Неправильный. Трилогия (СИ), стр. 96
Вот и лезут на вышку с проводами мои ребята.
Провода, проходя над рельсами и перроном, приподнимаются вверх, на крышу водокачки. И уже оттуда расходятся по всей станции. С любой точки зрения, это правильно: не надо тянуть лишних проводов с вышки.
Экономия!
Провода тут конкретные, толстенькие такие… Из крученых жил толстой проволоки, прочные.
На вышку затаскивают два бочонка. Небольшие, литров по пятьдесят – провода выдержат, я сам в наших развалинах проверял. Для этого с аналогичной вышки срубили аж сотню метров провода. Да, тут провода подлиннее, так мы и вес бочонка специально подбирали – чтобы не оборвал здесь ничего.
– Готово, командир! – оборачивается ко мне Малышев.
Сигнал – и дернут рубильник в будке, напряжение на проводах пропадает. На всякий случай специальной кочергой, которая почти в каждой такой будке имеется, поочередно заземляем оба провода – напряжение на них действительно отсутствует.
– Начали!
К одному проводу на крюках подвешен бочонок. Толчок – и он медленно скользит вниз. А сверху – так, чтобы попадало на провод, присобачена бутылка с моторным маслом. Провод смазывается, трение меньше – вот бочонок и проскальзывает дальше.
– Есть первый! Второй давай!
И второй бочонок отправляется в путь.
А низшая точка, где по нашим расчетам зависнут оба «подарка» – аккурат над перроном.
Провожаю взглядом бочонки – оттуда тонкой струйкой поднимается дымок от горящего огнепроводного шнура.
Все, пора валить!
– Электрика в машину! Высадим его где‑нибудь! Тут его, того и гляди, еще и пристрелят сгоряча! Синяков ему подвесьте парочку – какое‑никакое, а алиби!
– Это что за хрень такая – алиби, командир? – спрашивает меня водитель.
– Ну… это в суде так говорят, когда у подозреваемого есть что‑то такое, что его оправдывает… – пробую пояснить я на ходу.
Машина прет напрямик, нас подбрасывает на кочках, зубы лязгают – красота!
'…Как удалось установить опросом очевидцев, в том числе и раненых, около 11.20 со склона холма над станцией по проводам электроосвещения соскользнули вниз два каких‑то предмета. Достигнув низшей точки проводной линии, оба предмета на какое‑то время повисли там, привлекая внимание окружающих. Около 11.24 произошел мощный взрыв, сопровождавшийся разлетом осколков.
В результате этого были значительно повреждены станционные сооружения и часть перевозимой на платформах автотехники. Среди личного состава воинских частей, находившихся в тот момент на станции, имеются многочисленные пострадавшие. По предварительным подсчетам, убито пять офицеров и восемьдесят нижних чинов. Ранения различной степени тяжести получили девять офицеров и сто одиннадцать нижних чинов. Ранен и отправлен в госпиталь командир 127 охранного батальона майор Лемке.
Столь значительное количество пострадавших объясняется тем, что оба мощных взрыва произошли на высоте порядка пятнадцати метров, что способствовало разлету осколков на значительное расстояние. Так, например, осколочное ранение получил ефрейтор Малинс, находившийся за рулем автомобиля в ста двадцати метрах от места взрыва.
В результате немедленно организованных поисков диверсантов было установлено, что ранее ими были застрелены солдаты поста около трансформаторной будки, с вышки которой и были спущены по проводам оба подрывных заряда. Этими же нападающими был ликвидирован расчет зенитного орудия, находившийся на своей позиции в трехстах метрах от трансформатора.
Через несколько часов патрулем полевой жандармерии был обнаружен и задержан Ивасев Михаил Петрович – дежурный электрик, который в момент нападения находился в трансформаторной будке. Он был избит, окровавлен, одежда разорвана.
С его слов, к нему в дверь постучал немецкий офицер. Когда он открыл дверь, его ударили в лицо и вытащили наружу, где еще несколько раз ударили. Нападавшие были одеты в форму германских войск, между собой общались по‑немецки, их слов электрик не понимал.
После побоев его отпустили, указав направление движения, куда он должен был быстро бежать. Никаких звуков борьбы или выстрелов он не слышал.
Нападавшие приехали на стандартном армейском грузовике, номерных знаков Ивасев не видел: они были залеплены снегом.
Судя по тому, как были одеты нападавшие, конструкции подрывных зарядов и выбору места и способа нападения, можно сделать вывод о том, что это были специально обученные и подготовленные диверсанты…'
Что и говорить, бабахнуло основательно! Будет теперь у фрицев работенка – раненных да убитых оттаскивать и сортировать. Кого в госпиталь, а кого – и в деревянный ящик. Ничего, ребятки, привыкайте! У нас еще много всяких сюрпризов для вас заготовлено.
Глава 25
Пришел посыльный от командира – тот снова меня вызывает. Интересно, а сегодня‑то за какой надобностью? У меня уже и план составлен на следующий бадабум…
Но действительность, как всегда, подкинула сюрприз.
– Первый отряд вышел почти без задержек. Ну, да и досталось ему больше всех, так что сам понимаешь…
Это‑то я очень даже хорошо понимал, какие уж тут вопросы могут быть. Парням в отряде прилетело, можно сказать, больше всех. И то, что их выводили в первую очередь, ни у кого удивления не вызвало.
– С ними и танкисты ушли: они свое дело сделали, и сидеть им тут теперь незачем. Но! – командир встает с места, машет мне рукою: мол, сиди. И расхаживает по комнате. – Похоже, что немцы все же что‑то такое пронюхали. Или у них есть тут умные головы. Короче, с одной стороны мы их надули‑таки, прозевали они наступление соседей. Ну и наши, правда, в долгу не остались, подыграли нам – и на этом участке тоже какое‑то шевеление началось. Но быстро закончилось, так… парочка локальных стычек – и все. У фрицев появилась некая уверенность в том, что наступление они все‑таки отбили. А что там у соседей… ну, всякие случайности ведь могут быть.
Отчего‑то мне кажется, что с некоторыми авторами таких вот «случайностей» я некогда вместе учился.
– Немцы всерьез озаботились тем, чтобы извести в своем тылу всяких там…
Понятно, это в наш огород камешек. Ну‑ну! Могут и дальше пробовать!
– И отход второго отряда теперь под вопросом: на переднем крае усиления, посты стоят повсюду. Сунулись было – и еле‑еле успели ноги унести. Чудом только ушли – немцы буквально всех на ноги подняли.
Он садится на стул напротив меня.
– Надо имитировать отход диверсантов в полосу ответственности соседней армии. Мол, никто никуда не уходит, мы просто перемещаемся на новый фронт работы. И там нас уже должны ловить другие! Но в силу того, что мы тут конкретные такие злодеи, просто так уйти, никого по пути не трогая, мы, разумеется, не можем. Посмотрим на карту.
Мы оба встаем с мест и подходим к столу.
– Вот я набросал примерный маршрут… Парочка весьма интересных объектов здесь есть, вполне себе цели лакомые. И если вдруг там что‑то такое произойдет, то повод для беспокойства у некоторых господ офицеров будет очень даже серьезный. Придется усиливать охрану и все такое прочее. А где для этого брать людей? Кстати, твой последний фортель на станции очень даже удачно в эту логику вписывается…
– И как далеко нам топать?
– Вот сюда! – карандаш ставит точку на карте. – Вас немного, одним рейсом забрать весь отряд можно. Сюда и прибудет самолет. Радиста с рацией я вам дам. Как доберетесь до точки – радируйте, за вами прилетят. Продовольствие и все, что требуется – возьмите на складе, координаты ты знаешь. А пока фрицы будут гоняться за вами, все остальные тихо уйдут восвояси: патрули на дорогах тоже ведь кем‑то надо сменять и пополнять? И кого тогда за вами в погоню отправлять?
Мда…
Невеселая перспектива: опять в кошки‑мышки с разъяренными немцами играть… А на нас тут, похоже, скоро каждая собака лаять будет – так всех уже достали!