Кодекс Магических Зверей X (СИ), стр. 51

[Побочные эффекты: слабость, тошнота, угнетение аппетита, спутанность сознания. Длительность: до трёх суток]

[Примечание: связь устанавливается с тем, из чьих рук существо примет зелье]

Я вздохнул и положил вилку на тарелку. Похоже, алхимики изготавливают нечто похожее, но от моего зелья побочные эффекты будут длиться не пару недель, а трое суток. Нет уж, я не стану пичкать такой гадостью ни одно живое существо. Но что тогда делать?

Я уставился на горшок и принялся перебирать варианты. Зелье отпадает, мой нейронник, похоже, тоже… Стоп. В прошлый раз я вытеснял энергию биома своей маной, и она, судя по всему, так и осталась внутри. А что, если попробовать… вытолкнуть её, не оставив свою? В теории должно получиться, но лучше всё-таки уточнить.

«Система, если я полностью очищу нейронник от маны, и Мальвина даст его кистехвосту, с кем он установит связь?»

[Связь будет установлена с человеком, из чьих рук существо примет вещество]

Прекрасно! Не сдержав улыбки, я посмотрел на Мальвину. Она осторожно поднесла ладонь к мордочке питомицы, и та, по-прежнему косясь на отдыхающего Велгара, робко обнюхала её пальцы.

Глава 22

— У меня есть идея, как установить связь с кистехвостом без вреда для его здоровья, — произнёс я. — Только ничего не обещаю: сперва нужно всё проверить.

Мальвина ахнула и хлопнула в ладоши. От резкого звука кистехвост сильнее обвил хвостом шею девушки, вызвав у неё приступ кашля. Пока она, оттянув пальцами пушистый воротник, переводила дух, Ларк выудил из горшка кусок репы, отправил его в рот и буркнул:

— Что-то я даже не удивлён.

Элиан застыл, так и не донеся вилку до губ, и сорвавшееся мясо шлёпнулось обратно в тарелку, забрызгав рукав подливой. Однако парень, будто не заметив этого, выпалил:

— А разве есть другие способы? Нам в Академии только про зелья и приручителей рассказывали!

— Получится — расскажу, — слегка улыбнувшись, спокойно ответил я.

Хольц лишь хмыкнул и, подцепив последний кусок мяса, принялся медленно жевать. Взяв свою кружку, Ларк сделал несколько глотков и поставил её подальше от локтя Элиана.

— Спасибо за завтрак, всё было очень вкусно — произнёс я, взглянув на Мальвину.

— Рада, что понравилось, — тепло ответила девушка.

Отодвинув тарелку, я повернулся к помощнику:

— Начинай без меня, я скоро присоединюсь.

— Ага, — парень кивнул и, заметив подливу на рукаве, с досадой провел им по штанине, но пятна только сильнее расползлись. Вздохнув, он перешагнул через лавку и быстрым шагом направился к кладовой.

Едва я вышел из беседки, как Хольц последовал за мой и, обойдя Велгара, встал у противоположного бока для подстраховки. Дремавший разоритель тут же приподнял голову, оторвав подбородок от края вылизанной миски, и, взглянув сначала на меня, а затем и на хозяина, начал подниматься без чьей-либо помощи. На этот раз исполину удалось это сделать с первой попытки, и как только он выпрямил дрожащие задние лапы, лежавший неподалёку Крох тут же вскочил, встряхнулся и пристроился позади, в шаге от его чёрного хвоста.

Обратно мы двигались медленнее, чем сюда, но останавливались реже. Возле колодца, на нашем пути, валялся пузом кверху Люмин, растопырив лапы в разные стороны. Остановившись над ним, Велгар опустил массивную голову и принялся обнюхивать пушистый живот, отчего ушастый мгновенно застыл, выпучив глаза. Через несколько секунд Хольц цокнул языком, и зайцелоп, осторожно перевернувшись и припав к земле, ужом отполз в сторону. Как только разоритель двинулся дальше, Люмин, провожая взглядом его чёрную спину, отправил мне образ: прохожие почтительно расступаются перед ушастым, который важно вышагивает впереди исполина, ведя его на тонюсенькой цепочке.

— Ну-ну, — я хмыкнул себе под нос.

Зайдя в загон, Велгар добрёл до своей секции и, кое-как развернувшись, опустил на солому сначала локти передних лап, а затем, неловко подломив задние, завалился на бок и выдохнул. Когда исполин устроился, Крох улёгся на спальник — уходить отсюда в ближайшее время он явно не собирался. Я же, бросив взгляд на каменное корыто, направился к колодцу. Однако стоило мне взялся за ручку ворота, как Хольц, нагнав меня, перехватил её рядом.

— Я подниму, — бросил он. — Занимайся своими делами.

— Хорошо, — отозвался я.

Заглянув в лабораторию, я улыбнулся Элиану, который уже занимался приготовлением корма, взял кусок ткани, ступку с пестиком и вынес их во двор. Пока Хольц, бережно неся полное ведро, направлялся к загону, я сполоснул инструмент водой, насухо протёр его и двинулся в главный зал. После солнечного двора здесь было сумрачно и прохладно, а в воздухе витал аромат сушёных трав и антисептика. Подойдя к полкам, я взял одну из оставшихся склянок с лазурным нейронником, поставил её вместе со ступкой на стол и опустился на табурет.

Вынув пробку, я наклонил склянку над ступкой и принялся легонько постукивать пальцем по донышку. Тонкий стебель медленно двинулся вниз и, на мгновение застряв в горлышке, наконец выскользнул на камень. Цветок слегка качнулся и замер: его волокна по-прежнему переливались от глубокого-индиго до нежно-сиреневого, и в сердцевине сияла крошечная лазурная точка. Поставив пустую склянку на стол, я склонился над ступкой.

[Обнаружено растение: Лазурный нейронник]

[Эффекты: При правильной обработке усиливает нейронную связь между Мастером и зверем, повышая точность управления и скорость реакции. Может использоваться как стабилизатор в рецептах, связанных с эволюцией разума]

[Сохранность: 85%]

[Предупреждение: В сыром виде обладает слабым нейротоксическим эффектом. Не употреблять внутрь без предварительной алхимической подготовки]

Что ж, когда-то мне доводилось использовать лекарства с истёкшим сроком годности. Их эффективность была снижена, но они всё равно работали. Этот же цветок подпортился всего на пятнадцать процентов, так что для дела вполне сгодится.

Глубоко вздохнув, я активировал восприятие и увидел внутри тканей крошечные голубые искорки. Странно, почему они токсичные? Выглядят же как обычная мана… Ладно, для начала попробую вытянуть искорки тем же способом, каким вытаскивал сгусток из корма.

Накрыв ступку ладонью, я выпустил тончайшую нить энергии и принялся направлять вглубь лепестка. Стоило ей обволочь крупицу, как я аккуратно потянул её вверх. Однако на полпути нить внезапно дёрнулась, от кончика отщипнулся крошечный кусочек, который тут же свернулся в каплю и… завис в толще ткани. Оставшаяся же часть нити начала обвиваться вокруг искорки, сжимая её все крепче.

Зараза… Стиснув зубы, я вытащил крупицу наружу и оборвал поток маны. Голубая точка на мгновение зависла, после чего испарилась.

Раз внутри осталась капля моей маны, то этот способ не подходит. Так, действовать нужно быстро…Может, попробовать толкнуть искру кончиком нити?

Чтобы ладонь не дрожала на весу, я упёрся локтем в столешницу, положил запястье на край ступки и вновь выпустил нить. Проникнув внутрь, её кончик резко вильнул в сторону и, ударившись о крупицу, толкнул её. Я тут же одернул свою энергию, и заметил, что цель слегка сместилась, но новой капли моей маны не появилось. Получается! Ещё один щелчок, за ним следующий, и после пятого искорка выскользнула из лепестка и исчезла.

Дело сдвинулось с мёртвой точки, но слишком уж медленно. На каждую крупицу уходило по пять-шесть «щелбанов», но стоило не рассчитать траекторию, как искра, врезавшись в соседа, сталкивала его с места, а сама отскакивала назад. По залу тем временем потянулся резкий горьковатый запах.

Спустя четверть часа я очистил лишь один лепесток и, окинув взглядом растение, вздохнул. Так я провожусь до вечера, а мне ведь ещё нужно заняться кормом.

Может, попробовать использовать несколько нитей сразу? Я осторожно выпустил вторую. Поначалу она болталась из стороны в сторону, отчего первый же удар отбросил искорку ещё глубже в толщу ткани, однако через пару минут я приноровился, и дело сразу пошло в два раза быстрее. Воодушевившись, я добавил третью нить, за ней четвёртую и пятую, но на шестую уже не хватило концентрации: одна из них замерла в лепестке, и мне лишь чудом удалось выдернуть её до того, как моя мана осталась бы внутри. Нет, пожалуй, пяти вполне достаточно. Втянув шестую нить, я перевёл дух и вернулся к работе.