Враг имератора (ЛП), стр. 32

Моя любимая деталь: на его крупном аристократическом носу красовалась большая шишка странного цвета, а кожу спереди на шее пересекал один-единственный шрам. Я надеялась, что всякий раз, глядя в зеркало, он вспоминает обо мне и о том, как я его изувечила.

— Зора, Аврора, это вы? — крикнул Блейк с другого конца улицы. Половое созревание превратило его из назойливого мальчишки в высокого, красивого и ещё более назойливого мужчину.

Мы с Авророй переглянулись, а потом, хихикая словно подростки, побежали по улице. Блейк выкрикивал наши имена, но его голос становился всё тише, пока мы мчались по заснеженной брусчатке.

— Казалось бы, за столько времени он уже должен был понять намёк, — сказала Аврора, изо всех сил стараясь за мной поспеть.

— Мужчины тупые. — Я спрыгнула с лестницы у первого ряда домов.

— Мужчины очень тупые, — пропел Сквайр с пылом презирающей мужчин женщины (верно подмечено).

Аврора спускалась по одной ступеньке, а я ждала её внизу. — Где все сильные мужчины-воины? — спросила она. — Где все Рыцари-маги, которые убивают драконов и томятся по женщинам?

— По-моему, Блейк как раз томится, — заметила я, беря её под руку. Она благодарно улыбнулась и прижалась ко мне, чтобы согреться.

Сквайр кивнул. — Томится по мне?

— Конечно, — ответила я.

— Ура! — ухнул Сквайр.

Аврора шутливо ударила меня по руке. — Нет, мне нужен мужчина, который благодаря своей физической мощи спалит мир дотла и всех перебьёт, лишь бы потом поклоняться у моих ног. Он будет месяцами чахнуть от любви, ходить за мной по пятам, умолять и делать всё, чтобы заслужить мою благосклонность.

Она мечтательно улыбнулась.

— Звучит как преследование, — сказала я. — И если мужчина так с тобой поступит, я его убью. Ради твоей же безопасности.

Она подмигнула и толкнула меня плечом. — А если кто-нибудь станет так вести себя с тобой? Ты ведь тоже опасна. Получится… — Она свела ладони вместе, изображая взрыв.

— Жуть, — сказала я.

— А по-моему, горячо. — Она послала мне воздушный поцелуй.

Я ответила тем же. — Я бы столько раз пырнула этого выдуманного мужчину, что, истекая кровью у меня на коленях, он сам начал бы молить о смерти, и…

— Э-э, забудь. — Она рассмеялась. — Кстати об ужасах: ты слышала, как на прошлой неделе четверо братьев Адамс на спор вышли за стены и всех задрал лютый медведь? Клянусь, у нас кризис мужественности. А ты слышала, что они…

— Слышала.

Именно я нашла их расчленённые останки и дотащила обратно за ворота, к погребальному костру.

— Тогда давай поговорим о чём-нибудь хорошем, — предложила Аврора, довольно вздохнула и положила голову мне на плечо. — Благодаря новой технике шерстяной подкладки, которую мы сейчас совершенствуем, перчатки получаются особенно тёплыми.

— Я тебя переплюну. Я нашла новую трассу для сноуборда.

Аврора рассмеялась. — Моё увлечение ты всё равно не переплюнула. Ты видела новые шерстяные рубашки — такие тонкие и…

РЁВ.

Мы остановились. — Очередная магическая буря? — спросила Аврора. — Почему они всё время нападают именно на нас…

РЁВ — РЁВ — РЁВ.

— ПРЯМОЕ ВТОРЖЕНИЕ! — проревел Манто, глава совета. Подхваченные ветром слова разнеслись по Коммуне — громкие, зловещие.

Мы с Авророй словно в замедленной съёмке повернулись друг к другу, и вокруг разразился хаос. Люди кричали соседям, бросали все дела. Родители хватали маленьких детей и бежали в дома. Хлопали двери. Щёлкали замки.

Я схватила Аврору за руку и помчалась со всех ног, волоча её за собой. Когда мы добежали до моей улицы, волосы на затылке встали дыбом.

С фонарных столбов и крыш крылец свисали сосульки размером с человека, пронизанные сверкающими серебряными прожилками. Магическая метель. Я всмотрелась в горизонт, но, в отличие от Великой осады Севера, не увидела ни драконов, ни пламени и не услышала рёва. Небо над головой бурлило тёмными тучами, однако ледяной дождь не шёл.

Неужели Королевский маг уже каким-то образом успел напасть?

— Мама! — закричала я, взлетела по ступеням нашего дома и ворвалась внутрь.

Тишина.

В центральном очаге тёмно-красным тлели угли, рядом нетронутым стоял мой сноуборд, а на приставном столике уже была расставлена доска для вечерней партии в шахматы.

— Мама?

Я обыскала все комнаты, бросилась наверх, но дом был пуст.

— Госпожа Равенал?.. — позвала внизу Аврора; её голос затих в растерянности.

Кто-нибудь из соседей наверняка знает. Я выбежала на улицу и взлетела по скользким ступеням соседнего дома. Подняла кулак, чтобы…

Дверь распахнулась, лёд осыпался осколками. — Зора, они забрали… они забрали… — Беспомощно умолкнув, госпожа Шеридан разрыдалась; слёзы текли по раскрасневшемуся лицу, она никак не могла вдохнуть. — Они забрали твою мать.

За моей спиной ахнула Аврора.

Будто в замедленной съёмке я вцепилась в полы плаща госпожи Шеридан и изо всех сил её встряхнула. — Кто её забрал?

Она всхлипнула. — Они были верхом и…

— Кто? — Я затрясла её сильнее. Она закашлялась, бессильно повесив голову. Я толкнула её назад, грубо впечатав в дверь. — Говори.

— Два… Королевских м-мага, — прошептала она.

Я отступила, и женщина рухнула. Вернувшись домой и взбежав по лестнице в спальню, я натянула самые тёплые вещи и схватила защитные очки и костяные кинжалы.

— Ты не можешь туда идти. — Аврора загородила дверной проём, раскинув руки передо мной и Сквайром. — Лёд тебя убьёт. Зора, нельзя выходить и… — Она задышала часто и судорожно и потянулась ко мне. — Не ходи!

Я покачала головой. — Я сейчас же отправляюсь за мамой, и ничто меня не остановит. — Я протиснулась мимо. Аврора не стала меня удерживать и бессильно привалилась к косяку, а я сбежала по лестнице на улицу.

Аврора крикнула мне вслед: — Я люблю тебя! Будь осторожна!

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я и скрылась за воротами в стене Коммуны. Углубляясь в лес, я миновала загадочное место, где цвела единственная роза, отороченная инеем.

Госпожа Шеридан сказала, что маму увезли верхом, но ни один настоящий северянин не сунулся бы на лошади в лес. Один неверный шаг — и провалишься в яму у ствола, откуда уже никогда не выберешься. Обычно мы ездили верхом только в пределах стен Коммуны.

Они могли выбрать лишь один путь — вдоль берега реки. Я пошла на восток, миновала скрипучий мост, где впервые поцеловалась, а потом сломала нос будущему Императору. Пожалуй, это было моё лучшее достижение.

Я шла всё дальше, в глушь.

В реке высилась до самого неба груда ветвей, перекрывая почти всё течение и образуя широкий пруд, уходивший влево. Из естественного отверстия на вершине сооружения валил дым. Лютые бобры. Они были размером с людей, и я не раз натыкалась на их инженерные творения. Я на них не охотилась, а они меня не трогали. У каждого была своя роль в этом лесу.

Согнувшись под всё усиливавшимся ледяным дождём, я продолжала путь; пальцы рук и ног онемели.

В выживании коротких путей не бывает.

РЁВ. В серых тучах раздался резкий свистящий хлопок. Блеснула серебряная чешуя. Мор? Дракон исчез в буре.

Почему он летит туда же? Что он здесь делает?

Стук сердца отдавался в ушах, но я продолжала идти.

Через несколько часов на горизонте проступил смутный тёмный силуэт.

Я упала на живот, глубоко провалившись лицом в свежий снег, и затаила дыхание. Снег обжигал крошечные полоски неприкрытой кожи. Я медленно подняла голову, высунув над ледяной поверхностью верхнюю половину очков. Сквайр тоже выставил из моего шарфа оперённую головку. Вокруг лица клубился Туман.

По белому берегу двигались тени. Лютый конь?

Стараясь пригибаться как можно ниже, я поползла на животе в лес и бесшумно двинулась среди деревьев. Впереди по берегу шагал чёрный лютый конь. В седле раскачивался человек в знакомом дорогом белом меховом плаще. Рядом шёл второй, перекинув через плечо что-то большое.