Ты заслуживаешь знать (ЛП), стр. 58

Кэти мягко улыбается:

— Пришла его спасать, Эйми? Очень смело с твоей стороны. Должно быть, ты его безумно любишь.

— Люблю. И я хочу его видеть. — Эйми кожей чувствует, что за внешним дружелюбием Кэти скрывается глухая, ледяная угроза. Какую бы ярость Эйми ни испытывала к Скотту за то, что он держал ее в неведении, было нечто, что не позволяло этой злости поглотить ее без остатка. Любовь. Она любит Скотта, а он любит ее. В чем бы он ей ни врал, в одном она уверена твердо: их чувства никогда не были ложью. Он подарил ей Ноа, Бенджи и Макса. Подарил четырнадцать счастливых лет. — Да, я люблю его. И именно поэтому я здесь.

Кэти ставит наполненный чайник на плиту.Щелк, щелк, щелк — конфорка вспыхивает, выбрасывая сизый сноп пламени, и она убавляет огонь. Затем оборачивается:

— Присядь, Эйми. А потом напиши своей подруге, пусть заходит. Напиши, что все в порядке.

Эйми презрительно усмехается:

— С какой стати? Ты до сих пор не сказала мне, где Скотт. Я могу прямо сейчас вызвать полицию.

— И что ты им скажешь? Вызывай, ради бога, только я ничего противозаконного не сделала. Что касается Скотта, то его здесь нет. Но с ним все в порядке. — Кэти складывает руки на груди. — А теперь, если ты хочешь получить ответы, за которыми приехала, напиши подруге и позови ее в дом.

— Ладно, — Эйми достает телефон.

— Не так быстро, — Кэти подходит вплотную. — Дай-ка я посмотрю, что ты там строчишь.

Она нависает над плечом Эйми, пока та набирает текст. Как только сообщение уходит, Кэти забирает телефон из ее рук.

— Я пока подержу его у себя. — Она бросает аппарат в плетеную корзинку рядом с микроволновкой, выполненной под дерево. — Заберешь, когда будешь уходить.

Спустя минуту в дверь раздается стук.

— Скажи ей, чтобы входила, — бросает Кэти.

— Входи! — окликает Эйми. — Мы на кухне!

Гвен переступает порог и тут же осекается, заметив выражение лица Эйми:

— Все нормально?

Эйми кивает, чувствуя укол вины за то, что впутала Гвен в эту историю. Но жажда выслушать Кэти сейчас перевешивает любые сомнения.

— Положи свой телефон вон туда. — Кэти кивает в сторону корзинки.

Гвен растерянно смотрит на Эйми.

— Ты ведь хочешь знать, где Скотт? — спрашивает Кэти.

— Просто сделай это, — просит Эйми. — Пожалуйста.

Гвен подчиняется и опускается на стул рядом с Эйми. В этот самый момент чайник заходится пронзительным визгом.

— Кому-нибудь налить чаю? — спрашивает Кэти, доставая кружку из шкафчика.

— Просто скажи, где Скотт, — требует Эйми.

— Никак не могу привыкнуть звать его Скоттом. Его настоящее имя — Майкл, но с ним все хорошо. Он отлучился по делу. Скоро должен вернуться, и ты сама все увидишь.

— Я тебе не верю. Не верю, что с ним все в порядке, — чеканит Эйми. — Будь все нормально, он бы связался со мной. Он бы не заставил меня так сходить с ума от тревоги.

Она с трудом подавляет бешеное желание вскочить, наброситься на Кэти, впечатать ее в пол, выхватить свой садовый нож, прижать лезвие к ее горлу и силой выбить правду.

— Ты славная девочка. — Кэти поворачивается, держа в руке кружку. — И мать ты хорошая. Но если ты действительно любишь его, если тебе небезразлична судьба твоих детей, то тебе нужно отпустить его. И забыть навсегда.

— Зачем? Чтобы ты могла спокойно его убить?

Кэти резко и сухо усмехается:

— Убить его? И с чего бы мне убивать собственного сына?

Глава 43

ПРОШЛЫМ ЛЕТОМ

Начало августа в Вашингтоне выдалось отвратительно душным и выматывающим. Кай был в футбольном лагере, а Маркус улетел по работе в Сан-Франциско. Едва вернувшись с Лизой из Тампы, Антон отправил Скотту электронное письмо с рабочего компьютера, который невозможно было отследить, но ответа так и не последовало. Лиза изнывала от скуки и одиночества. Если Скотт не собирался заглатывать наживку и выходить на связь, им придется поднять ставки. В один ленивый полдень, когда Гвен была на работе, а близнецы в дневном лагере, Антон для разнообразия пришел к ней домой.

— До сих пор не могу поверить во всю эту историю со Скоттом, то бишь Майклом Финчем, — сказал Антон после второго захода в постели. — Готовый сценарий для фильма. Ты знала, что мать Майкла Финча и ее хахаль Рэй Маккриди заправляли одной из крупнейших нелегальных плантаций марихуаны в округе? Еще до того, как траву легализовали. Этот дружок — тот еще отморозок. Сидел в тюрьме.

— Откуда ты все это знаешь?

— Мать Декса Кола рассказала. Она просто кладезь информации. Она считает, именно поэтому копы особо и не лезли разбираться, что к чему, — добавил он. — Никому неохота переться в те горы и совать нос куда не надо. У них там собаки, автоматы.

— Погоди, ты с ней разговаривал? — Лиза приподнялась на постели, пытаясь скрыть нарастающую тревогу. — Когда?

— Сказал ей, что мы вместе работаем над подкастом. Ничего особенного.

— Откуда у тебя ее номер?

Он виновато взглянул на нее:

— Из твоего телефона.

— Из моего телефона? — Лизе пришлось до боли прикусить щеку изнутри, чтобы не сорваться на крик. Сердце бешено колотилось в груди. — На хрена ты это сделал, Антон?

— Да потому что ей есть что рассказать! — Он посмотрел на нее с невинным видом мальчишки, показывающего матери дождевого червя и свято уверенного, что та разделит его восторг. — Ей не терпится выплеснуть свою версию событий. Я думаю, что смогу ей помочь.

— Помочь? Каким образом? — спросила Лиза. — Мы ведь не собираемся по-настоящему сдавать Скотта.

Она сбросила одеяло и встала на ноги. Антон тоже сел, и его вечно угрюмое лицо озарила улыбка.

— Не злись. Вся эта история невероятно меня вдохновила, Лиза. Впервые за долгие годы текст полился сам собой. Каждый день Я пишу новые страницы. Ты хоть понимаешь, каково это после стольких лет ощущения, будто мне не о чем писать? После вечных черновиков, улетавших в корзину, или отказов агента, твердившего, что за это даже браться не стоит? Я наконец-то нащупал свое вдохновение. Я расскажу эту историю — историю парня, совершившего убийство, а затем перекроившего себя заново, чтобы превратиться в образцового пригородного папашу. Я уже набросал синопсис и показал агенту. Тот, само собой, в полном восторге. Он годами умолял меня написать что-то более коммерческое. Но я сразу сказал: это не будет второсортный попкорновый триллер. Я выше этого. Это будет глубокое погружение в темные закоулки человеческой природы, но через механику триллера, чтобы блеснуть моим лирическим слогом и тонким пониманием человеческой натуры…

Лиза отвернулась от него, чувствуя, как внутри закипает отвращение. Сейчас он напоминал ей рыбу-фугу, раздулся от собственной важности, пытаясь казаться куда более значительным, чем был на самом деле. Неужели он не понимает, что она прекрасно видит всю его мелочность и озлобленность? Но куда больше ее беспокоило другое: он мог пустить под откос весь их план. Чем сильнее он раздувал огонь в этой убитой горем матери, тем вероятнее было, что та начнет действовать. Что, если он проговорится, и она узнает, что Майкл Финч живет прямо здесь, в Бетесде? Ведь это проще простого. У нее есть мобильный Лизы. А теперь еще и номер Антона, и сообразительному человеку не составит никакого труда их вычислить.

Она выглянула в окно спальни на застывшую тишину пригорода. Единственным движением на улице было монотонное вращение поливалки на соседском газоне.

Если полиция начнет копать под Скотта/Майкла, это обернется катастрофой. И не потому, что они лишатся денег — на деньги ей, по правде говоря, было плевать, — а потому, что непременно всплывет факт наводки. И наводчицей окажется она. Эйми ей этого вовек не простит.

Она подавила ярость, натянула на лицо милую улыбку и повернулась к нему. Ее игра требовала филигранной точности. Да, Лиза жаждала вбить клин между Эйми и Скоттом, проучить его за все грехи, но нельзя было оставить ни единого следа, ведущего к ней самой. Иначе вся затея теряла смысл. Безрассудство Антона пугало ее. Он буквально пьянел от тайн, которые раскапывал. Словно юная девчонка, захмелевшая от первого в жизни глотка шампанского: тормоза Антона отказали, и он шел на совершенно неоправданный риск.