Ты заслуживаешь знать (ЛП), стр. 10

— Ладно, садись в машину. Поедешь к Кэти.

— Правда?! — Ноа срывается с места и мчится к пикапу, даже не дожидаясь ответа. Эйми кричит вглубь дома Лизе, что уезжает и забирает Ноа с собой, и не ждет ответа. Выйдя на улицу, она видит, как дочь уже забирается на пассажирское сиденье. Эйми успевает пройти лишь полпути до машины, когда ее кто-то окликает. Обернувшись, она замечает детектива, который вылезает из припаркованного возле дома Гвен седана.

— Эй, подождите минутку! — Он машет ей рукой, и она замирает в паре шагов от своего грузовичка.

— Я могу вам чем-то помочь? — внутри все сжимается от неприятной догадки: он явно поджидал именно ее.

Детектив бросает взгляд за ее плечо в салон, где сидит Ноа:

— Простите, мисс Стерн, не хотел задерживать вас с дочерью, но я собирался спросить об этом еще раньше. Мы сейчас опрашиваем соседей и проверяем, есть ли у кого записи с камер видеонаблюдения за прошлую ночь. Ну, знаете, умные дверные звонки и все такое. Пытаемся установить точное время, когда мистер Хоури покинул район. У вас установлена камера?

Эйми кивает:

— У нас есть камера в дверном звонке.

— Отлично. К ней есть доступ с телефона?

— Вы хотите, чтобы я посмотрела прямо сейчас? — Она с тревогой косится на Ноа.

— Если вас не затруднит, — говорит детектив. — Меня интересует период начиная с девяти вечера.

Эйми чувствует, что выбора у нее нет. Она открывает приложение на телефоне и поворачивает экран так, чтобы детективу было видно.

— Она начинает запись при любом обнаруженном движении, — поясняет Эйми, испытывая странную уязвимость, будто собирается выдать какую-то постыдную тайну. Она нажимает на вчерашний архив и перематывает на девять вечера.

Вдвоем они смотрят, как по улице идет незнакомый мужчина с маленькой собачкой и позволяет ей забежать к ним на газон, наложить кучу.

— Некрасиво, — комментирует детектив.

Запись перескакивает вперед: на дорожке к дому появляется мужчина, неуверенно держащийся на ногах. Он то и дело прижимает ладонь к виску. У Эйми перехватывает дыхание, она с трудом сдерживает судорожный вздох.

— Это Антон, — срывается у нее с губ. Мужчина подходит ближе к крыльцу и слегка поворачивает голову: на лбу отчетливо видна глубокая кровоточащая рана.

Мгновение спустя на порог выходит Скотт. Он уже в куртке; выходя, он аккуратно прикрывает за собой дверь. Вдвоем они спускаются по дорожке и скрываются за границей обзора камеры, погружаясь в темноту ночной улицы.

Затем таймкод перескакивает на час вперед: камера снова фиксирует движение. Скотт возвращается. Один.

Эйми застывает от потрясения, но изо всех сил старается удержать маску невозмутимости. Интуиция кричит: нужно вести себя максимально спокойно. Возможно, показывать это видео детективу было огромной ошибкой, но усугублять ее нельзя.

— Вы знали, что Антон приходил к вам вчера ночью? — спрашивает детектив, распрямляя спину.

Эйми качает головой:

— Нет. К тому моменту я, должно быть, уже спала.

— Это ваш муж ушел вместе с ним?

— Да.

— Есть предположения, куда они направились?

Эйми нервно сжимает ключи в кулаке:

— Простите, нет. Послушайте, мне нужно отвезти дочь, а потом ехать на работу.

— Без проблем, — он примирительно поднимает ладони и улыбается. — Ваш муж сейчас дома?

— Ему пришлось выйти на работу.

— Ничего страшного, я заеду к нему позже. А пока, вы не могли бы скинуть мне эту запись на почту? — Он достает визитку и протягивает ей. — Мой электронный адрес в углу.

— Да, конечно, — она берет карточку.

— Сделайте это прямо сейчас, если вас не затруднит? — его тон звучит мягко, но приказ читается безошибочно. И какой у нее выбор?

Глава 7

ПРОШЛЫЕ ЗИМНИЕ КАНИКУЛЫ

Лиза попыталась скрыть ухмылку, расползавшуюся по лицу, едва переступила порог кондоминиума в Стоу. Стены, огромный диван для отдыха, пушистый ковер перед пылающим камином — все было выдержано в овсяных, бежевых и соломенных тонах: такое же унылое и пресное, как и сама Гвен.

— Какое потрясающее место! — Лиза бросила сумку на пол и позволила Гвен заключить себя в объятия. За спиной послышалось ворчание Маркуса, безуспешно сражающегося с лыжами. Гвен рассказывала, что родители «подарили» им с Антоном лыжный домик на свадьбу. Слово«домик» вызывало в памяти деревенскую халупу с темными деревянными панелями и сквозящими окнами. К роскошному современному шале Лиза готова не была.

Она высвободилась из объятий. От Гвен пахло хвоей.У нее, небось, есть специальные вермонтские духи, которыми она душится только здесь, — подумала Лиза.

— Проходите, проходите! Вы, должно быть, без сил. Как доехали?

— О, отлично. — Лиза последовала за Гвен в самое сердце просторного коттеджа с остроконечной крышей, где буквально остолбенела перед панорамным остеклением в два этажа, открывающим вид на центр поселка и гору Мансфилд. Словно заглянула в альпийскую деревушку, укрытую свежевыпавшим снегом. У нее против воли перехватило дыхание.

Рядом возникла Гвен:

— Знаю. Каждый раз, когда мы сюда приезжаем, я сама себе не верю. Нам просто невероятно повезло иметь такой угол. — Она сжала локоть Лизы. — И это такое благословение, что мы имеем возможность разделить его с друзьями.

— Да, вам невероятно повезло. —Какая же лицемерка, думала Лиза. Гвен — типичные Весы. Помешана на том, как выглядит в глазах окружающих. Все считали ее великолепной хозяйкой лишь благодаря ее таланту притворяться, будто ей нравятся люди, которых она на дух не переносит. Но Лизу не проведешь. Как истинный Водолей, она видела уловки Гвен насквозь.

— Ого. Вот это да! — К ним, минуя пылающий камин, подошел Маркус. — И подъемники прямо под боком? Просто сказка!

Гвен указала рукой:

— Ага. Подъемники прямо там.

Маркус подошел к панорамному окну и потянулся:

— Куда уж там катанию в Поконо, как в моем детстве. Волшебство.

Лиза звонко хлопнула в ладоши, словно надеясь этим звуком разрушить чары, окутавшие мужа. Почему эта женщина так легко всех очаровывает?

— Нам лучше помочь Каю устроиться.

— Конечно! — подхватила Гвен. — Все дети внизу, в комнате с двухъярусными кроватями. Надеюсь, Кай не против побыть с малышами. Если ему совсем не понравится, он вполне может спать наверху, в гостиной. И вы с Маркусом тоже внизу. Не переживайте, у вас отдельная ванная.

— Все спальни внизу? — уточнила Лиза.

— Две наверху и две внизу.

— Отлично! — Намек понят. Гвен с Эйми займут верхний этаж, наслаждаясь тишиной и захватывающими видами, а ее с Маркусом будто сослали в подвал к детям. Гвен явно получала от этого удовольствие, подумала Лиза. Она-то гадала, зачем их вообще пригласили, а теперь стало ясно: исключительно ради того, чтобы унизить. — Маркус? А вещи?

Лиза подхватила небольшую дорожную сумку, предоставив мужу тащить все остальное. Едва ее нога коснулась нижних ступеней, она почувствовала: здесь было на пару градусов холоднее, и отчетливо пахло сыростью.

— Поверить не могу, что она засунула нас в подвал, — процедила она, стоило им переступить порог просторной спальни.

— Это не подвал, — Маркус указал на раздвижную стеклянную дверь, ведущую на патио. — Отсюда можно выйти прямо на задний двор.

— Здесь жуткий холод. — Лиза принялась разбирать вещи. Она вообще не хотела сюда ехать. Она ненавидела холод и терпеть не могла лыжи.

Последние два года на зимних каникулах у них с семьей Эйми была прекрасная традиция. После того как Эйми возвращалась от родни из пригорода Балтимора, обе семьи проводили предновогодние дни вместе: катались на коньках в Джорджтауне и любовались праздничной иллюминацией в Национальном зоопарке.

Но только не в этот раз.

В этом году Гвен объявила, что все они могут поехать вместе с ней, Антоном и мальчиками в Вермонт. И встретить Новый год на склонах. Эйми ухватилась за эту идею обеими руками. И что оставалось Лизе? Отпустить Эйми одну? Ведь именно в отпусках и поездках на выходных люди сближаются. И Лиза могла только догадываться, сколько яда вольет Гвен в уши Эйми в ее отсутствие. От одной мысли об их общих шутках, понятных лишь двоим словечках и воспоминаниях, над которыми они потом будут вместе смеяться, у Лизы бешено колотилось сердце.