Бесконечная песнь, стр. 1

Джули Кагава

Бесконечная песнь

Посвящается Нику. Твои идеи бесценны.

И моим читателям. Ваши слезы питают мою музу

Я не жду, что ты поймешь, пташечка моя. Я жду от тебя лишь песни. Спой для меня, спой для Кэнина, и пусть это будет чудесная песня.

Саррен

Серия «Кровь Эдема»

Julfe Kagawa

The forever song

Blood of Eden. 3

Перевела с английского Мария Мельникова

SODA PRESS

Данное издание опубликовано по договоренности с Harlequin Enterprises ULC.

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и события либо являются плодом авторского воображения, либо используются вымышленно, и любое сходство с реальными людьми, живыми или мертвыми, деловыми учреждениями, событиями или местами случайно.

Часть I

Демон

Глава 1

Ворота заставы скрипели на ветру, створки мотались на петлях туда-сюда. Они негромко стукались о стену, и этот ритмичный звук эхом разносился в давящей тишине. Холодный ветер скользнул в щель между створками, и в воздухе тяжелым покрывалом повис запах крови.

– Он был здесь, – пробормотал стоящий рядом со мной Кэнин. Вампир-Мастер темной статуей возвышался на фоне падающего снега, неподвижный и невозмутимый, но взгляд его был мрачен. Я бесстрастно смотрела на ограду, ветер трепал мой плащ и прямые черные волосы.

– Есть какой-то смысл заходить туда?

– Саррену известно, что мы следуем за ним, – раздался тихий ответ. – Он специально подстроил, чтобы мы это увидели. Он хочет, чтобы мы знали, что он знает. Когда мы войдем в ворота, там нас, скорее всего, будет что-то ждать.

Послышался скрип шагов по снегу – к нам подошел Шакал, полы черного плаща развевались на ветру за его спиной. Он взглянул на ворота, и в глазах его загорелся злобный желтый огонек.

– Ну что ж, – сказал он, обнажив в усмешке кончики клыков, – если он так старался все это устроить, невежливо будет заставлять психа ждать, верно?

Уверенной походкой он двинулся вперед, миновал сломанные ворота и направился к крохотному поселению за ними. Помедлив пару мгновений, мы с Кэнином последовали за ним. За стеной запах крови сделался сильнее; впрочем, на узкой дорожке, что змеилась между домами, не было заметно никакого движения. Хлипкие лачуги из дерева и жести стояли темные и безмолвные. Мы шли дальше, мимо занесенных снегом крылечек и пустых стульев. Все выглядело целым и нетронутым. Трупов не было. В тех немногих домах, куда мы зашли, мы не нашли ни искалеченных тел в кроватях, ни кровавых брызг на стенах. Даже мертвых животных не было на крохотном утоптанном пастбище на задворках. Лишь снег и запустение.

Однако все здесь пропитывал густой запах крови, он висел в воздухе, от него у меня ныл желудок и глубоко внутри рычал, пробуждаясь, Голод. Я подавила его, стиснув зубы и не давая раздраженному рыку вырваться наружу. Прошло слишком много времени. Мне требовалась пища. Запах крови сводил меня с ума, а тот факт, что здесь не было людей, заставлял беситься. Где они? Не может такого быть, чтобы целая застава смертных взяла и исчезла без следа. И тут, обогнув пастбище и поднявшись на холм к огромному сараю, мы нашли здешних жителей.

Перед сараем стояло громадное голое дерево, его искривленные ветви когтями царапали небо и гнулись под грузом десятков подвешенных за ноги тел. Мужчины, женщины, даже несколько детей покачивались на ветру, их бледные окоченевшие руки безвольно свисали вниз. Горла у них были перерезаны, а у основания дерева чернело пятно: вся кровь впустую ушла в снег.

Но запах все равно едва не сбил меня с ног, и я стиснула кулаки – Голод рвал мои внутренности раскаленными когтями.

– Что ж, – пробормотал Шакал, скрещивая руки на груди и рассматривая дерево, – веселенькое зрелище, не правда ли? – Голос у него был напряженный, словно он тоже едва владел собой. – Полагаю, это и есть причина, по которой мы не нашли ни единого кровяного мешка по дороге от Нью-Ковингтона. – Он рыкнул, тряхнул головой и оскалился, обнажая клыки. – Этот чувак реально начинает меня выбешивать.

Я подавила Голод и постаралась сосредоточиться вопреки терзающей меня боли.

– Да ладно, Джеймс, только не говори, что тебе жалко ходячие куски мяса, – поддела я его, потому что иногда поглумиться над Шакалом было единственным способом отвлечься от всего.

Он закатил глаза.

– Нет, сестра, я зол потому, что они имели наглость подохнуть, и теперь я не могу их съесть, – бросил он, сверкнув клыками – редкая вспышка гнева. Шакал сверлил трупы голодным взглядом.

– Гребаный Саррен, – сказал он. – Не желай я так сильно смерти этого психопата, то сказал бы – пошло все к черту. Если так будет продолжаться, нам придется сойти со следа, чтобы найти какой-нибудь кусок мяса с неперерезанным горлом, чего этот ублюдок наверняка и добивается. – Шакал вздохнул, сердито зыркнув на меня. – Все было бы намного проще, не угробь ты джип.

– В последний раз говорю, – зарычала я на него. – Я просто показала свободную от завалов улицу. Я не оставляла на дороге гвозди, на которые ты наехал.

– Эллисон.

Негромкий голос Кэнина вклинился в нашу ссору, и мы повернулись. Наш господин с мрачным лицом стоял у угла сарая – он жестом подозвал нас. Бросив последний взгляд на дерево и его чудовищные плоды, я подошла к Кэнину, вновь чувствуя, как вгрызается в меня Голод. Сарай вонял засохшей кровью даже сильнее, чем ветки дерева. Возможно, потому, что ею была целиком покрыта одна из стен – вертикальные черные полосы пересекали доски.

– Пойдемте отсюда, – сказал Кэнин, когда мы с Шакалом приблизились. Голос его звучал спокойно, хотя я знала, что он голоден не меньше нашего. А возможно, что и больше, ведь он до сих пор восстанавливался после того, как едва не погиб в Нью-Ковингтоне. – Выживших тут нет, – продолжил Кэнин, печально оглянувшись на дерево, – а времени у нас все меньше. Саррен ждет нас.

– Откуда ты знаешь, старик? – спросил Шакал, вслед за мной подойдя к стене сарая. – Ну да, явно дело рук нашего психопата, но он мог это сотворить и просто забавы ради. Ты уверен, что он знает, что мы идем за ним?

Кэнин ничего не ответил, лишь показал на измазанную кровью стену перед нами. Мы с Шакалом взглянули на нее, но я не увидела ничего особенного. Кроме покрытой кровью стены, разумеется.

Но Шакал тихо, горько хохотнул.

– Ах ты подонок. – Он смотрел на сарай, улыбаясь и покачивая головой. – Какая прелесть. Посмотрим, будешь ли ты таким же забавным, когда я примусь насмерть забивать тебя твоей же оторванной рукой.

– Что там? – спросила я, понимая, что явно что-то упускаю. Я снова поглядела на сарай – что там такого увидели другие вампиры, чего не замечала я? – Что такого забавного? Я ничего не вижу.

Шакал вздохнул, шагнул мне за спину, ухватил за воротник и потянул прочь от стены.

– Эй! – огрызнулась я, отбиваясь. – Пусти! Какого черта ты делаешь?

Не обращая на мои протесты никакого внимания, Шакал продолжал тащить меня за собой назад. Примерно через десять шагов он остановился, и я вывернулась из захвата.

– Что с тобой такое? – обнажила я клыки.