Бастард Великой Орды (СИ), стр. 20

С собой взяли только самое необходимое — дневной запас еды, оружие, кирасы со шлемами и всевозможные магические зелья.

Шли на четырёх самых сильных варгах, что отыскались в псарне острога. Выносливые, бесстрашные, пережившие не один десяток боёв самцы, выведенные в Думграде. Надо отметить, одни из самых лучших во всех Пустошах.

Гроза, кстати, так и не появилась. С того самого момента, как она стояла на холме и высматривала меня, её так больше никто и не видел. Наверное, охотится где-нибудь в лесу или вовсе ушла к себе в Топи, так меня и не дождавшись.

Предутренняя прохлада располагала двигаться быстро. Мы пришпорили варгов и припустили по северному тракту.

Через пару часов пути мы сошли с наезженной дороги и двинулись по еле заметной тропке, ведущей к одному из перевалов, к счастью, уже успевшему открыться для перехода.

Дорога кидала нас между кряжистыми соснами и огромными валунами, покрытыми жёлтым лишайником.

Варги беспокойно ворчали каждый раз, когда из кустов доносились непонятные звуки. Их мощные тела напрягались, словно они чувствовали приближение чего-то недоброго. Даже самые смирные из них, обычно равнодушные к шуму, теперь настороженно всматривались в темноту, будто ожидая появления невидимой угрозы.

С каждым шагом дышать становилось труднее. Воздух как будто стал гуще, горче и холоднее. В нём отчётливо чувствовалась энергия, которая тысячелетиями напитывала эти места Первородной Силой.

— Мы близко, — через плечо бросил Урзул и пришпорил своего варга.

Шаман шёл во главе колонны, уверенно ведя нас через непролазные дебри. Мы то спускались в лощину, то поднимались к скалам, волочась по узким уступам. Так продолжалось час, пока мы наконец не выехали на каменистое плато, обрывающееся отвесным утёсом.

На небольшом возвышении, окружённое покосившимися менгирами в два орочьих роста, стоял жертвенный алтарь, напротив которого в небо уходил монолит. Вся его поверхность была испещрёна древними рунами, значения которых, наверное не знал даже Урзул.

Мы остановились у ближайшего мегалита и спешились.

— Тащите все к алтарю! — крикнул Урзул под завывание ветра. — Солнце скоро покинет Ветреный пик и осветит Агнар-камень. Самое лучшее время для ритуала!

Мы без слов перетаскали тюки в центр каменного круга.

Первым делом развернули свёртки с оружием. Каждый брал с собой то, с чем лучше всего умел обращаться.

По наставлению Урзула мы организовали внутри круга своеобразные схроны — втыкали в землю мечи, секиры, стрелы — на случай, если вдруг кто лишится оружия в бою. У Агнар-камня поставили ящики с лечебными зельями и глиняными бомбами — на случай, если всё пойдёт не по плану.

Потом все облачились в доспехи.

Когда приготовления были закончены, все собрались перед алтарём, где шаман разложил необходимое для ритуала — выжимку из Живолиста и Чёрной плесени, рудную золу и кристалл, служащий проводником в мир духов.

— Раздевайся, Кром, и слушай, — Урзул прочистил глотку. — Рассказывать вам что да как, я не буду. Не вчера родились, сами всё знаете. Добавлю только одно. Инициация не будет простой, но и не будет сложной. Первый Круг всё-таки. Противники, что здесь, что по ту сторону будут соответствовать наполненности Круга. Сейчас он пустой.

— Ты сказал, не будет простой, но и не будет сложной, — уточнил я, стягивая через голову поддоспешник. — Что это значит?

Урзул подался вперёд.

— Это значит что всё зависит от заложенного в тебе потенциала. Кому-то выпадает дикий гоблин, кому-то теневой варг, а кому-то и вовсе Мёртвый берсерк.

Из-за Ветреного пика показался первый лучик солнца. Установленный в изголовье алтаря кристалл заиграл сотнями огней.

Шаман быстро раздал всем усиливающие зелья.

— Начинаем. Все по местам! А ты — садись на алтарь и слушай.

Зарра и Транн разошлись в стороны, встав наизготовку, а я уселся в позе лотоса на холодный камень.

Урзул начал обмазывать меня рудной золой, одновременно приговаривая:

— В лимбе тебя будет ждать воплощение Духа. После победы ты узнаешь, какой Круг тебе открылся. Скорее всего, это будет Круг Силы. Пойдёшь по пути отца. После этого явятся пять алтарей, где ты выберешь основной аспект и уникальную способность. Ты поймёшь, как это сделать. Думай хорошо, перед тем как сделать выбор. Изменить его невозможно.

— Понял.

— Всё, пей. Времени ждать больше нет, — Урзул запрокинул мой затылок и влил в рот вонючую склизкую массу.

К горлу подкатил ком. Я кое-как удержался, чтобы не выплюнуть желудок, но всё же сделал глоток.

На один удар сердца показалось, что я просто моргнул.

Я всё так же сидел на алтаре. Вокруг стояли всё те же менгиры. Те же горы вдалеке, с их заснеженными вершинами.

Только вот на небе теперь клубились чёрные тучи, по которым изредка пробегали багровые всполохи.

Я присмотрелся, не веря своим глазам. Сознание будто возвысилось и пролетело над раскинувшейся передо мной долиной.

На горизонте, залитый позолотой заходящего солнца, возвышался город.

Широкие проспекты с дворцами. Святилища, купола которых подпирали величественные колоссы. Цветущие сады. Фонтаны с чашами, украшенными замысловатой лепниной. Башни из белого камня, чьи шпили пронзали облака и исчезали в неизвестности.

— Матерь пресвятая…– прошептал я одними губами, поворачиваясь, чтобы ещё раз всё осмотреть.

Ошибки быть не могло. Это…

Гнилые Зубы. Вернее, призрак того, чем он когда-то был. Застывший во времени древний мегаполис. Как, мать его, Атлантида! Или как небезызвестный Эльдорадо — золотой город!

Только это была столица Восточных пустошей. Центр мира, в котором сходились все дороги. Такой, каким я его и представлял.

И тут тишину разорвал звук шагов. Как будто кто-то волочил по камням ржавые цепи.

Я резко обернулся, и сердце в очередной раз пропустило удар.

Так и до инфаркта недалеко.

Среди поросших мхом менгиров колыхалась подёрнутая дымкой фигура. Она плыла над землёй, оставляя за собой шлейф из абсолютной Тьмы. В первозданном её виде.

Кого-то она мне напоминает… Точно! Тёмная Плакальщица!

Слова Урзула оказались пророчеством.

По спине пробежал холодок. Это же какой у меня потенциал, если мне выпало это чудовище⁈

Воплощение всего самого худшего, что можно увидеть в Пустошах. Получеловек-полудемон, сплетённый из самых страшных кошмаров.

Говорят, этих тварей можно встретить вдоль берегов Серого моря, где столетиями тонули корабли и души утопленников становились пленниками смерти.

Лютая тварь. Мало кому удавалось выстоять в бою против неё.

Фигура обрела плотность и предстала во всей своей красе. Смерть в женском обличье.

Чёрная, облезлая ряса висела лохмотьями, источая запах гнилья. Капюшон откинут назад. Вместо головы Тьма, в которой не было ни глаз, ни лица. Костлявые руки, с когтями длиною с мой кинжал, почти достигали земли.

Спасибо, что хоть не Мёртвый берсерк.

Я выдохнул, чувствуя, как адреналин бурным потоком наполняет моё тело. Всё или ничего!

Плакальщица зашипела скрежетом тысяч могильных плит и поплыла на меня.

Ну что ж, добро пожаловать в мой мир, малышка!

Я до хруста костяшек сжал рукоять тесака.

Вот и началось.

Воздух загустел, как смола. Каждый вдох давался с трудом. Тело налилось тяжестью, будто в него залили свинца.

Не дожидаясь, когда Плакальщица нападёт первой, я сделал выпад, целясь ей в голову. Тесак прошёл сквозь дымку, не встретив сопротивления.

Вот же ж…

В ту же секунду всё вокруг пришло в движение.

Плакальщица ударила когтями. Я едва успел уклониться, чувствуя, как по спине заструилось что-то тёплое.

Следующий удар пришёлся по наплечнику. Доспех выдержал, но меня развернуло на месте, а рука мгновенно онемела.

Тварь издала звук, похожий на плач, и снова атаковала.

Ушёл перекатом в сторону. Когти вонзились в землю там, где только что стояли мои ноги. Во все стороны брызнули комья грязи.