Архитектор магических форм. Том 1 (СИ), стр. 56

Мне не нужно повторять всё подряд. Хочу поймать то же ощущение и проверить, могу ли удержать его сознательно, а не случайно попасть в нужный момент.

Мишень беру целую. Массивную, деревянную, без заметного расслоения. Осматриваю с двух сторон, проверяю крепление и освобождаю место вокруг. Рядом никто не занимается, в мою сторону тоже не ходят.

Включаю на маске защиту головы на всякий случай. Выковыривать щепки из лица вовсе не хочется.

Становлюсь перед мишенью и несколько раз сжимаю кулак.

В первый раз я пытаюсь удержать всё ощущение сразу. Теперь хотя бы понимаю, что оно неоднородное. После удара волокна отзываются по-разному, нагрузка расходится внутри, и мне не обязательно хвататься за мишень целиком.

Остаётся сделать это руками.

Удар.

Дерево глухо отвечает, крепление вздрагивает. Это движение пропускаю. Ищу короткую дрожь глубже, там, где материал сжимается после контакта.

Почти ловлю и теряю.

Отступаю, выдыхаю. На поверхности ничего, удар слабый, чтобы просто расшевелить структуру.

Второй полноценный опыт начинаю без попытки ударить сильнее. Мне нужна та же нагрузка, которую я понимаю и могу проанализировать.

Кулак входит в дерево, по руке проходит отдача.

Цепляю внутренние колебания.

Есть!

Ещё недавно я едва различал движение предмета целиком. Сейчас внутри одного куска дерева их десятки, и каждое ощущается отдельно. Удержать их одновременно сложно настолько, что я на миг перестаю слышать зал.

Добавляю Движение.

Часть волокон ещё сжата, другие уже стремятся вернуться. Подхватываю эти движения и усиливаю, не давая им слиться в обычное затухание после удара.

В глубине раздаётся треск.

Убираю руку, но ощущение ещё держится. Отступаю на полшага — не срывается. На поверхности раскрывается узкая щель, затем её резко ведёт в сторону. Дерево расходится по волокнам с хрустом.

От мишени отскакивает щепа.

Одна бьёт по защите возле глаза и падает на пол. Передняя часть мишени раскалывается, тяжёлый кусок отваливается и повисает на уцелевшем креплении. За ним видно свежую древесину, разорванную глубже места удара.

Прекращаю воздействие. По запасу маны прошлось ощутимо, но до предела далеко.

Стою, опустив руки. Снаружи я такого не выбил бы этим ударом, да и серией вряд ли.

Подхожу ближе и смотрю в раскол. Раньше мне удавалось сдвинуть предмет, разогнать его, поправить траекторию. А здесь я только что поймал движение внутри дерева.

И, что немаловажно, удержал его.

Медленно разжимаю пальцы. На лице сама собой расползается улыбка.

— Да ну на хрен.

Обхожу мишень, разглядываю и останавливаюсь около расколотого края. Достаю телефон — надо снять со всех сторон, пока не пришли убирать.

Уже знаю, какой участок своей структуры буду смотреть дома первым. Снова сообщаю сотруднику о мишени и еду домой.

На фотографии мишень выглядит так, будто её расковыряли изнутри. Приближаю раскол, потом открываю следующий кадр. Здесь хорошо видно, где волокна расходятся, а где остаются целыми.

Дома продолжаю изучение снимков и отпиваю кофе. Переношу снимки к записям по структуре. Рядом с описанием опыта добавляю пару строк. На этом пока всё. Лезть в медитацию пока не собираюсь, иначе опять очнусь к вечеру и обнаружу, что из еды за день у меня только кофе.

Сотрудник «Тайфуна» долго смотрел на дерево. А мне пришлось объяснять, что ничего я не взрывал и крепления в порядке. Тот, кажется, недоверчиво отнёсся к моим словам. Ну да, могу его понять — Движение так не умеет, а меня знают там именно как Вектора. Откуда им знать, что у меня тут перестройка и мутация структуры полным ходом.

В следующий раз разговор, скорее всего, окажется длиннее.

Закрываю фотографии. Мне нравится зал, но ещё несколько таких проверок — и администрация начнёт радоваться, когда я пропускаю тренировку. Да и мне надоедает оглядываться, прежде чем попробовать что-нибудь новое.

Собственный закрытый зал теперь всё больше кажется мне необходимостью, чем просто хотелкой.

Мастерская уже давно нужна. Смотрю на кухонный стол. На одном краю датчики, на другом документы. Посередине завтрак, который я пока только планирую съесть.

Отодвигаю измеритель, чтобы поставить тарелку. Провод цепляет тетрадь, та едва не смахивает чашку. Успеваю придержать и ставлю всё обратно.

Да, с домом пора определяться.

Пока ем, приходит сообщение от организатора. Сначала думаю, что нужно что-нибудь подтвердить по прошлой выплате, но он присылает предложения на следующий бой.

Несколько человек хотят выйти против Вектора. Можно выбирать. У, я добился привилегий, даже приятно.

Открываю список. Короткие сведения, доступные даты, несколько записей выступлений. Никто пока не заявляет, что уделает меня за две минуты, как Шип, и это даже немного разочаровывает.

Надо же. Стоило быстро набить одному морду — остальные сами записываются.

Смотрю начало одной записи. Боец работает аккуратно, без лишней суеты, и просто так под кулак не полезет. Пролистываю дальше, замечаю интересный переход, возвращаюсь на несколько секунд назад.

Телефон снова вибрирует.

«Что думаешь? Можно договориться на ближайшее время».

Ставлю видео на паузу. Желание выйти есть. Особенно после того, что получается на тренировках. Только проверять новые находки на живом сопернике я пока не собираюсь, а обычный бой может и подождать.

«Посмотрю. Дату пока не фиксируй».

«Не затягивай. Желающие есть сейчас, потом их может и не быть».

«Разумеется».

Он присылает ещё одно сообщение — про интерес публики и хорошие условия. Читаю, но торговаться не начинаю. После Шипа мне не надо срочно доказывать, что я умею драться. Зато надо купить место, где я смогу нормально готовиться, а не разбирать собственную структуру между чашкой с кофе и документами от нотариуса.

Сохраняю предложения и возвращаюсь к завтраку.

Через несколько минут телефон звонит.

Сурков.

Смотрю на имя и усмехаюсь. Сегодня у спортивной общественности явно совещание по поводу моего свободного времени.

— Гордей Романович, добрый день. Надеюсь, не отвлекаю?

— Уже привык.

— Хотел напомнить, что наше предложение остаётся в силе. Как вы себя чувствуете?

— Нормально.

— Тогда, возможно, в ближайшее время обсудим возвращение? Пока без обязательств. Нам хотя бы понимать, на какие сроки ориентироваться.

Кладу вилку. По голосу он уже готов перейти к вариантам, соперникам и рекламной кампании, если я дам малейший повод.

— Конкретный бой сейчас не обсуждаю.

— Мы можем начать с общей встречи.

— Давайте позже. У меня ещё не все вопросы закрыты.

Сурков выдерживает паузу, потом говорит, что готов подстроиться. Просит не забывать про них и напоминает, что зрители ждут.

— Не забуду, — отвечаю и заканчиваю разговор.

Сижу с телефоном в руке. Вектору теперь предлагают выбирать, потому что он удачно начал. Пеклу готовы устроить возвращение, потому что такое громкое возвращение мало кто пропустит.

Удобно устроился. Две спортивные карьеры одновременно хотят, чтобы я наконец занялся ими вплотную.

А я пока не могу найти на столе место под хлеб.

После завтрака выхожу в магазин. Доставка, конечно, существует, но надо хотя бы пройтись, пока я окончательно не превратился в приложение к ноутбуку.

На обратном пути замечаю двух человек возле прохода к дому. Девушка с микрофоном и парень с камерой. Они стоят немного в стороне и разговаривают, но девушка поворачивается в мою сторону слишком быстро, чтобы я успел без палева совершить манёвр с Движением.

— Гордей Романович, добрый день! Буквально пару вопросов.

— Если про выбор помидоров, я сам пока не уверен, — приподнимаю пакет с продуктами, — взял сегодня жёлтые, на пробу.

Она улыбается, оператор поднимает камеру.

— Вы давно не появляетесь на публике. Чем сейчас занимаетесь?

— Работаю.