Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ), стр. 557

– Пора готовиться, – пояснил Илья. – Вы же князь Северска, в конце‑концов.

Он внимательно посмотрел на меня, но я только покачал головой.

– Простите мое невежество, но я не понимаю, что от меня требуется. Извольте просветить.

– Ладно, – вздохнул водяной. – Начнём с начала. Русалья неделя в Северске – не просто праздник. Русалки выходят к городу, водяные собираются с верхних протоков, речные приходят даже в те места, куда обычно носа не показывают. Родню навещают. Молодые знакомятся, себя показывают, других смотрят.

– Звучит почти как большая семейная встреча, – протянул я.

– Так и есть, – согласился Илья. – Только семья большая. И это всегда сложно.

– В чем же сложности? – удивился я.

Водяной вздохнул и махнул рукой.

– Каждый год одно и то же, княже. И каждый раз словно впервые. Одна половина другую не любит. Норовит напакостничать. А другая отвечает тем же.

– И в чем же это проявляется? – насторожился я.

– Как водится – то в колодец жаб накидают, то тину в озеро закинут, то рыбу выгонят из заводи. А иной раз и коров уведут с заливных лугов да почитай до самых болот.

– Каких коров? – не понял я.

– Моих, – насупился Илья и с подозрением взглянул на меня. – А вы что ли не знаете про стадо водяного?

– Не знаю, – искренне признался я. – У вас есть скот?

– У меня много чего есть. И коровы тоже. Они у меня особливо хороши. Настолько, что любой захочет такую в своем хозяйстве заиметь.

В последних словах Ильи прозвучала откровенная гордость. Он приосанился и в глазах полыхнули искры. Но тут же гость посмурнел.

– Хорошие коровы. Надо будет опять в загон их отправить, чтобы потом не искать по всему Северску… Опять…

Он ненадолго задумался и тряхнул головой, словно отгонял от себя дурные мысли.

– Да и для людей наша неделя – всегда полна развлечений. Чтобы не привлекать лишнего внимания к гостям, надобно устраивать ярмарки, представления, лодочные шествия. Раньше ещё костры ставить…

Водяной вздохнул и продолжил:

– Эх, были времена. Костры были до небес. По ночам пускали по рекам венки. Парней русалки уводили к себе… – он осекся и немного виновато добавил, – все по квотам, конечно же. Никаких излишеств. Уводили только тех, кто провинился и на кого никто из местных девиц не претендовал.

– Сейчас квот нет? – на всякий случай уточнил я.

– Давно уж нет, – с некоторой долей сожаления ответил водяной. – У нас договор, Николай Арсеньтевич.

– Вот и славно, – я вздохнул в облегчением. Думать о том, что кого‑то к себе в воду утянул русалки мне не хотелось.

– Мы договор чтим и к старому не возвращаемся, – продолжил Илья. – Так вот: каждый год город выделяет деньги на эти гуляния из казны.

Я вынул из кармана телефон:

– Сейчас уточню подробности у Альбины Васильевны, – пробормотал я и принялся искать в списке контактов нужный номер.

– Хорошо. Она наверняка все знает, – кивнул Илья.

Я же наконец обнаружил нужное имя и нажал кнопку вызова. Трубку взяли почти сразу:

– Добрый день, Николай Арсентьевич, – послышался в динамике голос секретаря.

– Добрый, – ответил я. – Мне тут сказали, что близится русалья неделя, и что я каким‑то образом умудрился почти пропустить подготовку к ней.

– Все верно, – подтвердила собеседница и тут же поправилась. – Вернее, про русалью неделю правда. Обычно, подготовкой занимался старый князь. Но в принципе, подготовку уже пора начинать. Даже немного раньше надо было. Ничего страшного. Успеем. В этот раз я могу взять основные заботы на себя.

– А смета? – уточнил я.

– Ее нужно согласовывать с Советом, – был мне ответ. – А сама смета уже почти готова. Секунду.

В динамике послышался шорох бумаг и приглушенные слова:

– Смета, смета, смета. Да где же она… А, вот. Николай Арсентьевич, вы меня слышите?

– Слышу, – подтвердил я.

– Праздник городской, но Русалья неделя проводится под покровительством княжеского дома. Так исторически сложилось. Поэтому деньги из городской казны Совет выделяет только после согласования с вами.

– Этого мне тоже никто не сказал, – растерянно протянул я.

– Еще бы. За последние недели успели пережить столько всего, что Русалья неделя, пожалуй, действительно могла быть забыта. Так вот: после согласования понадобится человек от князя, чтобы следить за расходами. Счета, договоры с торговцами, оплату рабочих, закупки. Ничего особенно сложного. Но представитель княжеского дома должен подтверждать, что средства действительно уходят на праздник.

– А раньше кто этим занимался?

Альбина задумалась.

– При вашем предшественнике обычно кто‑то из управителей имения. Позвоните Осипову. Он наверняка уже ждёт.

Я закрыл глаза, представив главу Совета, который будет меня поучать.

– Спасибо, – буркнул я.

– Не за что. До встречи, Николай Арсентьевич.

Собеседница завершила вызов, я же некоторое время сидел, глядя на темный экран телефона. А затем вздохнул, внутренне готовясь к следующему, не менее сложному разговору, и позвонил Осипову.

На этот раз ждать пришлось дольше. И я уже хотел было положить трубку, когда в динамике, наконец, послышался голос мастера‑председателя:

– Добрый день, Николай Арсентьевич? Что‑то срочное?

– Хотел обсудить с вами предстоящую Русалью неделю, – ответил я.

На другом конце повисла тишина.

– Наконец‑то, – произнёс Осипов. – Жду вас в Совете.

– Сейчас? – удивленно уточнил я.

– А чего откладывать? Я ещё на месте. За час управимся. Не по телефону же обсуждать такие вопросы.

Я посмотрел на часы.

– Хорошо. Скоро будем.

– Отлично, жду.

Собеседник завершил вызов. Я же повернулся к Илье и со вздохом произнес:

– Похоже, обед откладывается.

Водяной вздохнул, но особого расстройства на его лице я не заметил.

– Ничего, если управимся быстро, Никифор нас ещё покормит.

– Пойду подготовлю машину, – неожиданно послышался за спиной голос Морозова.

Я обернулся. Воевода стоял у двери, прислонившись плечом к косяку.

– Осипов ждёт нас в Совете.

Морозов посмотрел на меня внимательно и уточнил:

– Вы не успели привести себя в порядок?

– Увы, – я развел пуки в стороны. – Если вы подождете меня немного…

– Зачем же ждать? – подал голос Илья и взмахнул руками.

Тотчас меня окутало облако тумана. На мгновенье оно стало настолько плотным, что напомнило молоко. Сырость проникла в ткань, охладила кожу, а затем почти сразу же исчезла. Я оторопел от произошедшего. Только что мои волосы сделались мокрыми и через секунду высохли. Одежда также была в порядке.

– Как это… – начал было я.

– Я хозяин рек, – скромно напомнил Илья. – Вода приходит, когда я зову и уходит, когда я пожелаю. И смыть с человека пыль я могу без особых проблем.

– Вам бы банями заведовать, – восхитился я.

– А банников куда девать? – усмехнулся водяной и хлопнул меня по плечу. – Сразу видно, что вы еще не со всей нашей братией знакомы. Но за этим дело не станет. Еще узнаете.

Морозов молча отошел от проема, спустился по ступеням и направился в сторону гаража. А через минуту к крыльцу подъехало авто.

Я поднялся со скамьи. Спина тут же отозвалась тянущей болью:

– Идемте.

Я устроился на заднем сиденье вместе с Ильёй. Морозов сел за руль. Завел двигатель, и авто выехало с территории. Я откинулся на спинку сиденья и на несколько секунд прикрыл глаза. Хотелось верить, что разговор в Совете действительно займёт обещанный час.

Машина набрала скорость и поместье осталось позади.

Когда мы подъехали к зданию Совета, солнце скрылось за облаками. И окна первого этажа Совета светились ровными жёлтыми прямоугольниками.

Морозов припарковался неподалеку и обернулся ко мне:

– Прибыли, мастер‑князь.

– Спасибо, – ответил я и открыл дверь авто. Илья выбрался следом за мной.