ему человека убить — как высморкаться, но ведь и Адриан не кто-то, а Стрела.

— Ты вот еще что, — добавил командор. — Осторожен будь. Мало ли кто еще ее увидел!

— Понял. Так ехать-то куда?

— Лучше поехать на орденской карете и менять лошадей на станциях. Поспрашиваешь по пути людей. Вам сделают открытую подорожную — вдруг решишь выехать из губернии? И гляди в оба. Кто знает, какое воронье налетит туда? Ты тоже, — Молчан посмотрел на Адриана, — слушай Болта и держи ухо востро.

Карницкий кивнул, хоть и не понимал, чего так опасается командор. Попаданцы — они всегда грозят смертью, но сейчас Молчан будто бы боялся чего-то иного, чего-то, о чем Адриан пока не догадывался.

Марчук сорвался не сразу, велел собрать вещей в дорогу на неделю и прихватить побольше пороха с пулями. Пока готовили подорожную, пока всё уложили, прошло не меньше часу, и лишь потом возчик Василь, который стал служить Ордену после того, как иномирный маг испепелил всю его семью, взялся за вожжи, крикнул лошадям «Но!» и повез двух граничников навстречу новому делу.

1 Неделя в этом мире состоит из девяти дней: понедельник, вторник, тритейник, четверг, пятница, шестица, седьмица, осьмица, неделя.

2 Капорщик — вор, который промышляет тем, что сдергивает головные уборы, а потом их перепродает.

3 Оконник — вор, который залезает в окна и обворовывает квартиры.

Затерянные в галактике

Изрядно подуставший и потрепанный космолет снова вздрогнул, мигнули огни на панели. Вексара привычно отправила энергетический импульс в систему управления скафандром и стиснула зубы, пережидая короткую боль от укола в предплечье. Стимулятор влился в кровь, давая ложное ощущение всесилия и бодрости, но Вексара знала, что ее организм сильно истощен и препарат будет действовать недолго. В ее венах сейчас бултыхалось больше стимулятора, чем самой крови.

Вексара подняла глаза, и ее словно подбросило в кресле.

— Тролан! Тролан! — закричала она. — Мы выбрались! Мы больше не в червоточине!

После сотен часов блуждания в подпространстве члены экипажа отказались от уставного общения. Не хватало ни сил, ни желания проговаривать длинные звания и прописанные фразы для каждого запротоколированного действия. Выговор? Увольнение? Да Вексара бы только обрадовалась, если бы сейчас по коммуникатору объявили о ее увольнении из Космофлота без выплат по выслуге лет и последнему званию. Пусть скажут что угодно, лишь бы не тишина, как все последние дни.

Тонкие длинные пальцы Вексары забегали по мерцающим кнопкам. Коммуникатор по-прежнему молчал. Ни случайных сообщений от гражданских космолетов, ни обрывков переговоров, ни бормотания нелегальных станций. Куда же закинуло их «Эфирный путник»?

— Тролан! — снова взревела Вексара.

В командный центр вошел второй бодрствующий член экипажа — космомеханик Тролан. Он выглядел посвежее Вексары, успел подремать несколько системных часов.

— Что там? Снова третий ионный барахлит?

Он также, не глядя, нажал кнопку и скривился, пережидая укол стимулятора.

— Нет! Мы вырвались из червоточины. Или, скорее, нас выбросило.

Мутный взгляд Тролана прояснился, он поспешил за пульт:

— И где мы? Есть сигнал? Будем выводить остальных?

Вексара покачала головой:

— Коммуникатор молчит. Сам знаешь, анабиотика хватит лишь по разу на капсулу. Надо сперва узнать, где мы.

Они сосредоточились на информации, что ежесекундно обновлялась на мониторах. Параметры всех ближайших видимых звезд сравнивались с общедоступной базой данных. Конечно, каждая империя или коалиция скрывала координаты отдаленных уголков галактики с редкими рудами или секретными лабораториями, где изучали то, что запрещено изучать, но даже так можно было примерно просчитать, где они находятся.