Есения (СИ), стр. 77
— Это звучит как надо, Миронова. Насчёт деда не переживай, — позволяю себе затронуть больную тему. — Он примет эту новость рано или поздно. У него нет вариантов. Вы созданы друг для друга.
— Мы в следующие выходные в Загадаево поедем. Богдан сказал, что будет просить у него моей руки до тех пор, пока тот не даст добро.
— Чую, съездить туда вам придётся не единожды…
— Это из-за меня всё, — произносит она расстроенно. — Если бы я не отписала матери квартиру, дед не злился бы так на Богдана.
— Ну чего теперь ворошить прошлое? Уже как вышло, так вышло.
— Да уж…
— Ничего, Оль. Сухоруков парень настойчивый, так что потихоньку разберётся. Всё будет хорошо, — уверенно сжимаю её ладошку своей.
— Когда вы с Эмилем на Мальдивы летите? — улыбается, понижая голос до полушёпота.
— Я была так зла на него, что дату в билете и не рассмотрела, — признаюсь честно.
— Там красиво, судя по картинкам...
— Меня куда больше волнует то, что с ним произошло.
— Не рассказал ничего?
— Нет. Душ принял, мы собрались и приехали сразу к вам в ресторан.
— Понятно. Ой, Сень… — Оля, взглянув на экран своего смартфона, резко меняется в лице. Словно испугалась чего-то.
— Что там такое?
— Галдин написал.
Напрягаюсь от этой фразы.
— Он пришёл тебя поздравить. Ждёт на улице. Просит, чтобы ты к нему на пару минут вышла.
Глава 44
Эмиль
— Ну ты даёшь, Сухоруков, — качаю головой. — Не успел от одной свадьбы откреститься, как тут же вляпался в другую. Причём по собственной воле.
Друг смеётся.
— На свадьбу, как и на квартиру, ещё заработать надо. Не знаю, сколько мне на это времени понадобится. Год, два…
— Так какой дьявол дёрнул тебя дарить кольцо сейчас? — не догоняю.
Богданыч, глупо улыбаясь, пожимает плечом.
— Помолвка типа. Хочу, чтобы все были в курсе: Оля не просто моя девушка. Она теперь моя невеста.
Закатываю глаза.
— Слушай, Эмиль, пока девчонки ушли пудрить носы, может расскажешь, что у тебя случилось?
Киваю.
— Куда пропал на целые сутки?
— Ездил в наш загородный дом. Отец вызвал меня на разговор.
— По поводу?
Закидываю в рот брускетту.
— Только не говори, что он узнал о том, что ты без его ведома продал мерс! — Богдан, догадавшись о теме беседы самостоятельно, округляет глаза.
— Узнал, — подтверждаю и товарищ, нахмурившись, присвистывает.
— Сильно разозлился?
— Впал в ярость.
— Твою мать, — качает головой. — Это он тебя так разукрасил?
— Да. Орал как ненормальный. Грозился лишить всей оформленной на меня движимости и недвижимости.
— Жесть.
— Это, прикинь, он ещё не в курсе, что меня отчислили из МГУ, — смеюсь, представляя его рожу в этот самый момент.
— Как отчислили? — услышав эту новость, приоткрывает от изумления рот.
— Обыкновенно. Приказом. За прогулы и неуспеваемость. Но это пока секрет. Оле своей не ляпни. Не хочу на Мальдивах слушать воспитательные беседы двадцать четыре на семь.
— Батя тебя убьёт.
— Надеюсь, ему доложат эту инфу в то время, когда моя задница будет уже далеко отсюда.
— Звездец, бро…
— Да по херу, — отмахиваюсь равнодушно. — Они когда с матерью засовывали нас туда с Элей статуса ради, я предупреждал, что брошу эту распиаренную богадельню рано или поздно.
— Я в шоке….
— Зато на работу теперь больше времени. Пляши.
— А насчёт твоего недавнего приобретения отец в курсе?
— Про питомник? В курсе. Я наплёл ему про желание развить собственное благое дело.
— И что он сказал тебе на это?
— Сначала спросил, не накуренный ли я. Потом сказал, что долбоящер.
Сухоруков устало потирает лоб и тяжело вздыхает.
— Всё, не обсуждаем пока мои траблы, — замечаю возвращение ботаника и мыши.
Эти двое, по ходу, спелись. Активно общаются и улыбаются как идиоты, воодушевлённо обсуждая какую-то космическую муйню.
— Да вы прям нашли друг друга, — не могу не прокомментировать происходящее.
— Антон рассказывает удивительные вещи, — восторженно пищит моль.
— Понятно всё с вами. Сеня где? Нам пора уже.
— С Галдиным на улице стоит, — опережает ботан девчонку с ответом.
— Антон, ну зачем? — она, резко изменившись в лице, толкает его локтем, а я запоздало вникаю в то, что он мне озвучил.
С Галдиным.
На улице стоит.
— Чё?
— Он поздравить её пришёл.
— Я сейчас поздравлю его, млять! — поднимаюсь из-за стола с грохотом.
— Эмиль, братан, подожди.
Богдан пытается тормознуть меня, но я срываюсь с места и реактивной ракетой несусь к выходу.
По пути врезаюсь в какого-то чела и почти вступаю в конфликт. Если бы не торопился так, точно закусился бы.
Минуя вращающиеся двери, выхожу на улицу и сразу неподалёку, у фонтана, замечаю Сеню, разговаривающую с Галдиным.
Она стоит спиной ко мне, он полубоком и по этой самой причине они не видят моего приближения.
— Я сама с этим разберусь, ладно? Не нужно переживать, я взрослый человек.
— Сень…
— Я за многое благодарна тебе. За помощь, поддержку в трудную минуту. Столько всего классного было… Ты хороший парень, прекрасный друг, — доносятся до меня её слова. — но, к сожалению, люблю я его, Лёш.
Останавливаюсь, вполне довольный тем, что слышу. Даже несмотря на неприятное, режущее слух «к сожалению».
— Так случилось. С этим ничего не поделать. Понимаешь?
— Вряд ли, — обозначаю своё присутствие. — Лёха у нас крайне непонятливый, как я вижу.
Галдин разворачивается и стреляет в меня убийственным взглядом.
— Какого дьявола ты припёрся сюда? — выкатываю зло.
— Поздравить Сеню.
— Поздравил? Тебя вообще-то никто не звал.
— Спрашивать о том, куда приходить мне или нет, не собираюсь.
— Очень опрометчиво с твоей стороны.
— Да что ты!
— Прекратите немедленно! — вмешивается в наш диалог девчонка. — Эмиль…
— Не начинал ещё даже, — отзываюсь, усмехнувшись.
— Сразу и закончим. Вы не умеете общаться нормально.
— Не о чем нам больше общаться, — произносит этот сквозь зубы.
— Однозначно, — достаю ключи от тачки, которую пока ещё не отобрал предок. — Поехали, Есения. Нам пора собирать вещи. Мальдивы ждут, — добавляю ядовито, продолжая сверлить бывшего друга глазами. — И веник его верни ему, — бросаю приказным тоном, уже направляясь к машине.
— Мальдивы? Серьёзно, Сень? — слышу, как переспрашивает у неё с усмешкой.
— Спасибо за поздравление, Лёш, — вздыхает она. — Искренне рада была увидеться с тобой, но мне нужно идти.
Щёлкаю кнопкой брелока. Запрыгиваю в салон, завожу мотор и, прищурившись, наблюдаю за ними через лобовое.
— Какого хера ты принесла мне это в машину? — предъявляю, когда садится на пассажирское сиденье минуту спустя. — Дай сюда, — пытаюсь выдрать грёбаный букет из её рук, но она отчаянно сопротивляется. — На хрен их в окно!
— НЕТ! ПРЕКРАТИ, РАЗУМОВСКИЙ! Это мой день рождения и мои цветы! Не веди себя так! Это отвратительно! Слышишь?
Начинает плакать и я немного сбавляю обороты.
— Почему не сказала, что он заявился к ресторану? Свалила молча втихую.
— Вот поэтому и не сказала! — кричит, шмыгая носом. — Бросаешься на него, словно неадекватный!
— Я предупреждал уже. Ещё раз увижу тебя с ним…
— Хватит мне угрожать. Слишком много на себя берёшь! Я кто тебе? — повышает голос. — Может, я что-то пропустила? Может, ты обозначил, что между нами? М?
Выгибаю бровь.
— Я не пойму, Бриж, ты на подружку свою насмотрелась и в себя поверила? Или это вино так по мозгам ударило?
— Пошёл ты!
— Ребят, — в окно с её стороны стучит обеспокоенная Оля.
Вспомнишь солнце — вот и луч, называется.