Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля (СИ), стр. 7

«Моя любимая Элира.

Если ты читаешь это, значит, нашла сокровищницу и готова узнать правду.

Скоро ты отправишься в Ольцег. Не бойся старого дома на утесе: он древнее, чем кажется, и сам подскажет тебе дорогу к истокам.

А теперь главное. То, что в тебе нет магии драконов, - не изъян и не проклятие. В твоих жилах просто нет драконьей крови.

Ты не дочь Рейна Сильвервейна. Ты вообще не дракон.

Ты принадлежишь к древней расе, которую все считают исчезнувшей. Я укрыла тебя от опасности и вырастила как родную. Прости за молчание - я боялась сломать тебя раньше времени. Но теперь ты готова.

Возвращайся домой, в Ольцег. Там ты найдешь себя.

С любовью, твоя мама».

Я опустила тетрадь, глядя в мерцающую тишину сокровищницы.

По щекам покатились слезы. Слезы облегчения. Все эти годы меня клеймили бракованной пустышкой лишь потому, что пытались судить чужими мерками. Я не была сломанным драконом.

Я просто была другой.

Спрятав дневник на груди, я вышла к слугам. В коридоре уже стояли наготове крепкие парни во главе с Милой.

- Упакуйте всё из обеих комнат, - распорядилась я. - Особенно книги, бумаги и серебро. Работайте тихо и быстро, к рассвету повозки должны быть готовы.

- А вы, госпожа? - обеспокоенно спросила Мила.

- Я буду в старом павильоне в глубине сада. Мне нужно побыть одной. Как закончите - позови.

Ночной воздух в саду приятно холодил разгоряченное лицо. В каменном гостевом домике всё оставалось прежним: диван у окна, остывший камин, тишина.

Я зажгла свечу, снова открыла дневник и перечитала прощальные строки.

«Ты не дракон… Ты принадлежишь к древней расе…»

Кем бы ни были мои настоящие предки, страха больше не осталось. Впервые за обе жизни я точно знала: впереди ждет мой настоящий дом.

Я прижала бархатную обложку к груди и тихо выдохнула в темноту: - Я иду, мама. Скоро я всё узнаю

Глава 10.

Ночь в садовом павильоне прошла почти без сна. Я сидела на старом диване, прижимая к груди дневник матери, и смотрела, как за узким окном медленно скользит холодная луна. Строчки из прощального письма звенели в висках: я не пустышка, не ущербный дракон, во мне течет кровь другого, древнего рода. Прежняя хозяйка этого тела всю жизнь терпела унижения из-за чужих ожиданий, но у меня, женщины с современным практичным умом, были совсем другие планы на эту жизнь. Я не собиралась быть жертвой.

На рассвете в дверь тихо постучали.

- Миледи? - позвала Мила, заглядывая внутрь. - Всё готово. Семь больших сундуков погрузили на две повозки. Я наняла четверых крепких караульных, они проводят нас до самого порта.

Я поднялась, оправила юбки и спрятала дневник в дорожную сумку.

- Отлично. Выезжаем немедленно. В этом доме нам больше делать нечего.

Ворота особняка Сильвервейнов остались позади без малейшего сожаления. Наш маленький обоз двинулся по просыпающейся столице. Торговцы только открывали ставни лавок, стражники зевали на караулах, а в небе над черепичными крышами лениво кружили драконы-курьеры.

К полудню мы добрались до порта. Воздух здесь был совсем другим - пахло соленой водой, смолой, рыбой и настоящей свободой. Я выбрала гостиницу «Серебряная чайка» - аккуратное трехэтажное здание с видом на причалы. Хозяин заведения узнал фамилию Сильвервейн, но лишних вопросов задавать не стал: молча выделил комнаты на втором этаже и велел занести вещи.

Когда сундуки заперли под присмотром охраны, я сняла плащ и повернулась к служанке:

- Мила, спустись к причалам. Разузнай расписание. Нам нужно надежное судно до Ольцега, которое уходит в ближайшие дни. Главное условие - безопасность.

- Я всё узнаю, миледи! - кивнула она и выскользнула за дверь.

Я подошла к окну и распахнула створки. Морской ветер ударил в лицо, растрепав волосы. Внизу кипела портовая суета: кричали матросы, скрипели сходни, хлопали тяжелые полотнища парусов. Никаких надменных аристократов и побоев за закрытыми дверями. Здесь начинался мой собственный путь.

Мила вернулась через час, запыхавшаяся и раскрасневшаяся.

- Новости не самые простые, миледи, - выдохнула она, теребя фартук. - Большой торговый караван до Ольцега пойдет только через пять дней. Мелкие посудины либо уже ушли, либо плывут совсем в другую сторону.

- Пять дней в столице - слишком большой риск, - нахмурилась я. Дрейк или отец могли опомниться в любой момент.

- Но есть другой вариант! - быстро добавила Мила. - На пирсе ко мне подошел человек от заморского купца. Их корабль называется «Лунная тень», прибыл из страны Эйра. Они идут вдоль побережья и как раз будут проходить мимо Ольцега. Капитан согласен взять нас и груз за хорошую плату. Отплытие сегодня вечером, с приливом.

- Что за купец? Судно проверенное?

- Говорят, молодой господин из знатного рода, возит редкие ткани и оружие. Корабль крепкий, матросы опытные. А главное… - Мила понизила голос, - на борту почти нет драконов. В основном люди и чужеземцы.

Это решило всё. Никакой драконьей спеси рядом.

- Соглашайся. Заплати, сколько скажут, но пусть предоставят отдельные каюты. И лично проследи за погрузкой сундуков.

Ближе к вечеру мы поднялись на пирс. «Лунная тень» оказалась великолепным трехмачтовым кораблем с темно-синими парусами и серебряной луной на главном полотнище. Судно плавно покачивалось на волнах, готовое к выходу в открытое море.

Навстречу нам сошел мужчина средних лет в темно-зеленом камзоле. Темные волосы тронула седина, а внимательные серые глаза цепко окинули меня с головы до ног.

- Леди Элира Сильвервейн? - вежливо поклонился он. - Мой господин просил передать вам приветствие. Добро пожаловать на борт. Каюты подготовлены, багаж уже спускают в трюм.

- Благодарю. Сколько продлится плавание?

- При попутном ветре - четыре дня. Мы бросим якорь в тихой бухте у вашего поместья.

Я поднялась по трапу вслед за Милой. Доски палубы отозвались тихим скрипом, свежий бриз наполнил паруса. Матросы ловко вязали канаты, перекликаясь на певучем незнакомом наречии.

Я оглянулась назад. В закатных лучах догорали шпили драконьей столицы. Золотой город, ставший для прежней Элиры тюрьмой, таял в сиреневой дымке.

Я крепче сжала ремешок сумки с документами. Моя новая жизнь только начиналась.

Глава 11.

«Лунная тень» плавно разрезала темнеющие морские волны, уходя всё дальше от берега. Шум портовой суеты смолк, уступив место монотонному гулу ветра и шелесту пены за кормой. Я стояла у фальшборта, чувствуя, как соленые брызги оседают на щеках. За семь лет брака у меня не было ни одного дня подлинного покоя. Теперь же душная клетка осталась за горизонтом, и в груди поднималась непривычная, острая легкость.

Мила подошла тихо, кутаясь в шерстяной платок:

- Миледи, каюты готовы. Нам стоит спуститься.

В тот же миг к нам приблизился молодой матрос в опрятной темной форме:

- Леди Сильвервейн? Господин Кайден Торвальд просил проводить вас. Прошу за мной.

Мы спустились по крутому деревянному трапу в жилой отсек. Внутри пахло сухим деревом, смолой и морской прохладой. Матрос указал на две соседние двери:

- Ваша каюта, миледи, и комната для вашей помощницы. Господин Торвальд также просил передать: через полтора часа в капитанском салоне накроют ужин. Хозяин будет искренне рад вашему обществу.

- Передайте господину Торвальду мою благодарность, я приду, - ответила я.

Едва за матросом закрылась дверь, Мила сбросила оцепенение и бросилась к сундукам:

- Миледи, у нас совсем мало времени! Нужно переодеться, освежиться с дороги, поправить волосы…

- Ты права, - усмехнулась я, глядя в небольшое мутноватое зеркало. - Сегодня я не собираюсь выглядеть как запуганная беглянка. Пора привыкать к роли свободной женщины.

Мы открыли верхний сундук с вещами из тайника матери. Среди переливающихся свертков мой взгляд сразу зацепился за платье цвета глубокой южной ночи - темно-синий плотный бархат с тончайшей серебряной россыпью звезд по подолу и рукавам. Лиф мягко облегал фигуру, а вырез на спине и плечах открывал тонкую полоску свежего серебристого шрама на ключице. Прятать его я больше не собиралась: он стал моим символом освобождения.