Бастард Великой Орды (СИ), стр. 69
— Руби их! — прокричал Изгар и первым бросился в атаку, сцепившись с Газгатом.
Потом хлынули остальные. Тишину над берегом снова разорвал звон стали.
— Лживые псы! — я принял удар на тесак. — Всех вас ждёт смерть!
Мы сошлись в бою. Два десятка против дюжины. Прохоровские молчали. Бить вслепую, когда свои и чужие перемешались в одну кашу, нельзя. Подстрелишь не того и окажешь услугу врагу. Они просто стояли на том берегу, беспомощно опустив луки, и наблюдали за схваткой.
И тут прогудел рог. Воздух наполнился лязганьем оружия и топотом ног.
Я взглянул через плечо. Вдоль левого берега к нам навстречу неслись всадники. Полсотни рыл в полном облачении, с пиками и арбалетами. В руках факелы.
Прежде, чем солнце успело провалиться за горизонт, я смог разглядеть штандарт с тавром Хаш’барога.
Чёртов ублюдок. Вот кому присягнул Изгар и его свора.
— Да вы сговорились, что ли? — прошипел я, оборачиваясь к Урзулу. — Пора!
Шаман припал на колено, выстроил пальцы в сложную фигуру и вздёрнул их к небу.
Вверх устремился сгусток пламени. Он поднялся так высоко, что почти исчез из виду, и взорвался разноцветными вспышками, на несколько секунд осветив поле брани.
Кусты затрещали. Сквозь ветки, ломая небольшие деревца, выходили курги. Один, второй, третий, четвёртый. В могучих руках дубины, длиной с человека, на ногах и животах латы.
Не зря всё же я взял их с собой.
Ряды Хаш’барога дрогнули. Встретиться с разъярённым кургом на поле боя — смертельное дело, а если их четверо, то и подавно.
Ход боя переломился.
Курги вломились в ряды всадников, топча их ногами и круша черепа дубинами. Гроза со своим выводком хозяйничала на другом фланге, оттесняя предателей к воде. Мы жали с третьей стороны.
Изгар с остатками своего отряда стояли по колено в воде. Дальше отходить было уже некуда.
Внезапно его лицо изменилось. Он схватился за голову и истошно завопил. Из ушей хлынула кровь.
Вскоре вся ватага скулила от боли, ползая по мелководью, как навозные жуки.
Через несколько ударов сердца наступила тишина. Воины Изгара болтались на малой воде бездушными куклами, медленно уплывая вниз по течению. Река брала свою плату. А кровная клятва уже взяла свою.
Изгар ошибся — даже если он принёс кому-то клятву раньше, чем мне, новая клятва всё равно имела силу. Просто сработала не мгновенно.
В двухстах шагах позорно бежали остатки отряда Хаш’барога.
— Ну что, отбились вроде, — Урзул тяжело дышал. — Такое они надолго запомнят.
— Отбились, — согласился я. — Пусть бегут. Теперь об их поражении будут знать все.
За спиной раздался стон.
Я резко повернулся и увидел Мору. Тот лежал с проколотым боком, но был ещё жив.
— Господин, — слабым голосом заговорил он. — Я пытался, но не смог. Не хватило сил. Простите, господин.
Я присел на одно колено, поддерживая его за плечи.
— Всё кончено, Мора. Потерпи немного. Скоро будем дома, — я погладил его по голове, успокаивая.
— Гулдар, господин, — бледными губами проговорил Мора. — Его забрали. Те, на варгах. Я пытался их остановить, но не смог.
Я посмотрел в ту сторону, где скрылся отряд Хаш’барога.
Что ж, борьба за власть в Пустошах заиграла новыми красками. Хочешь не хочешь, придётся и мне в ней поучаствовать. И пусть это случится сейчас, чем когда будет уже слишком поздно.