Бастард Великой Орды (СИ), стр. 26

Кристаллические сгустки Силы в убитых нами тварях могли оказаться мелкими, но это не умаляло их ценности. Такие здесь назывались крупицами, средние, размером с бусину — зёрнами, а крупные, похожие на спелую вишню — ядрами.

Иногда встречались и огромные, размером с кулак, реликты, носящие гордое название — самородки. Но такие попадались крайне редко.

На основе этих самых реликтов и строилась вся здешняя магия. И торговля, в том числе.

Забирать львиную долю всего добытого было бы глупо. Какой-никакой, а канал сбыта трофеев, а в будущем и ресурсов, мне жизненно необходим. К тому же, эти самые ресурсы нужны мне сейчас, и, кроме как у торговцев, их попросту негде взять. По крайней мере, пока.

— Поровну, с условием, что я могу рассчитывать на сносную цену, если захочу что-нибудь у тебя приобрести, — я окинул взглядом гружённые повозки.

Навскидку, кроме тюков, ящиков и клеток с разными тварями, там было много чего, чем я бы хотел обзавестись в первую очередь.

Взять ту же необычную конструкцию, предусмотрительно разобранную и скрытую под брезентом. Она смутно напоминала мне аналог средневековой баллисты.

Любое осадное или оборонительное оружие сейчас для меня на вес золота.

То, что состоит на вооружении в Думграде — примитивные катапульты, по эффективности давно уже устарели.

Единственным мало-мальским прорывом было появление пороха, привезённого из-за Серого моря, и первых прототипов бомбард, которые орки изобрели сами же, опираясь на свою физическую силу.

Ни один человек не способен тягать на себе даже самую маломощную ручницу, которую орки считают ручным оружием.

Так что, подобные торговцы представляют для меня очень большой интерес.

Хрод почесал подбородок, взъерошив и без того торчащую бороду.

— Договорились, Кром. Я гарантирую тебе сносные цены, если захочешь что-то купить. И хорошие, если захочешь что-то продать, — он хитро сощурил глаза.

— Разумеется.

— Тогда по рукам, — Хрод расплылся в улыбке, протягивая сухую ладонь.

— По рукам, — согласился я, ощутив на удивление крепкую хватку. — Добро пожаловать в острог Гнилые Зубы.

Закончив со сбором трофеев, мы выдвинулись к острогу. Повозки Хрода плелись позади, а я, расслабившись, ехал во главе колонны.

Молох, всё это время отстающий от меня на полкорпуса, вдруг поравнялся со мной, приструнив своего варга, когда тот чуть не выбился вперёд.

— Вышло неплохо, — начал он, подбрасывая в руке кисет с кристаллами. — Двадцать две крупицы и пять зёрен.

Я кивнул, перенимая у орка улов и пряча его за пазуху.

— Вы прибыли вовремя, господин комендант, — продолжил Молох, глядя вперёд. — Ещё бы немного…

— То вы всё равно бы справились, — закончил я за него. — Ты видел этих наёмников? Наверное, самые худшие, что можно отыскать в Пустошах.

Мы немного помолчали, наблюдая, как гружённые под завязку повозки переваливаются через ухабы.

— Со мной утром говорил Урзул. О том, чтобы стать командиром стражи.

— И что ты думаешь? — я смерил взглядом собеседника.

— Думаю, что для меня это было бы честью, господин комендант, — Молох расправил плечи и стукнул кулаком о грудь.

— Тогда принимай командование обороной острога. Да, и обращайся ко мне по имени. По крайней мере, наедине. Так будет удобней.

Это первое с чего нужно начать. Имена орков и без того сложные, чтобы выкрикивать их во время боя. А уж обращаться к десятнику или сотнику согласно его статусу, ещё глупее. В схватке важна быстрота и точность донесения информации, а не расшаркивания перед старшими по званию. Чётко услышанный приказ ускоряет время его выполнения.

— Хорошо… Кром, — Молох согласно кивнул.

— Как у тебя с Гили?

Орк поскрёб затылок когтями.

— Никогда не думал, что с дикими можно нормально поговорить. Обычно они… ну, дикие. Злые. Как гоблы. А этот…

— Теперь ты понимаешь, почему я пригласил его в качестве гостя, а не заложника? Они живут в собственном мире, где для них мы агрессоры, и я хочу это изменить.

Молох согласно кивнул, заводя варга в поворот.

— Объясни Гили, что пришло время отправить его отцу весточку. Мол, я в плену, но со мной всё в порядке. Пусть передаст, что комендант острога Гнилые Зубы Кром не против, если король диких захочет встретиться для переговоров. И вот здесь надо вскользь упомянуть выкуп. Нужно донести это именно в таком виде.

Молох нахмурился.

— Мы будем просить за Гили выкуп?

Эх, эти прямые как палка орки.

— Нет. Это просто такой финт, чтобы его отец точно явился на встречу. А чтобы эта встреча прошла продуктивно, нужно, чтобы из послания было ясно, что с его сыном обращаются хорошо.

— Всё понял. Будет исполнено, Кром.

— Вот и отлично, — я хлопнул нового командира стражи по плечу. — Обещаю, Гили и его питомцу ничего не угрожает. Слово коменданта.

— Понятно, Кром.

— А теперь скажи-ка, Молох, — я улыбнулся, — Где нам разместить делегацию из пары тысяч диких гоблинов и нескольких десятков кургов, чтобы это не вызвало переполоха в моём остроге?

Молох задумчиво поскрёб затылок.

— Там, где им больше всего нравится! Озеро! Там растёт живолист и много камней с Чёрной плесенью. Курги это любят. Самое то для временного стойбища.

— А теперь расскажи всё ещё раз. Только в подробностях. Начиная с того момента, как появился этот грязнокровка, — с трудом сдерживая гнев, прошипел гобл, чью сутулющуюся фигуру освещал пылающий в горниле огонь.

Его длинная узловатая рука сжимала покрытую кровью плеть-семихвостку, утяжёлённую грузилами и ржавыми крючьями. Вторая, неестественно изогнутая от неправильно сросшихся костей, поигрывала пальцами, ловя исходящее от очага тепло.

Прикованный к стене пленник держался из последних сил. Его ноги давно уже обмякли, а запястья рук налились синевой от сковывающих их кандалов. Всё тело горело от рваных ран.

Собравшись из последних сил, он поднял взгляд на своего мучителя.

— Я всё расскажу, Гримма! — проскулил орк. — Всё до последнего. Только прошу, не надо… Я больше не выдержу!

Гримма развернулся на месте, сверкнув в полумраке подвала налитыми кровью глазами.

— Это мне решать, сколько ты выдержишь и когда мне остановиться. Говори!

Орк едва слышно простонал, но всё же начал рассказывать.

— Он пришёл не один. С ним были двое, не знаю кто…

Орк закашлялся.

— … потом появился варг! Болотный! Первый раз такого крупного видел. Он… будто тому барзе служит…

— Какой, нахрен, варг⁈ — поморщился от раздражения гобл. — Болотные больше Думградских не вырастают!

Орка забило крупной дрожью, но доказывать обратное он не решился. Уж больно страшен был удар семихвостки.

— Дальше, — нетерпеливо зашипел Гримма. В его руке крючьями звякнула плеть.

Пленник вздрогнул и, громко сглотнув, продолжил.

— Он вызвал Зурга на поединок. А потом…– орк всхлипнул, морщась от накатившей боли. — он заколол его кинжалом. В самое сердце. Это всё, Гримма. Пожалуйста, отпусти! Я ни в чём не виноват!

Гримма некоторое время молчал, тяжело дыша, а потом резко развернулся, оскалившись в зловещей ухмылке.

— А что же вы⁈ — гобла затрясло от гнева. — Как вы, суки, допустили, что моего брата убили⁈ Испугались его варга или решили ему присягнуть⁈

Свистнула плеть.

Застенки форта огласил истошный вопль, через несколько мгновений перешедший в предсмертный хрип.

Гримма ещё некоторое время стоял, наслаждаясь творением своих рук, а потом с уверенностью развернулся.

— Умма! Собирай парней! Заберём эти сраные Зубы себе! Но сначала хорошенько повеселимся!

В острог мы въезжали под всеобщее ликование. Собравшаяся по обе стороны от ворот толпа местных бросала нам под ноги обглоданные кости — так среди орков принято приветствовать возвращающегося с победой вождя. Для них это что-то вроде благодарности, признание того, что теперь в их жилище будет царить достаток.