Моряк (ЛП), стр. 69
Корнелия подходит ближе: свет играет на золотистых внутренних стенках креста.
— Не заглядывай, — говорит монахиня. — Ради себя самой.
Новая волна запаха разлагающегося мяса и испражнений достигает Корнелии, и она старается подавить тошноту.
— Прошу, не делай этого, — умоляет монахиня.
Корнелия подходит к самому отверстию, наклоняется и заглядывает в помещение, которое кажется сделанным из чистого золота.
Свет в форме креста покачивается по голому, грузному мужчине, дремлющему на полу. Живот дряблый, пупок глубокий, полоска волос уходит к сморщенному пенису. Мужчина поднимает грязное лицо с раной над переносицей и смотрит на неё с какой-то наивной безнадёжностью.
— Воды, пожалуйста, — шепчет он.
— Почему вы не даёте ему воды? — спрашивает Корнелия, не отрывая глаз.
— Оно не хочет пить, — отвечает монахиня за её спиной.
— Он умрёт.
— Мы на это надеемся. Об этом и молимся.
Корнелия поворачивается к монахине: — Как вы можете так говорить? Это человек, который…
— Это не человек, — перебивает монахиня.
— Да, человек, что бы вы ни думали о его поступках, — говорит Корнелия, чувствуя пульс в висках.
— Я понимаю, о чём ты думаешь: мы заперли человека с психическим расстройством и нарушениями интеллекта, — говорит монахиня.
— Вы хотя бы должны позволить врачу его осмотреть…
— Это… это не мы его заперли, — снова перебивает монахиня.
— Тем более нужно…
— Подожди, пожалуйста, — улыбается монахиня. — Позволь мне…
— Хорошо, — говорит Корнелия, всем телом ощущая, что мужчина сейчас прижимает лицо к крестообразному отверстию за её спиной.
— Ты слушаешь? — спрашивает монахиня.
— Да, — отвечает она и сглатывает.
— Оно сидит там с 1212 года… и за всё это время не получило ни еды, ни воды. Ни разу.
Неделю назад, после более чем десяти лет домыслов, состоялось официальное открытие Magna Dei Probationem.
Великое доказательство Бога.
Постоянную экспозицию представили как первое в истории человечества абсолютное доказательство метафизической реальности — миропорядка добра и зла.
После первой находки в шведском монастыре, в мире обнаружили ещё двух заключённых демонов. Одного — в крипте в лесу за Гранд-Салин на Гаити, второго — в остроконечной башне в Синтре в Португалии, направленной не в небо, а прямо вниз, в землю.
Magna Dei Probationem — совместный проект всех католических, протестантских и православных церквей мира, согласованный с иудейскими и исламскими общинами.
За эти годы прошли сотни встреч на высшем уровне в НАТО, Совете Безопасности ООН, G7, ЕС, ОЭСР, ОПЕК, АТЭС, FOCAC, БРИКС и ОДКБ.
Перед передачей объекта Швеция собрала большую экспертную группу из юристов, учёных, религиозных лидеров, инженеров и специалистов по политике безопасности. Совместно они составили чрезвычайно подробную инструкцию по процедуре, причём никто из участников не видел самого объекта.
В мировых СМИ выставку быстро окрестили Demon Expo, а годы секретности породили невероятные домыслы, споры, рост апокалиптических движений, протесты, демонстрации и даже беспорядки.
Поскольку демонов до сих пор никто не описывал, не фотографировал и не снимал на видео, большинство жителей демократического мира уверены: всё окажется сложными голограммами или роботами, созданными при помощи ИИ.
На официальную премьеру в прошлую пятницу собрались главы государств и высшие религиозные лидеры мировых конфессий, включая папу Римско-католической церкви.
Ватикан в конце концов был вынужден уступить требованию США о полном военном контроле над Magna Dei Probationem. Выставку разместили в Неваде, несмотря на решительные протесты и возражения Китая и России.
Новый город Пруф основали семь лет назад в пустыне к востоку от Пирамид-Лейк; ближайший крупный населённый пункт — Рино.
Построили дороги, линии метро, жильё, станции, огромные гостиничные комплексы, гаражи, рестораны, торговые центры, больницы, школы, спортивные сооружения, церкви, мечети, храмы и синагоги.
Международный аэропорт Рино-Тахо увеличил пропускную способность в десять раз, трассу Interstate 80 расширили ещё на шесть полос, строится высокоскоростная железная дорога прямо до Пруфа.
По прогнозам, уже через два года город обгонит по размеру Лас-Вегас, а через десять — Филадельфию.
Необыкновенное здание Magna Dei Probationem, спроектированное индонезийским архитектором, откроется для широкой публики в конце следующего года. Первоначально оно сможет принимать пять с половиной миллионов посетителей в год, но через три года мощность планируют увеличить в десять раз, через десять — в сто.
Директор Жаник Ашалата Деви сообщила в пресс-релизе, что цель — чтобы в ближайшие двадцать пять лет постоянную экспозицию посетила треть населения Земли.
Чтобы отпраздновать шестнадцатилетие дочери, Густав Юханссон вылетел экономклассом из Стокгольма через Копенгаген и четырнадцать часов спустя приземлился в международном аэропорту Логан в Бостоне.
Он арендовал в Avis недорогой электрический Ford, ввёл адрес в навигатор и увидел, что до Кохассета ехать сорок пять минут.
Теперь Густав сворачивает на Элм-стрит, которая вскоре переходит в Марджин-стрит, и едет мимо кирпичных вилл с американскими флагами на фасадных флагштоках.
Чем ближе владения Фицджеральдов, тем крупнее и роскошнее дома.
Дочь Густава, Андреа, живёт с его бывшей женой Моникой и её новым мужем Бобом Фицджеральдом.
Когда Густав проезжает через чёрные чугунные ворота, у него начинает болеть в груди. Он съезжает к обочине и останавливается. Открывает сумку с паспортом и компьютером на пассажирском сиденье и находит флакон глицерилтринитрата.
Задерживает дыхание, распыляет под язык, закрывает рот, немного ждёт и снова начинает нормально дышать.
Боль уходит, оставляя тревогу в теле и мятный вкус во рту.
Он заводит машину и едет по узкой дороге, которая большой дугой ведёт через английский парк к круговой площадке перед огромным каменным зданием, похожим на замок.
Молодой мужчина в чёрном костюме открывает дверь, отмечает его в списке гостей на iPad и тепло приветствует.
Густав достаёт подарок — маленькое золотое сердце на цепочке — и кладёт во внутренний карман пиджака. За ним приезжает гольф-кар, который везёт вокруг главного здания, пока арендованную машину паркуют, а вещи относят в комнату.
Густаву сорок пять. Он высокий, худой, светлые волосы коротко подстрижены каким-то непонятным образом. На нём мятый льняной костюм H&M, светло-голубая рубашка и коричневые туфли.
Много лет он работает профессором-исследователем истории религии и психологии религии в Стокгольмском университете. В международном масштабе он малоизвестный учёный, однако его всё же включили в шведскую экспертную группу как критически настроенного участника, чтобы рассмотреть все аспекты возможной передачи предполагаемого демона Соединённым Штатам.
Гольф-кар бесшумно огибает торец каменного дома. До Густава доносится лёгкая танцевальная музыка, а затем он видит большой праздник на газоне у самого края мыса в Массачусетском заливе.
Больше ста нарядных гостей ходят с напитками вокруг буфета под большим белым выгнутым тентом на мощёной площадке.
Гольф-кар останавливается. Густав благодарит водителя и выходит.
Ветер тёплый, небо белое, море серое, как известняковый карьер.
В груди снова появляется давление, и Густав понимает, что оставил спрей в машине. Некоторое время стоит, вытирает пот с шеи платком, затем идёт к людям, берёт бокал шампанского и благодарит.
Перед роскошным столом с подарками стоит огромная коробка в серебряной бумаге, перевязанная фиолетовой шёлковой лентой с черепами.
Густав ищет глазами знакомых, встречается взглядом с Бобом, машет и поднимает бокал, надеясь, что этого хватит. Но Боб с улыбкой идёт к нему между гостями.