Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ), стр. 558
– Много их будет? – спросил я.
– Много, это же Северск, – ответил водяной, сразу сообразив, о ком речь. – Хотя, часть водного народа вообще не выйдет побережья. Хотя, молодые любят гуляния.
– Кто‑нибудь переберёт медовухи, – буркнул Морозов. – Кто‑нибудь поссорится из‑за русалки. Кто‑нибудь полезет купаться там, где его не звали.
– Не без этого, – согласился Илья. – Впрочем, кто из нас без греха?
Воевода усмехнулся:
– И то верно, – согласился он, открыл дверь и вышел из авто. Мы последовали за ним. Поднялись по ступеням крыльца и вошли в холл.
Возле дежурного стола сидел пожилой служащий и читал газету. Заголовок на первой странице гласил «Вой на болотах продолжается». Заметив нас, мужчина тут же отложил переодику и поднялся.
– Николай Арсентьевич, – торопливо начал он.
– Проводи нас к Осипову, – мягко произнес я.
Мужчина кивнул и направился к залу Заседаний. Мы последовали за ним.
Сам Осипов стоял у окна. Он был в рубашке с расстёгнутой верхней пуговицей, а пиджак висел на спинке стула.
– Проходите, Николай Арсентьевич. – не оборачиваясь, произнес он. – Чай?
– Спасибо. Не откажусь.
Мастер‑распорядитель обернулся и подошел к столу:
– Альбина Васильевна уже передала мне смету, – начал он. – В целом ничего необычного. Почти всё повторяет прошлый год.
Он повернул бумаги ко мне и продолжил:
– Украшение набережной, монтаж торговых рядов, освещение, оплата музыкантов и проведение городских ярмарок, дополнительные городские патрули. Ну и уборка после праздника.
– Уборка стоит почти столько же, сколько музыка, – протянул я, рассматривая цифры.
– В смету заложен резерв, – пояснил мастер‑советник. – Иначе потом придётся созывать Совет повторно из‑за всяких мелочей.
Мы принялись разбирать каждый пункт отдельно. Осипов старательно разъяснял написанное, хотя я не видел в этом особой нужды. Но спорить не стал. В конце концов это было моей работой. Илья уселся в кресло у окна, Морозов встал у выхода и принял скучающий вид.
Обещанный час превратился в два. А потом и в три. Стрелки на часах ползли дальше, а Осипов и не думал торопиться. Когда я уже думал, что придется ночевать в Совете, он спросил:
– Кстати, вас уже предупредили, что тратой средств должен заниматься ваш поверенный? Деньги всё‑таки городские. Сумма большая. Нужен человек, который будет следить за расходами и ставить подпись от вашего имени.
Он с интересом посмотрел на меня, и я задумался. Морозов и без того был занят, а Вера… Вера была нужна в поместье. И при одной только мысли что девушка может днями пропадать в городе, мне стало не по себе.
– Я еще не нашел кандидатуру, – ответил я. – Так что еще подумаю.
– Только недолго, – предупредил Осипов. – Хорошо бы завтра озвучить фамилию.
– Конечно.
Осипов улыбнулся:
– Тогда считаем, что договорились, – Осипов надел пиджак и подошёл ко мне. – Спасибо, что приехали сегодня, Николай Арсентьевич. Лучше сейчас час потратить, чем потом три дня бегать.
Мы пожали руки, а затем я встал из‑за стола и направился к выходу. Остальные последовали за мной.
– Доброго вечера, мастера, – произнёс Осипов, когда я уже практически подошел к двери.
– И вам, – ответил я и мы вышли в коридор. Дверь за спиной тихо закрылась.
Когда мы вышли из Совета, город уже окончательно перешёл в вечер.
На площади зажглись фонари. Из открытых дверей кофейни тянуло выпечкой и свежемолотым кофе. По мостовой проезжали редкие машины, по дальней улице прошёл трамвай, а от канала тянуло прохладой.
Мы почти подошли к авто, когда позади раздался знакомый голос:
– Николай Арсентьевич?
Я обернулся.
Навстречу нам шёл Роман Победович, а рядом с ним была Инга. Причем, они явно никуда не торопились.
Роман выглядел непривычно расслабленным. Инга шла рядом, держа его под локоть, и что‑то ему рассказывала.
Увидев нас, оба остановились.
– Добрый вечер, –произнес парень. Девушка тоже улыбнулась.
– Николай Арсентьевич.
– Добрый, – ответил я.
Молодой Губов улыбнулся и снова посмотрел на меня.
– А вы какими судьбами? Неужели тоже решили вечером погулять по городу? – предположил он.
– Хотелось бы, – я указал на здание Совета за спиной и вздохнул. – Но увы, обсуждали Русалью неделю.
Я коротко рассказал о разговоре с Осиповым. Роман слушал внимательно, и когда я закончил, уточнил:
– И кого вы хотите назначить?
Я пожал плечами:
– Пока не знаю.
– А возьмите меня? – предложил вдруг парень, и я заметил, как в его глазах разгорается интерес.
Инга повернула к нему голову. Кажется, предложение стало неожиданностью и для неё.
– Вы серьёзно?
– Вполне, – пожал плечами Роман. – Я очень хочу принести Северску пользу. Ну и со старшим народом поработать хочется.
Инга едва заметно улыбнулась, и он это заметил.
– Роман Победович, – осторожно начал я, – подготовка к празднику дело нелегкое…
– Понимаю, – согласился Губов. – И думаю, старшие товарищи мне в этом помогут.
С этими словами, он многозначительно посмотрел на Илью, и тот кивнул:
– Отчего же не помочь, – согласился он.
Я задумался. Кандидатура действительно была хорошей.
– Вам действительно это интересно? – уточнил я после паузы.
Роман пожал плечами.
– Я всё равно собираюсь тут остаться. Заодно хоть пойму, как здесь все устроено. Северск – место необычное, сами понимаете.
Я усмехнулся:
– Хорошо. Завтра Осипов получит вашу фамилию.
На лице Губова от уха до уха расплылась широкая улыбка:
– Отлично.
– Но в первый день придётся приехать к воде до рассвета, – предупредил Илья и Роман мигом насторожился.
– Зачем? – уточнил он.
– Познакомлю с теми, кто отвечает за праздник с нашей стороны, – хитро улыбнулся водяной.
– С радостью, – тут же с жаром овтетил парень. – Уж ради такого дела я готов встать ни свет ни заря.
Роман Победович с подругой попрощались с нами и медленно пошли дальше по площади. Девушка что‑то говорила своему спутнику, а он слушал, чуть наклонив голову. Над каналом уже собиралась тонкая вечерняя дымка. Я представил, что будет здесь уже скоро: музыка, лодки, огни на воде, русалки среди гуляющих людей.
Я улыбнулся и устроился на сиденье.
– О чем задумались, мастер‑князь? – уточнил Илья, когда машина выехала на дорогу.
– Про то, что мне начинает нравиться Русалья неделя, – с улыбкой ответил я.
Глава 26
Домой с ветерком
Машина выехала с площади и вскоре свернула на улицу, ведущую к окраине. Вечерний Северск постепенно оставался позади: становилось меньше освещенных витрин, реже попадались прохожие, а между домами все чаще проглядывали темные кроны деревьев.
Я устроился на заднем сиденье рядом с Ильей и с облегчением откинулся на спинку кресла. После утренней тренировки, встречи с Соколовой у колодца и нескольких часов в Совете, больше всего сейчас мне хотелось только одного: добраться до дома, поесть и хотя бы немного побыть одному. Я мечтательно улыбнулся, представив упругий матрас под многострадальной спиной и подушку под головой. И даже костюм медведя, который домовой наверняка подсунет мне ради шутки не мог испортить мне настроение. Я мечтал отдохнуть.
Впрочем, последнее было слишком смелой надеждой. В доме меня ждали Иволгин, голодающий Мурзик в наморднике, Никифор с мышами и, вероятно, еще несколько неприятностей, о существовании которых я пока просто не знал. И еще Вера Романовна. И при мысли о ней на сердце стало теплее.
Илья некоторое время молчал, глядя в окно, а потом тяжело вздохнул.
– Осипов у вас обстоятельный человек.
– Это вы сейчас хвалите? – уточнил я. – Или ругаете?