Неукротимый Бастард 5 (СИ), стр. 42

— Но так мы потеряем время! — нервно высказался Марк.

— Лучше потерять время, чем завязнуть по пояс, — спокойно заметила Евдокия.

Марк посмотрел на мой заляпанный грязью сапог, потом на чёрный мох впереди и тяжело вздохнул.

— Ладно. Уговорили.

Мы свернули вправо, сознательно отклоняясь от выверенного курса. Прямой путь выглядел заманчиво, но после того, как земля под моей ногой чуть не провалилась, спорить с Никодимом мне уже совершенно не хотелось.

Взяв вторую точку, поспешили к третьей, насколько это вообще возможно в кромешной темноте. Впереди послышался странный звук — сначала короткий треск, потом будто лёгкий шорох сверху. Я поднял руку.

— Стойте.

Все мгновенно замерли. Несколько секунд мы просто слушали. В темноте это выглядело особенно неприятно: ничего не видно, а где-то впереди явно что-то происходило.

— Я посмотрю сверху, — тихо сказал я.

Осторожно создал устойчивый поток и начал подниматься. Остановился примерно в пяти метрах над землёй, но почти сразу понял, что особой пользы это не принесло. Сверху лес не стал светлее, наоборот, кроны слились в сплошную тёмную массу, а между ними невозможно было различить ни движение, ни проблески света.

Вот и пригодился полёт. Подняться могу, а видеть сквозь деревья он меня пока не научил. Неожиданно справа совсем рядом послышалось тихое движение. Я резко повернул голову и едва не дёрнулся в сторону. На соседней ветке сидел огромный филин и почти в упор смотрел на меня круглыми глазами.

Птица, похоже, удивилась не меньше моего. Несколько секунд мы просто молча разглядывали друг друга. Я тихо усмехнулся.

— Не переживай, я ушёл…

Филин будто только этого и ждал. Мощно взмахнул крыльями и бесшумно исчез в темноте.

Я начал опускаться.

— Ну что? — сразу спросил Дмитрий, когда мои сапоги коснулись земли.

— Ничего не видно. Вообще. Лес сверху выглядит ещё хуже, чем снизу.

— Очень полезная разведка, — тихо усмехнулся Марк.

— Зато филина встретил.

— Это многое меняет.

Несколько человек тихо рассмеялись, но напряжение окончательно не исчезло.

— Идём вперёд потихоньку, только осторожно, — сказал я. — Что-то там всё-таки есть.

Следующие полсотни шагов мы прошли гораздо медленнее. Светильник почти не включали. Я всё время вслушивался в ночные звуки, но кроме ветра, шороха листвы и наших шагов ничего различить не удавалось.

Потом сверху вдруг хрустнула ветка. Я едва успел поднять голову, как со ствола справа сорвался огненный сгусток.

— Щит!

Первый фаербол ударил в защиту, почти сразу следом прилетел второй, потом третий. До контрольной точки оставалось совсем немного, значит, засада.

— Дима, разберись, — сказал я парню, стоявшему рядом.

Дмитрий даже не стал ничего уточнять.

— Марк, Илья, за мной! — коротко бросил он.

Все трое сразу ушли вперёд. Я развернул защиту шире, прикрывая им подход, но дальше сознательно не вмешивался. Раз уж передал этот участок Дмитрию, значит пусть сам решает, как разбираться с противником. Он довольно быстро оценил направление огня.

— Илья, правый ствол! Марк, левее! Не стойте вместе!

Илья коротким разрядом ударил в тёмную фигуру между деревьями. Почти одновременно вспыхнул огонь Марка, и ещё один фантом рассыпался. Через несколько мгновений стало тихо.

— Чисто, — сообщил Дмитрий.

— Отлично. Забираем точку и дальше.

Третья контрольная точка была за нами. Мы двинулись дальше, но в это время участились атаки слева. Огненные сгустки начали прилетать через небольшие промежутки, вынуждая нас буквально прижиматься к земле.

Софья с Анастасией сразу включились в работу, один за другим вдоль пути нашего следования начали подниматься невысокие земляные гребни.

— Двигайтесь от укрытия к укрытию! — крикнула Софья.

Мы, пригнувшись, быстро пересекли открытую поляну. Позади ударил очередной фаербол, земля брызнула комьями, но следующий гребень уже вырос впереди.

— Быстрее! — крикнула Анастасия.

Через несколько секунд мы окончательно вышли из-под обстрела.

Следующий отрезок пути оказался ещё хуже. Лес стал настолько густым, что здесь не то что бежать, а даже просто идти было практически невозможно. Приходилось перелезать через поваленные стволы, подныривать под них, раздвигать ветки и постоянно следить за компасом.

Ветки цеплялись за одежду, несколько раз били по лицу. Я уже почти не чувствовал, сухая на мне рубаха или мокрая от пота. Дважды мы чуть не сбились с нужного направления. В первый раз компас показал небольшое отклонение, которое ещё удалось исправить. Во второй всё оказалось хуже: знакомый ориентир на карте никак не собирался показываться на глаза. Я снова посмотрел на схему.

— Если идти прямо, должны выйти почти точно к точке.

— А если мы уже чуть сместились, то пройдём мимо, — заметила Софья.

— Потеряем время на обход.

Она кивнула.

— Зато не потеряем направление. Давайте привяжемся к тому оврагу и дальше пойдём вдоль него. Он на карте хорошо обозначен.

Я несколько секунд смотрел на схему.

После истории с болотом идея опять выбирать самый короткий путь казалась уже не такой замечательной.

— Хорошо. Идём по ориентирам.

— Сегодня весь вечер кто-нибудь убеждает меня идти медленнее, — пробормотал Марк и тихо вздохнул.

— И пока мы всё ещё не утонули и не заблудились, — заметил Никодим.

— Аргумент.

Дальше двигались именно так. К последней контрольной точке мы пришли не первыми. К этому моменту все основательно устали. Сапоги были в грязи, одежда пропиталась потом, на руках появились мелкие царапины от веток, а дыхание после последних подъёмов стало тяжёлым, но все восемь были на месте. Никто не потерялся, никто не остался в лесу, никого не пришлось вытаскивать из болота или тащить на себе. Это уже можно считать неплохим результатом.

Через четверть часа все отряды выстроились на площадке, теперь уже хорошо освещённой. Валерий Степанович стоял перед нами с журналом.

— Как вы поняли, цель упражнения была не в скорости, — сказал он, закрывая записи. — А в способности ночью не потерять направление, людей и здравый смысл одновременно. Нужно быть внимательными ко всему, охранять свой отряд на пути к цели и понимать, когда прямой маршрут перестаёт быть лучшим. — Он оглядел группы. — В целом справились более-менее неплохо. За исключением одних.

Валерий Степанович повернул голову к стоящему чуть в стороне отряду. Магический светильник показал всё, что ребята пытались скрыть: почти вся группа была чуть ли не по грудь перепачкана грязью.

Марк несколько секунд молча смотрел на них, потом медленно повернулся к Никодиму.

— Я ничего не говорил про потерянное время, я сразу был за обход.

— Конечно, — рассмеялся Никодим.

Даже Валерий Степанович усмехнулся.

— Вот вам наглядный пример того, что иногда сто лишних шагов экономят несколько часов вытаскивания товарищей из болота.

Грязная группа выглядела совсем не впечатлённой этим жизненным уроком.

Когда разбор закончился, мы направились в сторону общежития. Наконец-то выглянула луна, и стало хоть немного лучше видно дорожки там, где магических светильников было недостаточно. После нескольких часов движения почти вслепую даже слабый лунный свет казался настоящим подарком.

— Кто бы мог подумать, — пробормотал Марк, устало переставляя ноги, — что обычная кровать будет казаться мне настолько привлекательной.

— Забыл про пирожки, — усмехнулся Дмитрий.

Марк сразу немного оживился.

— Может быть кто-то и забыл, а вот у меня лично всегда есть запас! Сейчас приду в комнату, съем пяток, запью компотом и сразу спать.

— Вот для чего на самом деле нужны стратегические запасы, — заметил я.

— Именно! — Марк поднял палец. — Наконец-то хоть один человек в этой группе понимает основы военного дела.

— Ну хоть с нами поделишься? — рассмеялся Никодим.

— Свои надо иметь, — буркнул Марк.