Наследник $$$ уровня VII (СИ), стр. 29

К двум часам Себастьян перебрался в штаб регионального отделения партии.

Обед состоял из холодного мяса, хлеба и кофе, который ему принесли прямо в переговорную. Есть приходилось одновременно с докладом.

Запад продолжал проседать.

Зато университетские города росли.

— Есть ещё интересный срез, — сообщил социолог по громкой связи. — Среди родителей студентов.

— Возраст?

— Сорок пять — пятьдесят пять.

Себастьян отложил вилку.

— Почему?

— Фонд.

Андре, сидевший напротив, поднял голову.

— Студенты рассказали родителям.

— Именно. Стипендии очень конкретная вещь. Две тысячи песо в месяц человек понимает лучше, чем реформу образования на десять миллиардов.

Себастьян усмехнулся, оценив отсылку.

— Где лучше всего растёт?

Социолог перечислил пять городов. Три были крупными университетскими центрами. Андре медленно положил ручку.

— Нам надо масштабировать фонд.

Себастьян посмотрел на него.

— Месяц назад ты хотел его похоронить.

— Месяц назад у меня не было цифр.

— Какая трогательная гибкость убеждений.

— Это называется рост.

И он был прав.

— Что предлагаешь?

— После выборов государственная программа. Пока — обещание расширить схему на регионы. Частные компании дают деньги, государство добавляет часть, университеты дают площадку.

— Кто из частников?

Андре посмотрел на него так, словно вопрос был издевательством.

— Начнём угадывать?

Себастьян рассмеялся.

Виктор. Опять Виктор. Причём мальчишку для этого даже не требовалось спрашивать прямо сейчас. Можно было строить всю политическую конструкцию вокруг идеи, которую он уже запустил.

Это начинало становиться почти неприлично удобно.

— Только не обещай его деньги без него.

— Я похож на идиота?

Себастьян выразительно промолчал.

— Иногда я тебя ненавижу.

После обеда началась встреча с молодыми предпринимателями.

Здесь атмосфера была совершенно иной.

Никаких тяжёлых тёмных костюмов и фамилий, которым по сто лет. Люди тридцати-сорока лет, небольшие производства, программные компании, логистика, торговля, реклама. Некоторые выглядели так, словно явились прямо из офиса и впервые в жизни надели пиджак.

И вот здесь имя Виктора появилось уже в первые пять минут.

— Нам бы его условия, — пошутил парень, занимавшийся программным обеспечением. — Тогда и мы бы росли.

— Какие именно? — спросил Себастьян.

— Фамилию дэ Фуэго для начала.

За столом засмеялись.

— А потом?

Парень задумался.

— Доступ к капиталу.

— Дальше?

— Связи.

— Дальше?

Смех постепенно стих.

— Людей, наверное.

— И технологии, — добавил кто-то.

— И рынок, — сказала женщина напротив.

Себастьян кивнул.

— Вот об этом я и говорю всю кампанию. Вы сейчас перечислили не преимущества Виктора. Вы перечислили то, чего не хватает вам.

Тишина вышла уже совсем другой.

— Я не могу выдать каждому фамилию дэ Фуэго, — продолжил он. — И не собираюсь. Но доступ к капиталу, технологиям, специалистам и рынкам государство либо облегчает, либо годами закрывает..

Один из предпринимателей усмехнулся.

— То есть хотите сделать тысячу Викторов?

— Желательно без его характера.

Теперь засмеялись все. Фраза была удачной. Себастьян запомнил её для вечернего эфира.

На выходе Андре догнал его уже возле машины.

— Вот сейчас он был полезен.

— Его здесь даже не было.

— Именно.

Себастьян остановился.

Дорадо поправил воротник пальто.

— Начинаю понимать, что ты в нём нашёл.

— Поздравляю. Прошёл всего месяц.

— Я не про бизнес. Про Виктора, очень удобный символ.

— Только никогда не говори ему это в лицо.

— Думаешь, обидится?

— Думаю, выставит счёт.

Оба рассмеялись.

В машине Себастьян достал телефон. Сообщений от Виктора не было. И это тоже нравилось.

Мальчишка не звонил после каждой речи, не интересовался, упомянули ли его фамилию, не присылал благодарности за фонд и не пытался воспользоваться близостью к кандидату, чтобы пролезть в кампанию.

Судя по тому, что Себастьян слышал, сейчас Виктор занимался чем-то совершенно другим. Игровой платформой. Гостиницами. Каким-то сервисом бронирования.

Военным кораблём, история покупки которого до сих пор звучала настолько нелепо, что Дорадо первое время считал её газетной уткой.

И спутниковой навигацией.

Каждый человек в стране за месяц до выборов пытался подобраться к Себастьяну поближе. А Виктор, получив нужное обещание по комитету, просто ушёл заниматься своими делами.

К пяти часам они вернулись в штаб. Перед вечерним эфиром пресс-служба устроила традиционную пытку. На столе разложили возможные вопросы.

МРОТ.

Открытие рынка.

Коррупция в университете.

Отношения с корпоратами.

Фонд.

Виктор.

Разумеется, Виктор.

— Ведущий наверняка спросит, — предупредила пресс-секретарь. — Вчера Родригез снова сказал, что вы строите кампанию на союзе с частью старых семей.

— Какая именно часть?

— Дэ Фуэго и дэ Леон.

Себастьян чуть не рассмеялся.

Тайрон дэ Фуэго участвовал в группе людей, которая при любом удобном случае пыталась затормозить его кампанию. Габриэль дэ Леон официально держал нейтралитет.

Но стоило их детям несколько раз появиться рядом с Себастьяном, как вся страна уже нарисовала политический союз.

— Отвечаем просто, — предложил Дорадо. — Виктор не представляет дом дэ Фуэго в вашей кампании.

— Это правда.

— И не является вашим советником.

— Тоже правда.

— И не финансирует кампанию.

— Отлично.

— На этом заканчиваем.

Себастьян посмотрел на него.

— Нет.

Андре тяжело вздохнул.

— Почему я вообще пытаюсь?

— Потому что мы скажем правду, и она выгоднее.

— Какую?

Себастьян откинулся на спинку кресла.

— Что мне нравится работать с ним.

— Замечательно.

— Подожди. Не потому, что он дэ Фуэго. Не потому, что у него Вида. А потому, что он делает.

Пресс-секретарь подняла ручку.

Себастьян продолжил:

— Мы говорим о новой экономике — он строит новые компании. Говорим о технологическом отставании — он выпускает новый продукт. Говорим о проблемах образования — он вкладывает деньги в студентов. Говорим о закрытом рынке — он первым упирается в его ограничения. Мне не надо придумывать пример. Он ходит по Фаворе самостоятельно.

Андре некоторое время молчал.

— Неплохо.

— Запиши дату.

Вечерний эфир начался в семь. Первые вопросы были скучными.

Бюджет.

Тарифы.

Промышленность.

Потом ведущий перешёл к минимальной оплате.

— Ваши критики говорят, что повышение ударит прежде всего по тем, кого вы обещаете защищать. Компании сократят сотрудников.

— Некоторые попробуют.

— Вы признаёте это?

— Конечно. Было бы странно утверждать, что повышение расходов бизнеса вообще ни на что не влияет.

Ведущий явно не ожидал ответа.

— Тогда зачем?

— Потому что экономика существует не для того, чтобы предприятие могло бесконечно платить человеку меньше необходимого для нормальной жизни. Но повышать минимум надо постепенно, одновременно снижая другие нагрузки на малый бизнес и помогая предприятиям модернизироваться.

— Модернизация снова требует денег.

— Поэтому мы и предлагаем менять систему доступа к инвестициям, оборудованию и технологиям. Увы, что-то или кто-то должен был стать тем самым снежным комом. Корпорации сидят без развития вот уже три сотни лет.

Ведущий улыбнулся.

— Сейчас вы опять приведёте в пример Виктора дэ Фуэго?

Себастьян тоже улыбнулся.

Вот и пришли.

— А почему вас это так беспокоит?

— Потому что вы действительно приводите его в пример достаточно часто.

— Хорошо. Не буду.

По студии прокатился лёгкий смех.