Неправильный. Трилогия (СИ), стр. 119
Обойти дверь не получиться, она почти соответствует ширине коридора – ногу просто некуда поставить.
Ломов на пару мгновений останавливается, потом осторожно проверяет щупом пространство под дверью. Но ничего там не находит. Встаёт и разглядывает дверь вблизи – тоже ничего не видно. Зачем‑то прикладывает щуп к двери – явно вымеряет расстояние!
Шаг – его нога встаёт точно на то место двери, под которым и лежит опора. Дверь чуть покачивается… и все… Ещё шаг – он за дверью. Переводит дух… и абсолютно машинально щелкает выключателем, чтобы зажечь вторую лампочку.
Пах!
Минус раз… не помог прежний опыт…
Щупа у второго курсанта нет, но он старается повторить путь, который только что проделал Ломов. До двери он добирается вполне успешно, косится на не горящую лампочку на потолке. Встаёт и прикидывает варианты дальнейших действий. Шаг вперёд!
Качнулась дверь…
Хлопок на этот раз доносится из‑под пола – опущенный край двери чуть приподнялся, и этого оказалось достаточно, чтобы привести в действие разгрузочный взрыватель.
Два…
Третий оказался хитрецом – сняв с себя вещмешок, он подсовывает его под дверь – теперь она уже не наклонится достаточно для того, чтобы сработал взрыватель. А перейдя через дверь, он прижимает противоположный ее конец ногой к полу – и дернув за ремень, вытаскивает из‑под нее свой вещмешок. Ну, нифига ж себе! Ловко придумал, хвалю!
Надев его на прежнее место, он осматривается, и делает шаг вперёд. Под ним прогибается доска…
Три…
Последний из курсантов постарался учесть опыт всех предыдущих. На доски он наступает только около стены – там, где они менее всего подвержены прогибу. Дверь преодолевает уже известным способом, выключатель, естественно, не трогает. Щупа нет и у него, но парень вытаскивает из кармана носовой платок и несёт его на вытянутой руке над полом. Удачно – одну растяжку он таким макаром находит и перешагивает, предварительно прощупав рукой место, куда собирается ставить ногу.
Но уже перед самой дверью его нога задевает какой‑то прутик… или палочку, которая торчит из‑под плинтуса…
Все четверо теперь сидят рядышком и угрюмо смотрят на меня – готовы получить замечания, как говорят в таком случае в армии.
– Всем все ясно? В следующий раз уже так не попадетесь?
– А‑а‑а… Следующий раз будет? – спрашивает тот, что шел последним. – Нам тут сказали, мол, ежели испытание провалил – то, все… вилы, мол…
– Да… – усмехаюсь я. – Любят тут у нас некоторые дыму напустить! Нет, мил друг, ежели уж сюда попал – то просто так отсель не уйти! Что ж вы думаете, просто так в палаточном лагере неделю жили?
И впрямь, приехавшие сюда из запасного полка бойцы неделю куковали в палаточном лагере в соседнем лесу. Понятное дело, что и там они дурью не маялись – с ними плотно работали инструктора из числа бойцов отряда. Учили ходить, смотреть, стрелять – и изучали будущих сослуживцев, внимательно к ним присматриваясь в самой разной обстановке. Даже и жили там, не уходя на ночь в часть! И отдел кадров просто так баклуши не бил – проверяли их личные дела. Кстати, несколько человек так из лагеря потом и отправились неведомо куда – не глянулись стало быть кому‑то. Слава Богу, моих среди них не оказалось!
– У нас тут не так, как в какой‑то там банде. Мол, вход рубль – а выход, так два! Если, мил человек ты сюда попал, то есть в тебе то зернышко, что надобно выхаживать и растить. Что ж вы думаете, тут все сразу, вот прямо в момент, лютыми спецами стали? Не бывает так. Любого человека учить надобно! А на чем мы учимся? На ошибках! Вот, например, ты сам – на чем погорел?
– Палочку эту не заметил… Кто ж мог знать, что она…
– Не палочку, – ворчит Ломов. – А шток взрывателя! Смотреть надобно по сторонам, да думать!
– А сам‑то! На выключатель купился!
– Все, парни, стоп базар! – прекращаю их спор. – Не раз ещё с такими подлянками столкнетесь, что сегодняшние со смехом вспоминать будете. Вы уж мне поверьте – здесь такие выдумщики собрались… я и помыслить‑то раньше о таком не мог! Никто из нас тут каким‑то выдающимся злодеем не родился, сами всему учились. И шишек себе при этом набили – мама дорогая! Так что – учитесь! Пока время есть…
И они учатся.
Бегают по окопам, изучают особенности постройки немецких оборонительных сооружений. Да, сегодня нам это не нужно, а завтра? Никто не может этого предположить.
Ставим мины – вообще везде, учебные – так прямо в траншеях и на пороге учебных помещений. Только что в жилые блиндажи с этим не лезем. Хотя попытки такие были – пришлось неоднократно народ одергивать.
Неведомо с каких краев прикатили и вовсе жуткие парни – рукопашники. Казачий спас! Я про такой и не слышал‑то даже никогда. А посмотрев на этих «ребятишек», самому старшему из которых было уже за пятьдесят, лишний раз убеждаюсь, что я, оказывается, еще и не такой‑то уж и злодей! И похлеще меня тут народец имеется…
Что уж только они тут не вытворяли!
Драка на ножах – это ещё так себе… развлекуха. Оказывается, обычной лопатой человека можно вообще чуть не на ломтики настрогать… А глядя на то, что они вытворяли с «предметами домашнего обхода», понимаю, что саперы – в сущности, люди относительно даже и добрые…
Новинка от Гурова!
Я хирург из 90‑х. Теперь я в медицине наших дней, где пациента месяцами футболят между врачами. У меня проще: пришёл больным – уйдёшь здоровым.
https://author.today/reader/633019
Глава 8
– Прошу садиться! – Мечников сегодня выглядел каким‑то усталым.
Присаживаемся. Нас в комнате мало – Жаров и я, больше никого, кроме генерала, из начальства тоже не имеется.
– Задача перед нами поставлена… нестандартная, скажем так… – Мечников трет подбородок. – На этот раз нам не требуется совершать какие‑то конкретные нападения. С этой стороны, возможно, и проще. Но…
А далее он нам поясняет.
Задание, на этот раз, и впрямь – неординарное.
Группа – конкретно из моего отряда, должна проникнуть в определенный район. Забазироваться там и имитировать присутствие неизвестно чьих странных диверсантов. Странных, потому, что четкого плана действий или конкретных целей нам не будет дано. Мол, вы там как‑нибудь пошумите, что‑то рванете и так далее…
Мы с Жаровым переглядываемся.
Чушь какая‑то…
– Выглядит, действительно, очень странно, это так! – кивает генерал. – Основная задача состоит в том, чтобы имитировать нахождение там группы диверсантов, которые по какой‑то причине утеряли связь со своим руководством. У них нет четкого плана действий, снабжение на нуле, что‑то надо есть, получать какие‑то припасы – и вообще постараться как‑то выжить.
– Так… – пожимает плечами Жаров. – Найти партизан – и все!
– А если это не наша группа? Как их примут те же самые партизаны?
– А чья же? – здесь удивляюсь уже я. – Кто еще может работать в тылу у фрицев?
– Ну, – усмехается Мечников. – Вообще‑то, много кто… Про Сопротивление слышали что‑нибудь?
Что‑то где‑то… но ничего конкретного. Мы с майором почти синхронно пожимаем плечами. Нет, в наших краях такие не пробегали! Но ведь у какой угодно группы должны же быть определенные правила поведения, своя манера работы… вооружение, наконец! Тактика!
Все это я высказываю генералу. Он согласно кивает.
– Представим себе какого‑то начальника спецподразделения… ну, скажем, польской армии под командованием генерала Андерса…
Переглядываемся – а, что такая тоже есть?
– Представьте себе – есть! – кивает Мечников. – И их достаточно‑таки дофига! Правда, смотрят они больше в сторону англичан, хотя расположены у нас. И на этой почве у нас с ними постоянно возникают какие‑то недопонимания. Порою – так и достаточно серьезные. Так вот, представим себе, что у них есть своя разведка и они даже что‑то там пробуют делать…