Bleach: Император душ. Том 1 (СИ), стр. 108

Романтичный юноша со взором горящим не желал, как сказал бы Роберт Баратеон, считать медяки. Большую часть времени он проводил либо в рейдах, либо на полигоне.

Что характерно — не дрюча подчинённых, а оттачивая собственные навыки.

Да-а. Вот уж Биба и Боба свалились на голову Одиннадцатому отряду.

Судя по всему, моё решение снять родственника и вернуть повязку Ивасэ зачтётся мне в карму для будущих воплощений.

Экскурсию мы заканчивали уже у знакомого особнячка, которому я слегка подрихтовал крышу.

Хотя «слегка» — это я поскромничал. Я снёс ему процентов шестьдесят кровли, и даже издалека было понятно, что делать её придётся заново. Но чем ближе мы подходили, тем яснее становилось, что одной крышей я не отделаюсь. Стене тоже досталось на орехи.

Когда мы остановились напротив входа, мне очень хотелось дать себе прошлому добрую затрещину. Почему я не подумал о том, что имущество, которое я собирался разнести, через несколько часов будет принадлежать мне, — загадка, покрытая мраком.

— А чего здесь так неухоженно-то? — спросил я Ивасэ.

Участок вокруг особняка выглядел каким-то покинутым, что ли. Заросшая трава. Сорняки. Единственная беседка стояла так, будто в ней на постоянной основе тусовались подростки: всё обшарпанное, поломанное. Наверное, если бы в обществе душ придумали баллончики с краской, то граффити тут было бы самое место.

Лейтенант безразлично пожал плечами.

— Капитан не любил, когда кто-то лезет на его территорию.

Я пытался уловить смысл его слов, но у меня что-то не получалось.

— Лезет на его территорию?

Ивасэ кивнул.

Я покачал головой.

— Ну что за кретин. Из Руконгая вылез, а Руконгай из него — нет. Держал делянку, как держал её в какой-нибудь дыре на окраине.

Лейтенант ничего не сказал, просто развёл руками.

— Ладно, не буду тебя задерживать. Давай быстренько проинспектируем жилище, решим, что с ним делать, и отпущу. А то сейчас тебе явно не до меня.

На горизонте показался очередной посыльный. Дожидаться его мы не стали и вошли внутрь.

— Этот боров и в доме не позволял убираться?

Амбре, ударившее мне в нос, было просто непередаваемым. Пахло потом, носками, дешёвой сивухой и сексом. Хотя нет, секс — слишком культурное слово. Тут стоял дух застарелой ебли, как в дешёвом борделе.

— Насколько я знаю, обычно, когда к нему приходили прибираться, до самой уборки дело так и не доходило. Капит… бывший капитан тянул девушек в койку.

Только переступив порог, я начал понимать, что жить здесь, скорее всего, не буду. Однако когда мы осмотрели несколько помещений, ощущение превратилось в железобетонную уверенность.

Я лучше себя прикончу, чем поселюсь в этом свинарнике.

— Я увидел всё, что хотел. Пошли отсюда, — сказал я лейтенанту и, не медля, направился на свежий воздух. — Отмывать дольше, чем строить заново.

На улице нас встретил посыльный с довольно большим свёртком. Приглядевшись, я понял, что это комплект шинигами — только ещё с белой капитанской накидкой.

— Ивасэ, да ты, чёрт возьми, кудесник, — похвалил я лейтенанта, прикинув шакахушо на свою огромную фигуру. — Как вы вообще смогли найти на меня одежду?

Ивасэ улыбнулся в усы и хмыкнул. Было видно, что он доволен произведённым эффектом.

— Это был мой первый приказ после того, как вы распустили отряд.

Я не сомневался, что он сейчас залихватски закрутит ус, но этого, к сожалению, не произошло.

— Ладно, осталась парочка дел, и мне нужно будет выдвигаться на доклад к главнокомандующему.

— Что дальше, капитан? — приготовился слушать приказы Ивасэ.

— А дальше, — я повернулся к особняку, и в носу встала фантомная вонь, — мне нужно помыться и переодеться. Однако перед тем как идти в купальню, я должен кое-что сделать.

Я передал свёрток посыльному и сделал несколько шагов в сторону. Подчинённые с интересом уставились на меня.

А я положил руку на занпакто и произнёс:

— Анафема.

Рукоять завибрировала.

— По воле моей…

Ножны залил ослепительный свет, и я мгновенно выхватил меч.

— …испепели.

С кромки лезвия сорвался сгусток света, что по мере отдаления от меня всё разрастался. Достигнув стен дома, он мгновенно расплескался по ним. Технике понадобилось всего несколько секунд, чтобы поглотить здание целиком. Ещё пара мгновений — и оно истлело в танце светящихся крупинок, что оседали на каменный фундамент.

Мне только что объяснили, что тело придаёт моим решениям лишний размах. Час не прошёл, а я вместо ремонта стёр дом с лица земли. Что ж, будем считать, что урок усвоен не полностью.

Место было лучшее на всей территории. Его я оставлю. Дом построю новый.

Когда я повернулся к ожидающим меня людям, то обнаружил забавную картину. Ивасэ переводил взгляд с того места, где только что стоял особняк, на лезвие моего меча, которое я вставлял в ножны. Посыльный не переводил ничего. Он застыл, прижав к груди свёрток, и смотрел в одну точку — туда, где раньше был дом.

— Без высвобождения меча? — ошарашенно спросил Ивасэ.

Это он метко подметил. Мне не нужно высвобождать шикай для того, чтобы пользоваться его техниками. Однако приходится произносить пафосные и смущающие названия вслух. Сколько бы я ни прожил, не могу избавиться от ощущения, что в такие моменты у меня синдром восьмиклассника. Радует только то, что в шикае мне ничего орать не надо. Слава вселенной и Анафеме, что он не обычный занпакто.

— В баню, — сказал я и пошёл к купальням.

Полчаса спустя я любовался на себя в зеркале.

Одежда села как влитая. Даже удивительно, насколько точно мне подобрали набор. Даже носки пришлись впору. Нужно узнать, у кого в отряде такой глаз-алмаз.

Огладив хаори, я поймал себя на мысли, что чего-то в моём прикиде недостаёт. Секунду спустя мысль договорилась до конца сама: нужна хорошая швея и золотая вышивка по рукавам.

— О вселенная, только этого мне ещё и не хватало!

Я раздражённо мотнул головой.

Вот она, колея.

— Чёртов Император. Цыган космический.

Глава 31

Время действия: две недели спустя.

Место действия: главная площадь Одиннадцатого отряда.

Сегодня для Одиннадцатого отряда был важный и в каком-то смысле даже знаковый день. Старый пёс наконец должен был подняться на ноги, как следует встряхнуться и избавиться от блох и прочей дряни, годами налипавшей на шерсть.

Вот только никакой торжественности я не чувствовал.

Я сидел в удобном кресле за красивым резным столом, изображал предельную заинтересованность в происходящем и понемногу дремал с открытыми глазами. Делать рожу кирпичом и одновременно клевать носом — навык, приобретаемый годами упорных тренировок.

И дело было не в том, что происходящее меня не волновало. Просто последние две недели расследование не останавливалось ни на минуту. Спал я урывками, ел на ходу, а большую часть времени проводил среди счётных книг, складских ведомостей и людей, внезапно утративших способность внятно отвечать на самые простые вопросы.

Поэтому сегодня организм наконец решил напомнить, что сон всё-таки относится к жизненно важным потребностям.

— Капитан! Умоляю, защитите!

Крик окончательно выдернул меня из полудрёмы.

Я поднял взгляд.

Двое здоровенных бойцов тащили по площади последнего осуждённого. Полноватый мужчина отчаянно упирался пятками в землю, однако для удерживавших его молодцев это не создавало ни малейших неудобств. Руки бывшего кладовщика были связаны за спиной, на теле осталась только грязная набедренная повязка. Лицо распухло после допросов и почти утратило человеческие черты, а некогда внушительный живот за полторы недели тюремной баланды оплыл и безвольно обвис.

Сегодня на главной площади приводили в исполнение приговоры двадцати шести шинигами, годами обворовывавших собственный отряд.