Матабар IX, стр. 26
Над городком, как строгий пастух над своим стадом, возвышалась водонапорная башня. Единственное сооружение выше двух этажей, сколоченное из темных, просмоленных бревен и увенчанное жестяным баком, на котором кто-то белой краской вывел название городка и, чуть ниже, число жителей, поверх которого уже дважды наносили исправления.
– Знаете, Таисия, я даже не надеюсь, что здесь подают Линтеларское полусухое, но хотя бы просто – вино, – продолжал, по своему мнению, шутить Старший Магистр, пока они шли к «Подкове».
Ардан порой ловил на себе пристальные взгляды, но стоило жителям станции-городка заметить его лицо, как все спешили отвести глаза в сторону. Юноша обернулся к деревянной станции. На перрон уже высыпали и другие участники экспедиции. Из двенадцати вагонов на улицу вышло человек тридцать. Подавляющее большинство – мужчины. И, точно так же, подавляющее большинство – охотники.
Их было легко отличить по обветренным лицам, подтянутым телам без лишнего жира и перевязям с алхимией, висевшей под патронташами. В поезде, разумеется, остались еще и научные сотрудники, а также несколько магов. Считая Арда и Старшего Магистра, в экспедицию на восемьдесят семь человек состава отправилось… шесть магов.
Два Магистра Желтой Звезды и два военных мага такой же, как и у Арда, Синей Звезды. Собственно, именно они и вышли из состава. Мужчины лет тридцати, с недешевыми посохами из грубого сплава Эрталайн и в очень качественных ботинках, что выдавало в них опытных путешественников.
– Ох, милый Чаз, сжальтесь надо мной! – «хохотала» Таисия, как бы невзначай касаясь плеча Наленского. – Вы так уморительны… у меня уже болит живот!
– Простите, милая Таисия, ничего не могу с собой поделать! – пробасил Старший Магистр.
Они вошли через двери салуна, которые едва не ударили Арда по лицу. Разумеется, никто не собирался для него придерживать створки. Арди, поймав деревянные полотна, отчаянно стремившиеся поздороваться с ним при помощи приложения кинетической энергии к его же лицу, зашел внутрь салуна и… не сдержал тяжелого вздоха.
В воздухе, как и в любом салуне, пахло едким потом, недорогим табаком, крепким алкоголем, а еще, учитывая взгляды некоторых посетителей, направленные на Таисию и Старшего Магистра, – скорыми проблемами.
Да, определенно, его ждали очень долгие три месяца. И в данном случае речь пока еще даже не шла про поиски браконьеров или же целой лаборатории Кукловодов, расположенной в Северном Парке. Куда они еще пока не доехали!
О Спящие Духи…
Глава 126
Салун «Сплющенная Подкова» внутри оказался именно таким, каким Ардан себе его и представлял мгновение назад. Точно таким же, как и его многие-многие братья, разбросанные по всей стране.
Длинная стойка бара из потемневшего дуба тянулась вдоль левой стены, а за ней, на полках, уставленных бутылками самых разных форм и степени запыленности, скучало мутное зеркало с трещиной, расколовшей отражение зала пополам. Круглые, тяжелые столы, с глубокими царапинами и пятнами от пролитого пива. Они стояли без всякого видимого порядка, как будто их расставлял человек, которого больше интересовало содержимое стаканов, чем геометрия помещения. Аркар бы выгнал подобного работника в шею, причем, скорее всего, прямиком до ближайшей лечебницы.
На полу лежали опилки, впитывавшие грязь с сапог посетителей, а в углу, на маленьком возвышении, стояло пианино с отломанной крышкой, за которым давно уже никто не играл.
Посетителей было сравнительно немало для такого часа. Десятка полтора мужчин, рассредоточенных по столам группками по два-три человека. Все они, как и те, кого Ардан видел на улице, носили револьверы на поясах и смотрели на вошедших с тем особым, ленивым вниманием, которое незнающий легко бы спутал с безразличием.
На деле же они приценивались к незнакомцам. Желтый плащ Старшего Магистра и Синий плащ Арда заставили несколько пар глаз задержаться дольше обычного, но затем, точно так же, как и остальные, ковбои отвернулись и вернулись к своим делам. Маги, даже Красной Звезды, на приграничных территориях пользовались тем молчаливым уважением, которое оказывают людям, способным превратить твой стол вместе со стаканом в груду дымящихся угольков.
Таисия, все еще «тая» на руке Наленского, с видом столичной гостьи, впервые оказавшейся в провинции, огляделась и тут же, с очаровательной гримаской, прижала к носу платочек.
– Какой… колорит, – произнесла она тоном, который мог в равной степени означать и восхищение, и брезгливость, и все что угодно между ними.
Старший Магистр повел ее к столу в дальнем углу. Тому, что стоял у окна, стекло которого облюбовал паук. Через белесую сеточку паутины, занявшей верхний угол, пробивался пыльный луч света. Чаз галантно отодвинул для госпожи стул. Таисия, с не менее куртуазным кивком, села, расправив юбку, а Наленский опустился напротив. Ардан, которому стул, разумеется, никто не отодвигал и даже не собирался, устроился с краю, прислонив посох к стене.
Старший Магистр щелкнул пальцами и указал на проходившую мимо молоденькую официантку – невысокую девушку лет семнадцати, с двумя русыми косами и россыпью веснушек на обгоревшем от солнца носу, которая несла поднос с пустыми кружками.
– Барышня! – гаркнул Наленский так, что девушка вздрогнула и едва не уронила поднос. – Сюда, будьте любезны, если, конечно, ваши прелестные ножки способны преодолеть это расстояние в обозримом будущем.
Девушка покраснела от подбородка до корней волос и подошла к столу, попутно прижимая поднос к груди, на манер щита из рыцарских времен.
– Что изволите, господа? – Голос у нее был тихий и чуть дрожащий, а еще она старалась не смотреть на «лицо» Арда, которое, впрочем, никто не хотел подолгу разглядывать.
– Что у вас есть из вина, дорогая моя? – Наленский откинулся на стуле и оглядел девушку с ног до головы с таким выражением, будто оценивал лошадь на ярмарке. – И, умоляю, не говорите мне, что только брага и пиво, иначе я расплачусь прямо здесь, а мне не хотелось бы расстраивать мою спутницу видом слез седеющего мужчины.
– У нас есть вино, господин, – девушка чуть подняла подбородок, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на обиду. – Красное, с южных виноградников Лазурной Губернии, прошлогоднего урожая.
– Лазурное прошлогоднее? – Наленский изобразил страдание на своем полном, румяном лице. – Ну что ж, видимо, на безрыбье и рак – рыба, а в вашем случае, красавица, и уксус сойдет за Линтеларское полусухое. Несите бутылку и три… нет, два бокала. Капитан Скофский, полагаю, обойдется кружкой, ему все равно не отличить Форийское бордовое от бордюра.
Наленский заливисто загоготал над собственной шуткой. Таисия засмеялась вместе с ним с той актерской безупречностью, которая вызывала у Арда одновременно восхищение и тошноту. Официантка кивнула и ушла, а Ард заметил, как на ее спине, под фартуком, напряглись лопатки.
Мысленно он досчитал уже до двенадцати.
За соседним столом двое мужчин (оба в кожаных жилетах и с лицами, на которых отражалось больше, чем Ардан хотел бы заметить в постороннем человеке) обменялись короткими недовольными взглядами и снова уставились в свои кружки. Напряжение в зале достигло уже почти осязаемого состояния. Оно висело в воздухе наравне с табачным дымом и запахом пролитого пива. Ардан буквально чувствовал его собственной кожей. Видел, как при каждой реплике Наленского несколько пар глаз чуть прищуривались, а несколько рук, лежавших на столах, едва заметно смещались ближе к поясам.
Но никто не двинулся. Синий и Желтый плащи справлялись со своей нетривиальной задачей по остужению самых буйных голов. Можно сколько угодно ненавидеть столичных щеголей и презирать их манеры, но получить Звездной печатью в грудь не хотелось никому. Так что ковбои пили крепкое пиво и молчали, а Старший Магистр продолжал блистать своим неподражаемым остроумием.
Официантка вернулась с бутылкой и бокалами, и Наленский, не без театральности, налил вино, понюхал, скривился и тем не менее выпил. Таисия пригубила из своего бокала и, поставив тот на стол, наклонилась к Старшему Магистру с видом девочки, которой вот-вот расскажут самую интересную на свете сказку.