Моряк (ЛП), стр. 36

Она заставляет себя не звать Лукаса.

Дома больше нет. Поляна завалена горящими обломками.

Дым поднимается к чёрному небу.

С уцелевшей стойки белым флагом свисает рваная простыня.

Фанни думает, что проиграла и должна сложить оружие. Она всё разрушила. Лукас мёртв.

Это не может быть правдой.

Она делает усталый шаг вперёд, хотя на самом деле хочется лишь лечь на землю, закрыть глаза и ждать, пока боль уйдёт.

Высокий мужчина исчез, забрав Стеллу, а все их следы сейчас сгорают.

Фанни смотрит на закопчённую ванну возле дровяного сарая и думает об умирающем юноше с пузырьком крови между губами.

У входа в ванную комнату она увидела след обуви с трещиной на подошве в форме трезубца Нептуна.

По спине Фанни проходит дрожь, когда она понимает: старший брат Лауритса, Хеннинг Гранд, был здесь, в доме Травмы, и наступил в кровь мужчины, лежавшего в ванне.

За всем стоит старший брат.

Суд и похищение дочери адвоката связаны.

Безжалостно. Беспощадно.

Фанни хромает через разорённое дымящееся поле боя, срывает белый флаг и бросает на землю.

— Никакого мира. Пока нет. Я не могу сдаться, не могу, — бормочет она и идёт через дымную поляну с пистолетом в руке.

Когда густой дым у лесной дороги раздвигается, словно занавес, она видит две фигуры на фоне темнеющей зелени.

Её отец держит старый револьвер, а рядом стоит Руслан Морозов в чёрной куртке таксиста, с красным платком на голове и тяжёлым автоматом на груди.

Фанни идёт к ним.

Встретившись с тревожным взглядом отца, Фанни больше не может владеть собой. Слёзы начинают течь, и он делает шаг вперёд, обнимает её и целует в покрытые копотью волосы.

Рыдая, Фанни пытается объяснить, что оперативная группа слишком долго добиралась, что им пришлось войти, что Лукас погиб, что Травма убил его и, скорее всего, забрал дочь Роберта, прежде чем взорвать дом и исчезнуть.

— Боже… я не могу…

— Мы здесь. Руслан позвонил мне. Всё закончилось. Мы подождём, пока ты расскажешь коллегам, что произошло, — успокаивает отец.

Через некоторое время она овладевает собой, освобождается из объятий и вытирает слёзы с грязного лица.

— Теперь ты снова красавица, — шутит Руслан.

— Спасибо, — улыбается она.

— Ты ранена? — спрашивает отец.

— Нет, кажется.

— Я отвезу тебя в приёмное отделение.

— Папа, у меня нет времени. Я должна спасти Стеллу, я…

— Послушай, — мягко перебивает он. — Сейчас ты ничего не можешь сделать. Ты потрясена и, возможно, ранена.

— Спасибо, что приехали, — говорит она и начинает уходить.

— Стой. Оперативная группа будет здесь с минуты на минуту. Поговорим с ними, расскажешь всё, что знаешь, сделаем как положено.

— Папа, они найдут Лукаса, но ничего, что укажет путь дальше. Сколько бы криминалистов сюда ни прислали, это ничего не изменит.

— Нет, — говорит Руслан.

— Но теперь я разгадала загадку, — продолжает она, дрожащей рукой проводя по губам. — Я знаю, как всё связано. Знаю, хотя доказать этого не могу.

— Но…

— Я поняла, кто за всем стоит. Хеннинг Гранд, старший брат Лауритса, и…

Отец качает головой.

— Звучит немного…

— Нет, обещаю, — перебивает она. — Он пытается вернуть империю. Я объясню… Я увидела его след здесь, в доме. Я абсолютно уверена.

— Откуда ты знаешь…

— Неважно, поверь мне. Я уверена. Он забрал Стеллу и шантажирует Роберта, чтобы младшего брата осудили. Всё сходится. Это он всё устроил — и тела в гараже тоже, — лишь бы убрать Лауритса из концерна.

— Расскажи это коллегам, — говорит отец.

— У меня нет доказательств.

— Доказывать теперь не твоя обязанность…

— Для меня — моя. И я не остановлюсь, пока не найду доказательства того, что знаю.

— Фанни, послушай, это слишком опасно. Ты должна понимать. Посмотри, что здесь случилось, — говорит отец.

— Я только соберу доказательства и…

— Хватит, — перебивает он. — Тебе нужно отпустить это дело. Оно получит высший приоритет, статус особого происшествия, отдельный штаб… Ты знаешь, что коллеги умеют работать, прокурор умеет работать, что…

— Ладно. Передам дело, — говорит она.

— Обещай.

— Обещаю.

— Хорошо.

— И ты, наверное, понимаешь, что это обещание стоит ровно столько же, сколько предыдущее — что я сюда не поеду, — добавляет она.

— Да, — кивает отец, и лицо у него печальное.

Издалека доносится звук вертолёта.

— Папа, прости, — говорит Фанни. — Я не хочу тебя разочаровывать, но…

— Я не разочарован. Я никогда в тебе не разочаровываюсь. Я просто боюсь за тебя, — тяжело вздыхает Макс и бросает на Руслана обречённый взгляд.

— Фанни, слушай, — говорит Руслан. — Пока мы ехали сюда, твой отец сказал, что поговорит с тобой, попробует заставить отступить. Но на самом деле он знал, что ничего не выйдет.

— Я не остановлюсь, пока не вытащу на свет всех виновных, — говорит она сорванным голосом.

— Знаю, — отвечает отец, и его доброе лицо становится серьёзным.

— И вы могли бы мне помочь, — говорит она.

Когда Национальная оперативная группа добирается до Ингарё, Фанни, Макс и Руслан уже далеко в лесу.

Тяжёлый рубленый гул ротора резко нарастает, когда вертолёт Национальной оперативной группы проносится над верхушками деревьев.

Деревья дрожат и клонятся, когда вертолёт зависает над поляной. Дым летит в стороны, золу вихрем сносит по кругу. Шесть бойцов в баллистических шлемах, бронежилетах и с автоматическим оружием спускаются на землю по тросам.

ЛАБИРИНТ

События «ЛАБИРИНТА» происходят до событий «ГИПНОТИЗЁРА».

«ЛАБИРИНТ» не только позволяет пугающе близко заглянуть в жизнь и психику Юрека Вальтера; читателя следует также предупредить, что здесь в некоторой степени раскрываются отдельные сюжетные повороты «ПЕСОЧНОГО ЧЕЛОВЕКА».

Солнце уже несколько часов как скрылось за зубчатой кромкой сосен, и огромные стволы вобрали в себя темноту.

Единственный свет в окне охотничьего домика на южном склоне Транубергета.

Лампа над мойкой освещает каждую деталь внутри: красно-коричневые полосы обоев, сковороду на плите, некрашеные половицы.

Юрек Вальтер неподвижно стоит в темноте на опушке и наблюдает за мужчиной в домике.

Его зовут Джереми Магнуссон. Он консультант в Министерстве интеграции. В молодости работал чиновником в Комиссии по делам иностранцев.

Изборождённое морщинами лицо Джереми серое от щетины. Рубашка навыпуск натянута на крупном животе.

Сегодня он умрёт из-за одного дела, которым занимался в первый год своей службы.

Юрек знает: время пришло.

Юрек терпеливо наблюдал за ним и следил за каждой стадией.

Жена Джереми, его взрослые дети и внуки бесследно исчезли в позапрошлом году.

После того как полиция прекратила активные поиски, Джереми продолжил их сам. Пытался привлечь журналистов, нанимал частных детективов, искал контакты в преступном мире.

Подозрений в том, что за исчезновениями стоит преступление, больше нет — всё выглядит лишь чередой чудовищных совпадений.

Последние полгода Джереми двигался всё медленнее. Ходил тяжело, словно на ногах цепи. Если по пути в прихожую, собираясь выйти наколоть дров, он садился на стул, то мог просидеть там несколько часов.

В последнее время он вставал с постели лишь ради похода в уличный туалет или к кухонному уголку. Открывал холодильник, съедал что-нибудь стоя, вытирал руки о брюки и возвращался в кровать.

Он безмерно тосковал по семье и оплакивал её, а теперь горе выело его изнутри. Внутри осталась лишь пустота — безлюдный ветер над мёртвым пейзажем.

Но именно сегодня долгая летаргия отпустила его, и по домику он движется целенаправленно.

Юрек понимает, что Джереми уже принял решение, ещё до того, как тот достаёт лист бумаги, кладёт на стол и начинает писать.