Бастард Великой Орды (СИ), стр. 30

— Выливай!

Раскалённая кожа словно покрылась ледяной коркой и взорвалась миллионами игл.

На какой-то момент я подумал, что действительно лишился кожи. Нервные окончания превратились в оголённые провода. Я ощущал каждую жилку внутри, каждую мышцу, каждую связку. По телу прокатилась приливная волна Силы.

За всё три года тренировок я не испытывал ничего подобного. И не мудрено, простая физическая подготовка ничто по сравнению с закалкой, проводимой в горне, да ещё и совмещённая с усвоением кристаллов.

Теперь оба моих Круга, и Силы и Духа, перешли на первую ступень.

Когда бушующий внутри ураган усмирился, я наконец открыл глаза.

Чёрные прожоги на руке теперь выглядели иначе. Круг Силы стал грубым, подобно сварному шву, с чётко очерченными границами, тогда как Круг Духа будто отделился от кожи и пульсировал в миллиметре над ней, источая еле заметное свечение.

— Поздравляю, Кром, сын Грох’тара! Первый шаг сделан!

Транн хлопнул меня по плечу своей лапищей и рассмеялся.

Я только что-то промычал. Сил не было даже ответить. Всё, теперь в кровать.

Уже выходя из кузницы, я натолкнулся на Пятницу, чуть не сшибя его плечом. Невысокий, но достаточно благообразный орклин топтался под самой дверью.

— Что случилось, Пятница? — пробурчал я.

Тот поклонился.

— Пока ты занимался закалкой, великий Кром, мы приготовили для тебя подарок.

Я невольно вздёрнул брови.

— Как? Ещё один⁈ Не много ли за один раз? Новых имён я для вас ещё не придумал.

Пятница хитро улыбнулся.

— Пройдёмте, господин. Мы с Воблой привели ваше жилище в порядок. Всё отмыли, отчистили. Подлатали крышу. Вобла нашла цветы и поставила их в горшок.

— Я очень ценю, что вы для меня делаете, — я искренне потрепал его за плечо. — Передай всем спасибо. И Вобле тоже.

Распрощавшись с инициативным орклином, я отправился к себе.

Забитые, озлобленные орклины менялись на глазах. Я, конечно, не планировал стать в их глазах идолом — такое мне ни к чему, но вот социализировать их было бы приятно. Перед тем, как заснуть, я решил ещё раз взглянуть на свою магическую структуру. Мало ли, чего пропустил.

Центральный духовный корень стал немного больше. Накопленной в нём маны вряд ли хватит на полноценные заклинания, но техники в пределах первой ступени теперь для меня доступны. Осталось только нащупать их и применить.

Я поднял руку, призывая оружие. На ладони, играя заострёнными гранями, из эфира сформировался кинжал. Изящный, и в то же время практичный клинок. Удобная рукоять. Идеально заточенное лезвие с долом. Оружие второго шанса, которое всегда будет со мной и явится по первому зову.

Минута — закончил я счёт, когда кинжал растаял в воздухе. За минуту, при должной сноровке, можно успеть многое. Скоро я смогу призывать его на час и больше.

Уже почти открыл глаза, когда внутренний взгляд зацепился за тонкую, толщиной с волосинку, паутинку, тянущуюся со всех сторон к духовному корню.

Что за чёрт?

Осмотрев структуру магической системы, я вдруг понял, что за последние полчаса объём накопленного при закалке эфира увеличился. На крохи, но всё же.

Погоди-ка! В голове промелькнула догадка.

Я вспомнил самые сложные поединки в своей жизни. С самого детства и до последнего боя с Зургом.

Тогда, в момент схватки, я не сразу почувствовал, что произошло, но сейчас картинка сложилась полностью.

Уже на исходе сил, когда я обхватил гобла голыми руками, я почувствовал некий духовный удар. Скорее, даже толчок. А Зург в это время заметно потерял в силах.

Вот о каком гнилом даре говорил отец, когда выгонял меня! Ни человеческие черты лица, ни острый ум и даже не стратегическое мышление — способность тянуть эфир из других.

И в полную меру он проявился только после первой ступени.

Ну что ж, проверим, как это работает.

Ночь выдалась ужасной.

Тело будто противилось новым изменениям. Горело изнутри, словно в него сыпанули ковш раскалённого угля, скручивалось, заставляя трещать кости.

Каналы трепетали, то вспухая, то сжимаясь до толщины игольного ушка.

Разум мутило.

Всё это длилось вечность.

Внезапно слух уловил еле слышимый стрёкот. По крыше забарабанил град. Над острогом с надрывом зазвонил тревожный колокол.

Что это?

С трудом управляя телом, я поднялся с мокрой от пота перины и вышел на крыльцо.

Где-то далеко громыхала гроза.

Небо озарялось вспышками, а над головой гремел гром, сыпя с неба пеплом. Но я знал этот звук лучше, чем себя — бомбарду невозможно с чем-либо спутать.

Я взглянул на вышки, но вопреки всему увидел, не то, что ожидал.

Бомбардисты молчали. Спешно заряжали свои ручницы, поглядывая за частокол.

И тут небо озарила очередная вспышка, превратившая ночь в день. Ворота на мгновение прогнулись и разлетелись в щепки.

Вот же ж… кто бы это не был, но у этих парней тоже есть большие пушки.

Глава 10

С неба полетели щепки. Я схватил стоящий у двери тесак и бросился во двор.

Краем глаза заметил, как к бомбарде, что стоит перед воротами, несётся Молох. Он и ещё пара стражников принялись спешно насыпать в задранный вверх ствол порох.

Медленно. Слишком медленно. Над всем этим ещё предстоит работать. Нужно сделать дозаторы и распределить зоны ответственности. Один засыпает порох, второй трамбует, третий закатывает ядро. Эх, сколько ещё работы.

Я отмахнулся от Пятницы, который выбежал с лопатой наперевес. Пусть охраняет Воблу. Повоевать здесь ещё есть кому.

Бомбардисты на вышках, наконец, сделали по выстрелу. Пространство перед воротами заволокло дымом, сквозь который в острог вбежало несколько орков.

Где-то справа щёлкнули тетивы арбалетов. Двое из пяти свалились, схватившись за торчащие из горла болты. Оставшиеся трое бросились на меня.

Я принял удар на лезвие тесака. Обвёл клинок противника и рубанул его по шее. Закованный в тяжёлую броню орк осел на колени, свесив в сторону почти отделённую голову. Оставшиеся пали от подоспевшего Урзула.

Тот ловко, несмотря на свой возраст и двупалую руку, подрезал врагу сухожилия и добил быстрым колющим ударом в глотку. Второй поймал глазом брошенный кинжал.

Да, знать бы сколько по ту сторону голов, тогда и можно что-то кумекать. Помощь Грозы сейчас бы не помешала.

Я попробовал установить с ней ментальную связь, но на том конце нити, что связывала нас, была тишина. Похоже, ушла далеко.

В этот момент Молох гаркнул, предупреждая о готовности. В ворота вбежала очередная порция бронированного мяса. Увешанные тяжёлыми пластинами мордовороты с секирами и огромными тесаками. Таких всегда кидали вперёд, чтобы смять сопротивление, не дав ему зародиться.

Ничего, сейчас отведаете наших гостинцев.

Молох поднёс факел к фитилю и мир вокруг пошатнулся. От грохота бегающие вокруг орклины попадали на землю.

Вот это я понимаю большой орочий БУМ-БУМ. Начинённое картечью глиняное ядро выровняло наши шансы. С дюжину орков, успевшие вбежать во двор, превратились в окровавленные куски мяса. Не помогли ни тяжёлая броня, ни усиленное эфиром тело.

Такая взбучка на время охладит их пыл, и даст мне время сориентироваться.

Сбоку подскочила Зарра.

В лёгкой кожаной броне. С кинжалами наперевес. Тёмные волосы разбросаны по плечам, играя на фоне начавшегося пожара. Что ни говори, а эта орчанка даст фору многим красоткам, окружавших меня в прошлой жизни.

— Что прикажешь⁈ — выпалила она.

Я взглядом нашёл Молоха и кивком подозвал к себе. Два воина уже подготавливали бомбарду к следующему залпу. На этот раз работа шла быстрее.

— Беги к Гили. Передай ему мою просьбу, — я быстро шепнул командиру стражи послание и развернулся к Урзулу и Зарре. — Как насчёт того, чтобы прогуляться и наподдать этим засранцам, кто бы они ни были?

Урзул оскалился хищной улыбкой, вытирая с подбородка чужую кровь.