Бастард Великой Орды (СИ), стр. 24

Сейчас я — кусок оплавленной руды с нестабильными гранями. И главной задачей будет сотворить из этой заготовки идеально сбалансированный клинок.

Ну или тесак, в моём случае. Оружие это лишь резонатор, а само мастерство внутри.

Транн сыпанул несколько огромных лопат угля в жерло горна и энергично заработал мехами. В кузнице сразу же стало невыносимо жарко.

Когда уголь занялся, он хлопнул по плечу одного из своих помощников.

— Эй, вислоухий. Выкати-ка бочку на улицу, да опорожни, — он потрепал по макушке второго помощника. — А ты, хватай два ведра и к колодцу. Студёной воды натаскай. До самых краёв чтоб.

Когда орклины отправились выполнять поручения, кузнец смёл с площадки для подготовки угля остатки золы и уложил в неё несколько досок.

Сверху бросил грубую циновку.

— А теперь забирайся наверх, да не дрейфь, господин комендант! Страшнее, чем в лимбе, не будет. Хотя, не уверен! — Транн рассмеялся.

С этими словами он сыпанул ещё угля и несколько раз поработал мехами. Пламя загудело с новой силой.

Я скинул с себя всё, кроме портков, и уселся в позе лотоса прямо напротив горнила, как бабушкин колобок. По лбу сразу же заструились ручейки пота.

— Неважно, какой Путь тебе открылся, следовать можно двумя. Просто один будет даваться легче, а вот с другим придётся попотеть.

Кузнец ещё поработал мехами.

— Базовая техника укрепления тела одинакова для всех. Без одного не будет другого, и оба они дополняют друг друга. Теперь закрывай глаза и попытайся осмотреть свой корень и каналы. Тебе нужно пройти по ним сконцентрированным вниманием, подобно потокам эфира. Ты должен узнать каждое слабое место и исправить его. Готов?

Я кивнул.

Меха заработали интенсивнее.

— Когда справишься, заставь эфир пройти тем же путём, — продолжал наставлять меня Транн. — Только знай меру. Циркуляция должна проходить под контролем, иначе всё придётся начинать сначала.

Я сконцентрировался, внутренним взором пытаясь рассмотреть свой духовный корень. Получилось не сразу, но после нескольких попыток мне это удалось.

Потом мысленно отправился в путешествие по каналам, подмечая резкие углы и «бутылочные горлышки» — места, где проходимость эфира могла резко замедлиться.

Всё это я усердно правил, стараясь работать филигранно.

Несколько раз процесс приходилось начинать заново. Но я упорно перестраивал всё, как считал нужным.

После более-менее проведённой ревизии, я запустил эфир по каналам, как говорил Транн, проверяя себя на ошибки. Невидимая энергия двигалась по проложенным мной руслам с прыткостью горной речушки, не замедляясь и не выплёскиваясь слишком быстро.

— Тот эфир, которым ты наполнил свой корень во время инициации, испарится. Для начала тебе нужно преодолеть первую ступень, чтобы закрепить Круг, а он…

Транн на несколько секунд умолк, видимо рассмотрев моё запястье.

— … боги старого мира! В тебе ужились два Пути! Как такое возможно⁈

Я не стал отвечать, полностью погрузившись в изучение энергетической системы. Я парил над ней, словно голодный коршун, высматривая слабые места, и раз за разом проверяя всё на ошибки.

Кожа едва не пошла пузырями, от веявшего от горнила жара. Пот лился ручьями, покрывая тело солью. И когда я уже почти потерял контроль, раздался весёлый голос Транна.

— Остынь, уголёк!

С этими словами меня с ног до головы окатили ледяной водой. Сердце ухнуло в груди, едва не проломив рёбра. В ушах застучало давление. Кожа как будто отслоилась и повисла старыми обоями.

Я собрал волю в кулак и продолжил методично выстраивать намеченную структуру.

Снова заработали меха.

Транн только отдавал приказы, а орклины носились по всей кузне, выполняя каждую его прихоть.

Уголь, меха, уголь, снова меха, вода.

После очередного раза я почувствовал, что близок к прорыву. Кожа больше не реагировала на перепады температуры, а сердце монотонно отстукивало свои удары. Ступень, о которой говорил кузнец, уже почти мне подчинилась.

И в этот момент мир вокруг разорвал крик дозорного.

Снаружи послышался топот ног и буквально через секунду двери с грохотом распахнулись и в кузницу ворвался один из стражников.

— Тревога, господин! На патруль напали! От Молоха только что прибыл посыльный. Говорит, обложили со всех сторон!

Всё, что я выстраивал не один час, осыпалось карточным домиком.

Вот и закалился, мать вашу! Где мой чёртов тесак? Будем делать большой Бум-бум.

Глава 8

Я выскочил во двор, на ходу накидывая куртку.

Урзул как раз уже выводил из псарни варгов. Крепких, но возрастных самцов, которых, по-хорошему следовало бы давно отправить на заслуженную пенсию. От таких и щенки слабые урождаются.

Единственная самка Думградской породы умерла за месяц до моего прибытия, да и она уже не могла давать помёт, так что выбирать не приходилось.

Взяв с собой тройку проверенных воинов, я уселся на жилистую спину и вскачь понёсся к воротам.

В последний момент взгляд зацепился за Урзула. Тот махнул рукой, прося остановиться.

Я потянул за поводья. Варг недовольно рыкнул, но всё же встал как вкопанный, чуть не ткнувшись мордой в шамана.

Тот сдёрнул тряпку с лежащего на его руках свёртка, в котором оказался тот самый тесак, со вставленными в рукоять кристаллами усиления.

— Вот, возьми. Проверишь, чего стоит.

Я схватил искусно скованное оружие, проверяя его на баланс. Центр тяжести чуть смещён к клинку.

Немногим уступает моему собственному, но так даже лучше. Лишние полкило за спиной ещё никому не давали фору, за исключением тех, кто пошёл исключительно по Пути Силы.

К тому же вставленные в рукоять кристаллы очень бы мне пригодились — один из них значительно усиливал своего хозяина, а второй — восполнял эфир, что в моём случае очень актуально.

Но это я проверю на практике.

— Спасибо, — я передал старый тесак старику, а новый закинул за спину. — Приготовь зелья и свободные лежаки. Могут быть раненые.

— Обязательно, — кивнул Урзул.

Я ещё раз окинул кипящий острог взглядом и пришпорил варга.

Вот и начались весёлые деньки. Слухи о новом коменданте Гнилых Зубов разлетелись по округе, как стая голодных ворон. Теперь каждому вздумается потрепать меня за холку — вдруг чего ценного из него вывалится.

Ну, пусть попробуют. Вполне возможно, что чем-то ценным разживусь как раз я.

Радует, что за неполные семь дней острог успел преобразиться.

Покосившийся местами частокол теперь стоял ровно. Вал перед воротами приобрёл свой первоначальный вид. Заострённые брёвна смотрели в сторону возможного врага, представляя собой нечто вроде полосы препятствий.

Да и арсенал пополнился тяжёлым вооружением.

Правда, всего этого ещё недостаточно для полноценной обороны, но с чего-то начинать всё равно надо.

Мы спустились по валу и свернули на тракт, откуда уже вдалеке можно было разглядеть какое-то мельтешение.

Когда наша четвёрка выехала на небольшое возвышение, картина предстала во всех подробностях.

Видимо, в спешке, или неправильно истолковав приказ Молоха, посыльный своим донесением поставил весь острог на уши.

И этот казус помог мне выявить много чего интересного — недостатки во взаимодействии внутри отряда, отсутствие слаженности среди стражников и мечущиеся по всему острогу жители, вносящие ещё больше сумятицы. Такого быть не должно.

Но это всё потом, когда опасность нападения минует.

На деле всё оказалось куда прозаичнее.

На перепутье двух дорог, у спустившейся с холмов кромки леса, вёлся ожесточённый бой.

Охрана каравана, обступив запряженные мулами повозки, с переменным успехом отражала нападение. Среди них мелькали фигуры Молоха и одного из его патрульных.

Подъехав ближе, я наконец разглядел, что противниками оказались не лиходеи с большой дороги, а самые настоящие Неспящие — порождения затаившейся в Глубинах Аргаила Тьмы. До безобразия исковерканные скверной твари, которые никогда ещё так далеко не забредали от своих угодий.