Как найти безымянного фейри (ЛП), стр. 20

Он качнул головой:

— Дому нельзя доверять готовку. В первые дни я экспериментировал, но это слишком мелкая работа с большим количеством переменных, некоторые из которых горят, — произнес он с улыбкой. — Он может подать еду из кладовой, но если попросить его испечь пирог, все закончится пропахшей дымом кухней и несъедобным месивом.

Несколько выдвижных ящиков несогласно загремели, и Проклятие успокаивающе провел ладонью по кухонному столу.

— Ты отлично справляешься со множеством других вещей, — сказал он дому. — Никто не ждет от домов умения готовить.

Жизель не могла оторвать взгляда от его длинных пальцев, уверенно двигавшихся по поверхности. Она сглотнула.

— Эм. Итак… Ты сам готовишь?

— Частично. В трактире ближайшей деревни работает отличный повар. Она и приготовила вчерашний ужин. У нас уговор. — Он указал на кухонный подъемник: — На нем стоит заклинание доставки, которое она может активировать со своей стороны.

Это казалось слишком сложным способом избежать присутствия кухарки в доме. Принцесса села за кухонный стол, пока он начал доставать ингредиенты из прилегающих кладовых. Дом любезно открывал перед ним шкафчики — они выглядели партнерами в странном, но хорошо отлаженном танце.

— Почему ты не хочешь держать слуг? — спросила она.

— Чем меньше разных людей входит и выходит, тем проще защитным чарам. — Он не лгал, но у Жизель сложилось впечатление, что это не вся правда. Она вспомнила его вчерашнюю паранойю по поводу того, что их могут подслушать в саду.

— Ты боишься, что твой враг подошлет шпионов? — попыталась угадать она.

Он аккуратно продолжил взбивать яйца.

— Если бы он знал, где я, он не стал бы посылать людей — он пришел бы сам. Но людям не обязательно быть шпионами, чтобы распускать сплетни, а сплетни разлетаются быстро. Я не могу рисковать: вести обо мне не должны дойти до него, пока я настолько беспомощен. — Масло зашипело, плавясь на сковороде.

Он не казался беспомощным — с волшебным домом, утопающим в золоте. Принцесса указала ему на это.

Он пожал плечами.

— Магия Небесной Мальвы принадлежит ему самому, но он молодой сиден, поэтому полагается на мою помощь. Я фейри, кое-какая малая магия остается в моих костях и крови даже после утраты высших сил. Основную энергию для защиты дает дом, я лишь направляю ее. Будь у меня полная сила, я бы с легкостью укрепил чары так, чтобы они выдерживали любое количество хождений туда и обратно. В нынешнем же положении я вынужден перенаправлять магию золота на защиту, для чего она подходит не лучшим образом.

— Постой, ты все еще можешь прясть из соломы золото? И это, по-твоему, не высшая магия? — После всех разговоров о лишении сил она полагала, что все это чрезмерное убранство сохранилось еще со времен до сделки.

Фейри моргнул.

— Это завязано на уговоре: солому в золото в обмен на сохранение моего истинного имени. Так что эта сила остается со мной, даже когда остальные высшие чары ушли. Будь у меня остальная магия, я мог бы защитить себя как следует.

Жизель обдумала услышанное. Все всегда сводилось к золоту, не так ли?

— А ты можешь превращать вещи из золота обратно?

Он качнул головой.

— Превращение работает только в одну сторону.

— И это всегда навсегда?

Он посмотрел на нее, но принцесса сохранила безупречно непроницаемое выражение лица.

— Да, — медленно ответил он.

Это никак не помогло ей лучше понять произошедшее в Ишшии.

— Значит, чародей, от которого ты скрываешься, хочет именно этого? Твою магию золота?

Линия его плеч напряглась, и Жизель почувствовала, как импульс… опасения? Вины? — пронесся сквозь нее, исчезнув прежде, чем она успела его уловить.

— Он хочет использовать мою величайшую силу. Он утащит меня в свой двор, закроет и сделает так, чтобы моя магия подчинялась только ему.

— О. Это действительно звучит ужасно, — вынуждена была признать она. — Обязательно выкладывать все эти вызывающие сочувствие объяснения?

Его мрачное настроение улетучилось в мгновение ока.

— Было бы лучше, если бы я проклял тебя из чистой злобы?

— Да. Будь ты законченным злым чародеем, я могла бы со спокойной совестью оставить тебя умирать вчера.

Он слабо улыбнулся, выливая яйца на сковороду.

— Чрезвычайно разумно, но тогда некому было бы приготовить тебе завтрак. Маленькое утешение?

— Я придержу свое суждение, пока не попробую твою стряпню.

Фейри рассмеялся — тепло и так близко, его кошачьи уши радостно поднялись. Укол боли прошел сквозь нее — эдакое мучительное удовольствие. Со стороны могло показаться, будто они друзья, будто она нормальный человек, у которого есть красивые, обаятельные друзья и с которыми она завтракает на кухне.

Он подал болтунью с мелко нарезанной петрушкой на толстых ломтиках тоста, с грибами и жареной кровяной колбасой.

— Дай мне знать, по вкусу ли тебе моя стряпня, — произнес он голосом чуть более хриплым, чем обычно, и ее испорченный разум заботливо выудил воспоминание о том, как он звучал в ее сне, истолковав эти слова совершенно двусмысленно.

Принцесса удерживала взгляд на своей тарелке, не в силах сдержать румянец, подступающий к щекам.

— Пахнет восхитительно. Спасибо.

— Благодарности не требуются, я хозяин этого дома. Мой долг — обеспечивать тебя, пока ты гостишь здесь. Это право гостя, традиция столь же древняя, как и сама Страна Фейри. — Он снова стал подчеркнуто официальным.

Они ели в неловком молчании. Еда оказалась столь же вкусной, сколь приятно пахла, но желудок Жизель скрутило в узел, из-за чего насладиться ей в полной мере было трудно.

— Я думал о твоем гребне, — предложил он. — Возможно, я слишком поспешно списал его со счетов вчера вечером. Я перепробовал все заклинания на дереве, но мои силы, как уже обсуждалось, ограничены… — его уши недовольно дернулись, — …но поскольку у тебя тоже есть магия фейри, мы могли бы попробовать один ритуальный обряд. Он требует больше энергии, чем я могу собрать в одиночку. Только я не помню точно, куда его положил, так что нам, возможно, придется немного поохотиться… — Он осекся, склонив голову: — Что не так?

Жизель казалось, что она не подала малейшего намека на свое растущее волнение, но, возможно, ей и не нужно было делать этого при наличии чертовой связи между ними. Она заставила себя осознанно расслабить мышцы.

— Что именно потребует этот ритуал? Я не умею пользоваться своей магией.

Его взгляд был слишком проницательным.

— Ты ее боишься.

— Разумеется, я ее боюсь! Магия фейри — причина, по которой я проклята! — Это была не единственная причина ее страха и даже не главная, но ее проще всего было обсудить.

Фейри склонил голову набок.

— Обещаю, этот ритуал не превратится в случайное пожизненное проклятие.

Она прищурилась.

— Не относись к этому легкомысленно.

Его брови взлетели.

— Я и не отношусь. Потому и пообещал, думал, ты оценишь заверение.

— На самом деле теперь я убеждена куда меньше, поскольку даже не думала о возможности породить из этого новые проклятия.

Уголок его рта дернулся в улыбке.

— А. Я вижу, в чем дело. Будет ли тебе спокойнее, если я скажу, что не вижу, как из этого заклинания может возникнуть хоть какое-то проклятие, даже если оно провалится? В теории худший исход — мое имя просто не связано с гребнем, и тогда из него не вытянуть никаких тайн, а мы останемся примерно в том же положении, что и сейчас. — Он все еще разглядывал ее, словно пытаясь разгадать ее секреты. — Этот ритуал не потребует от тебя никаких знаний о заклинаниях, только силу. Я буду направлять.

Жизель положила ладони на стол и сделала глубокий, успокаивающий вдох.

— Очень хорошо. Что ты говорил до этого о необходимости поисков?

Его улыбка стала немного смущенной.

— А. Ну, это точно где-то в моей библиотеке. Просто мне может потребоваться некоторое время, чтобы его найти.

12