Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля (СИ), стр. 8

Мила затаила дыхание:

- Богиня… В этом наряде вы кажетесь самой ночью, сошедшей на землю.

Она помогла мне застегнуть крючки. Корсет сидел комфортно, не сдавливая дыхание - не в пример тем драконьим тискам, в которые меня затягивали на балах у Дрейка. Служанка ловко уложила мои густые волосы в элегантный свободный узел, выпустив несколько волнистых прядей у лица, и приколола серебряные шпильки. На шею легло изящное ожерелье с крупным лунным камнем, а на запястья - тонкие серебряные кольца.

Я снова взглянула на себя. Никакой прежней забитой девчонки. Из зеркала на меня смотрела уверенная, красивая женщина с холодным блеском в глазах и прямой спиной. Взрослая личность окончательно взяла верх над чужими детскими страхами.

- Вы выглядите по-королевски, миледи, - тихо прошептала Мила.

- Главное - я выгляжу живой, - поправила я ее с мягкой улыбкой. - Пойдем, познакомимся с загадочным господином Торвальдом.

Глава 12.

Вечерний морской ветер приятно освежал разгоряченную кожу. На палубе уже зажгли фонари: они плавно покачивались на канатах, бросая теплые золотистые блики на темно-синюю ткань парусов. В капитанском салоне вовсю звенели приборами - там накрывали к ужину.

Я поднялась по трапу не торопясь, привыкая к платью и легкому покачиванию палубы. Тяжелый бархат цвета ночного неба мягко шелестел при каждом шаге. В прошлой жизни мне не раз доводилось бывать на статусных банкетах, где от одного неверного жеста зависели миллионные контракты. Там я привыкла держать лицо и осанку. Этот полезный навык пригодился и сейчас: спина прямая, подбородок чуть приподнят, во взгляде - спокойная вежливость хозяйки своей судьбы.

Дверь салона была распахнута. Я шагнула через порог и в тот же миг едва не врезалась в человека, стремительно выходившего из полумрака коридора.

Каблук скользнул по полированному порогу, я качнулась назад, теряя равновесие. Но упасть мне не дали: сильные, обжигающе горячие ладони мгновенно перехватили меня за талию. Хватка была железной, но удивительно аккуратной - мужчина с легкостью удержал меня на ногах, не причинив боли. Сквозь ткань платья хлынуло сухое мужское тепло, пахнущее морской солью, смолой и терпким пряным табаком.

- Осторожнее, миледи, - раздался низкий, бархатный голос с мягким заморским акцентом.

Я подняла глаза. Передо мной стоял рослый, широкоплечий брюнет с фигурой профессионального бойца. Тонкая черная рубашка с расстегнутым воротом открывала загорелую шею и мощные ключицы. Черты лица хищные, резкие: точеные скулы, упрямый подбородок и темно-синие, цвета штормового океана глаза, в которых сейчас плясали веселые искры.

Мужчина был чертовски хорош собой - на Земле такой типаж мгновенно украсил бы обложки мужских журналов. Но терять голову от смазливого незнакомца я точно не собиралась. Слишком дорого стоила моя свобода.

Его пальцы всё еще уверенно лежали на моей талии, словно проверяя, смогу ли я устоять сама. Взгляд незнакомца скользнул по моим губам, а затем задержался на серебристой нити шрама на открытой ключице. В синих глазах на секунду мелькнул неподдельный интерес.

- Благодарю за помощь, - ровно произнесла я, чуть отстраняясь. - Кажется, я не рассчитала шаг.

Мужчина медленно убрал руки, не скрывая широкой, чуть дерзкой улыбки:

- Виноват только я. Не ожидал, что из сумрака навстречу мне выйдет столь ослепительная дама.

Он шутливо склонил голову:

- Элиас Веларион. Друг хозяина этого судна и ваш покорный слуга на всё время плавания.

- Элира Сильвервейн, - представилась я в ответ.

Элиас галантно согнул руку в локте, предлагая опереться. Я положила пальцы на его предплечье - сквозь тонкий рукав перекатывались тугие мышцы.

- Прошу к столу, леди Сильвервейн. Наш капитан не любит, когда горячее остывает, хотя ради вас наверняка сделал бы исключение.

Я лишь хмыкнула в ответ, не поддаваясь на дежурный флирт. Внутри меня всё еще жила настороженность: красивый, уверенный в себе воин рядом мог стать приятным попутчиком, но расслабляться на чужом корабле было рано. Тем более что в глубине зала нас ждал сам таинственный купец.

Глава 13.

Мы вошли в капитанский салон. Обстановка оказалась уютной и подчеркнуто дорогой: темные потолочные балки, серебряные светильники, мягко парящие в воздухе без всяких цепей, и длинный полированный стол, сервированный тонким хрусталем. В воздухе витал аппетитный аромат запеченной с травами птицы, специй и выдержанного вина.

За столом уже сидели трое: двое офицеров в строгих изумрудных мундирах и молодая женщина в мужском камзоле с короткой стрижкой и внимательным взглядом судового штурмана. А во главе стола сидел человек, которого трудно было принять за простого торговца.

Едва мы переступили порог, он поднялся на ноги.

Высокий, подтянутый, с той врожденной скупой грацией, которая выдает аристократа высшей пробы за версту. На вид ему было около тридцати. Темно-русые волосы с легкой серебристой проседью на висках открывали высокий лоб, а прозрачно-серые глаза смотрели пронзительно и спокойно. Никакой кричащей роскоши драконьих лордов: строгий темно-синий бархатный жилет, белоснежная рубашка и массивный перстень из черного камня, внутри которого загадочно мерцала серебряная искра.

- Добро пожаловать на борт «Лунной тени», леди Сильвервейн, - произнес он мягким, глубоким голосом. - Я - Эрик Ривенфолл.

Я чуть приподняла бровь:

- А матрос при встрече назвал мне имя Кайдена Торвальда.

Эрик понимающе улыбнулся краешком губ:

- Торвальд - лишь имя для столичной таможни и излишне любопытной драконьей стражи. В открытом море скрывать свое настоящее имя перед гостьей было бы невежливо.

Он коротко кивнул мне, как равный равной, и его внимательный взгляд скользнул по моему платью, на миг задержавшись на серебряном шраме.

Элиас отодвинул для меня стул прямо напротив хозяина судна:

- Присаживайтесь, миледи. Море сегодня тихое, самое время поужинать в приятной компании.

Я села, расправив складки бархата. Мила привычно замерла за моей спиной, напряженно оглядывая присутствующих. Для простой служанки двое статных чужеземцев явно казались угрозой, но я чувствовала себя в своей тарелке: подобные напряженные раунды переговоров с влиятельными мужчинами я проводила сотни раз.

Слуга наполнил бокалы густым темно-рубиновым вином.

- Мне сообщили, что вы направляетесь в Ольцег, - заговорил Эрик, когда бокалы были подняты. В его тоне сквозило неподдельное любопытство. - Суровый, полузабытый остров. Моряки говорят, земли там давно одичали, а старые дома стоят в руинах. Мало кто плывет туда по доброй воле.

Я сделала глоток. Вино оказалось превосходным - терпким, с ягодным послевкусием.

- Теперь этот остров - мои владения. И я еду туда не как изгнанница, а как полноправная хозяйка, намереная навести порядок.

Эрик чуть приподнял бровь, а Элиас тихо рассмеялся, откинувшись на спинку стула:

- Редкая смелость. Большинство столичных дам предпочли бы терпеть невыносимого мужа и яд при дворе, лишь бы не покидать теплых гостиных.

- Я больше не принадлежу к столичной знати, господин Веларион, - спокойно ответила я, глядя ему в глаза. - И чужие ожидания меня больше не волнуют.

За столом на секунду повисла тишина. Офицеры переглянулись, а в светлых глазах Эрика Ривенфолла мелькнуло откровенное уважение.

- В таком случае поднимем бокалы за вашу свободу, - тихо произнес он, салютуя мне хрусталем. - И за то, чтобы капризное море было к вам благосклонно.

Ужин потек легко. Элиас травил забавные байки о штормах и южных портах, офицеры изредка вставляли меткие реплики, а Эрик больше слушал, чем говорил. Он вел себя сдержанно, но я кожей чувствовала: этот человек видит куда глубже, чем показывает. Каждый раз, когда наши взгляды пересекались через стол, между нами словно натягивалась невидимая струна.