Бастард Великой Орды (СИ), стр. 14

— И? Говори быстрее, Пятница.

Тот замялся, стараясь не смотреть мне в глаза.

— Вобла убирала мусор и случайно опёрлась на стену, хозяин. Это не её вина. Пожалуйста, не бейте её.

Пятница склонил голову.

— Никого бить я не собираюсь. А Вобла, кто это?

— Моя сестра, хозяин. Она тоже захотела имя. Вот мы и назвали её. Она очень любит рыбу.

Вот, что значит дать человеку имя. При том, что Пятница и не человек вовсе, а помесь орка и гоблина. Однако, он и его сородичи начали проявлять признаки интеллекта, и что это, если ни чудо?

— Имя твоей сестры мы обсудим позже. Так что там у вас случилось?

— Мы обнаружили нечто необычное, хозяин. Посмотрите?

Мы спустились по заваленным мусором ступеням.

Помещение было заставлено перевёрнутыми корзинами и ящиками. По углам громоздились горы пустых мешков, в которых некогда хранилось зерно. Сейчас о такой роскоши напоминали только затоптанные колосья ржи, шелестящие при каждом шаге.

Зарра, которая составила мне компанию, прошла чуть вперёд. Сняла со стены факел и осветила осыпавшуюся кладку, за которой угадывалось небольшое прямоугольное помещение.

— Кром. Ты должен это увидеть, — северянка махнула мне рукой. — Похоже, вход в эту комнату заложили давным-давно.

Я переступил через кучу обвалившихся камней и взял у Зарры факел.

Помещение три на три метра явно предполагалось не для хранения зерна или картофеля — слишком уж оно мало для этого. Скорее, это чьё-то рабочее место, точнее мастерская или что-то похожее.

— Здесь свитки, — Зарра потянулась к сложенным пирамидой рукописям.

— Не трогай! Если им несколько сотен лет, то ты можешь повредить их. Здесь нужен писарь или архивариус, тот кто умеет обращаться с древними реликвиями.

Я обернулся, оглядывая помещение полностью.

Какой идиот додумался устроить здесь кладовку? Судя по всему, когда-то это место служило совсем другому делу. Возможно, здесь располагалась библиотека или хранилище древних фолиантов.

— Кром, здесь сундук.

Я рукой убрал паутину, затянувшую весь угол. И правда, на краю стола стоит небольшой продолговатый ящик с откидной крышкой. По краям вычурные ручки, сверху заострённый конус, как на шкатулках.

Я аккуратно потянул за него, тот поддался.

На бордовой подложке хранилась скрученная в свиток рукопись, на деле оказавшаяся…

Карта! Нет, скорее, наспех набросанная схема. Вот наш острог, только гораздо большего размера, вот Думград, когда он был ещё небольшим укреплением, вот Топи, где я встретил надежного соратника, в лице, точнее в морде, Грозы.

А вот перечёркнутые значки, разбросанные по всей карте. Ровно пять штук. Стилизованные обозначения каких-то предметов, которые старательно выводил неизвестный картограф.

Снизу какие-то заметки, подпись и странное тавро, явно не принадлежавшее ни одному орочьему клану. Человек. Вот, кто мог оставить это послание.

— Что там, Кром?

— Это нам только предстоит выяснить, Зарра… Никому об этой находке не рассказывай. Что-то мне подсказывает, эта штука важнее, чем кажется…

Глава 5

— Все здесь? — я окинул взглядом собравшихся передо мной немногочисленных жителей острога.

В основном стариков, женщин и детей — в общем тех, кто хоть как-то обслуживает это древнее укрепление.

Я не собирался загонять их под гнёт, как это обычно делали пришлые коменданты. Не в моих правилах. Все эти люди, орки и гоблины годами исполняли капризы своих вождей, получая в ответ лишь плетью. Это путь в никуда. Я хочу создать нормальное процветающее общество, в которым у каждого будет своё собственное место и роль.

— Можно сказать, да, — ответил стоящий рядом со мной Урзул. — Стражники, из тех, что остались, патрулируют тракты, девять несут дозоры на стенах и у ворот. Здесь в основном местные. За исключением деревенских. Они сами по себе, но иногда приходят торговать — молоко, зерно, мясо, иногда овощи, если урожай хороший был.

— А та человеческая женщина?

Не знаю почему, но оркам сподручней было называть женщин человеческой расы именно таким способом. Не буду исправлять эту их привычку. Ещё не время.

— Да. Вон она, — Урзул указал на невысокую женщину лет шестидесяти в выцветшей зелёной накидке с капюшоном. Пережившее не одно лишение лицо было обращено ко мне. — Дам ей знак, когда скажешь.

— Хорошо. Пора начинать, — я обернулся к собравшимся жителям и поднял руку, призывая всех к тишине. Гул поутих.

— Доброго дня, жители Гнилых Зубов. Моё имя — Кром. Сын кхазара Восточных пустошей Грох’тара Кровавого Клыка. Как вы знаете, острог теперь находится под моим командованием. Каждый из вас отныне под моей защитой. Все установленные ранее порядки отменяются. Я установлю новые правила, которые будут учитывать ваши интересы, как жителей этого острога.

Из толпы вышел пожилой орк и вопросительно поднял руку.

— И чем же это будет отличаться от диктатуры Зурга, господин?

По толпе прокатился осторожный ропот.

— Хороший вопрос, — я прошёлся вдоль рядов, заложив руки за спину. — Мы выберем Совет старейшин. Все вы живёте здесь уже не один год, и знаете, кому можно доверять, а кому нет. В Совете будут состоять по одному представителю из каждой расы, и я буду прислушиваться к вашим рекомендациям. Также в Совет будут входить начальник стражи и мой помощник — Урзул Горзол. Но окончательное решение безоговорочно принимается мной и не подлежит обсуждению.

Старик удовлетворённо кивнул и встал обратно. На моё удивление, на его место вышел Пятница.

— Господин, это значит что в Совете будет представитель и орклинов? — скрипучим голосом спросил он.

— Обязательно. Покуда в этом остроге комендант я, права у всех вас одинаковые. Больше не будет рабов, но поработать придётся всем.

На этот раз закивали все, перешептываясь друг с другом.

— В первую очередь, мы проведём перепись всего населения, с указанием состава семьи, основного рода деятельности, навыков и умений. Это поможет нам лучше построить работу. Отдельно будут записаны прошедшие инициацию, и те, кто только готовится к ритуалу. Состав старейшин, который вам предстоит выбрать сегодня, приготовит для меня список основных проблем острога. Срок — два дня.

— Простите, господин, — поднял руку крепкий, двухметрового роста, орк в фартуке кузнеца.

На вид ему было далеко за пятьдесят, что, впрочем-то, не возраст для орочьей расы. Его мощную челюсть окаймляла порыжевшая от жара борода, доходящая почти до самой груди.

— Моё имя Транн. У меня кузня здесь.

— Слушаю тебя, Транн.

— Значит, теперь Гнилые Зубы снова под охраной Грох’тара?

Ещё один хороший вопрос. Не хотелось поднимать эту тему в первый день моего правления, но раз речь об этом уже зашла, лучше сказать как есть.

— Нет, уважаемый Транн, — я решительно выдохнул. — Острог находится только под моей защитой. Гнилые Зубы теперь сами по себе. У нас будет свой клан, который никому не подчиняется.

'Пока что только клан. А в будущем — Орда, которая установит новые правила и объединит под своими знамёнами не только орков и гоблинов, но также людей и всех, кто захочет жить в справедливом мире.

Впрочем, не буду пугать их такими перспективами. Пока что рано.

Народ зашевелился. В глазах многих отразились страх и сомнения.

— Зря ты это сказал, — тихо шепнул стоящий по правую руку Урзул. — Побегут ведь.

— Не побегут, если голова на плечах есть. А если хотят — пусть бегут. Трусы мне здесь ни к чему, — так же тихо ответил я.

Ропот нарастал. Я уже было снова поднял руку, чтобы успокоить народ и развеять их страхи, как тот же самый кузнец вышел вперёд и припал передо мной на одно колено.

Голоса стихли.

— Позволь мне выступить, Кром, сын Грох’тара?

— Ты волен изъявить своё мнение, если тебе есть, что сказать, — кивнул я.

Транн поднялся во весь свой исполинский рост и повернулся к притихшей толпе.