Неукротимый Бастард 5 (СИ), стр. 23

После завершения процедуры Никодим несколько мгновений сидел с закрытыми глазами. Потом медленно выдохнул и посмотрел сначала на магистра, а затем на нас. На его лице появилось такое облегчение, словно наконец разрешилась давно зависшая страшная ситуация.

Я показал ему поднятый большой палец, Никодим коротко рассмеялся и сделал то же самое в ответ.

Когда переход совершил последний из семерых, я понял, насколько сильно за короткое время изменилась вся наша восьмёрка. Ещё совсем недавно друзья только начинали осваивать первую ступень, а сейчас каждый из них сделал следующий большой шаг.

Нам разрешили немного порадоваться и поздравить друг друга, потом Лаврентьев неожиданно попросил всех, кроме меня, покинуть Святилище.

— Но почему⁈ — первым спросил Марк. — Мы хотели уйти все вместе. Что-то случилось?

— Вдруг чем-то сможем помочь? — тише сказала Софья.

— Поверьте, милая, — усмехнулся Никон Игнатьевич, — вы точно не сможете ему ничем помочь. Мы с Эдуардом Антоновичем сюда не просто проветриться пришли!

— Значит, так надо, — сказал я друзьям. — Возможно, это связано с тем, что мой источник неожиданно быстро достиг предела и переход может оказаться нестандартным.

На несколько секунд наступила абсолютная тишина.

— Подожди, — первым нарушил её Марк. — Ты хочешь сказать…

— На четвёртую, — подтвердил я. Только теперь вспомнил, что именно эту новость им не сообщил, просто сказал, что в Святилище пойдём все вместе. — Извините, так получилось, я сам не ожидал.

Марк тряхнул головой, пытаясь переварить новость о том, что после их перехода на вторую ступень я снова окажусь на две ступени выше. Илья удивлённо присвистнул, но тут же замолчал под взглядом Лаврентьева. Дмитрий лишь нахмурился, словно пытался понять, как такое вообще возможно. Софья посмотрела на меня уже не столько с удивлением, сколько с беспокойством.

— Поэтому вас и просят выйти, — сказал я, стараясь улыбнуться. — Не волнуйтесь. Здесь людей больше, чем при прошлом переходе.

Это подействовало не слишком убедительно, но спорить с магистром никто больше не стал, всё так же молча друзья потянулись к выходу. Выходивший последним Дмитрий обернулся и коротким жестом показал, что они будут ждать меня снаружи.

Дверь закрылась, теперь из адептов в Святилище остался только я. И лишь после ухода друзей я заметил стоявшего немного в стороне того самого неизвестного преподавателя-наблюдателя. Он ничем не вмешивался в происходящее, просто молча следил за подготовкой, но его постоянное присутствие возле всех моих странностей уже давно перестало казаться случайностью.

Рядом с Никоном Игнатьевичем находились два его помощника, они расставляли по периметру большой круглой плиты дополнительные артефакты и измерительные приборы для моего не совсем обычного перехода на четвёртую ступень. Обычной защите Святилища решили не доверять и подстраховаться.

Эдуард Антонович широким жестом пригласил меня пройти к центру плиты, где на постаменте стоял большой красный кристалл. Я двинулся вперёд достаточно спокойно, даже не чувствуя сильного ускорения пульса, довольно уверен в себе. Хотя, признаюсь честно, некоторое волнение всё же присутствовало.

Встав на привычное место, я закрыл глаза, протянул к кристаллу руку и раскрыл источник, позволяя древнему механизму начать перестройку.

Сначала всё шло знакомо. Мощный поток энергии направился одновременно в обе стороны, в груди появилось привычное давление, потом по телу прокатилась горячая волна. На мгновение задрожали пальцы, но я продолжал удерживать контакт.

Постепенно ощущение изменилось — жар стал сильнее, словно источник изнутри раздвигал собственные границы. Я зачем-то чуть приоткрыл глаза и тут же заметил, что руны вокруг начинают разгораться одна за другой значительно ярче, чем при переходе друзей, по каменной плите побежали светящиеся линии.

Почти сразу я отчётливо почувствовал зов Книги. На этот раз он оказался настолько сильным, что внутри всё сжалось, в голове обожгло резкой болью.

И вдруг Святилище исчезло. Передо мной возник каменный пьедестал и лежащая на нём чёрная Книга с голубыми кристаллами, только на этот раз я видел её уже не чужими глазами. Она словно находилась непосредственно передо мной.

Я сделал осторожный шаг вперёд, даже вдохнуть боялся. Книга самостоятельно раскрылась, страницы начали перелистываться сами собой. Вокруг не было ни единого человека, ни какой-либо видимой силы, способной их двигать.

Из темноты раздался странный потусторонний голос, одновременно далёкий и звучащий будто прямо внутри головы:

— Приветствую тебя, разрушитель. Властитель ветров.

У меня внутри всё похолодело. Какой ещё «разрушитель»? Что он имеет в виду? С Властителем ветров ещё хоть как-то понятно, но тоже не до конца. Я уже открыл было рот, чтобы спросить, но в этот момент видение оборвалось.

Святилище вернулось мгновенно. Я открыл глаза и увидел перед собой слабо мерцающий красный кристалл. Свет по рунам широкой плиты распространялся волнами, и я всё ещё чувствовал исходящую от них могучую энергию.

Расставленные по периметру артефакты ярко светились, словно забирая на себя избыток энергии. Затем один за другим начали медленно меркнуть.

Я несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь окончательно прийти в себя после перехода и странного видения. Обернувшись к Лаврентьеву и Никону Игнатьевичу, сразу понял, что происходящие странности заметил не только я. Даже не ожидал увидеть столько удивления на лицах таких видавших виды, важных и опытных людей.

Лаврентьев тут же подошёл ко мне, внимательно глядя в глаза, и протянул руку к моему источнику. Никон Игнатьевич напряжённо следил за мной, то и дело поглядывая на медленно угасающие артефакты. Ещё шире его глаза открывались, когда он смотрел на пульсирующие руны на полу.

Неизвестный наблюдатель по-прежнему оставался чуть в стороне. Он ничего не сказал и даже не двинулся с места, но теперь смотрел уже не на меня, а исключительно на светящиеся письмена Святилища.

Когда переход осуществляли друзья, руны слегка светились в процессе, но сразу гасли после завершения. Мой же переход закончился, а свет всё ещё не исчезал. Никон Игнатьевич медленно присел возле ближайшего ряда рун, несколько секунд внимательно следил за пульсацией и только после этого выпрямился.

— Ничего не понимаю, — тихо сказал он. — Что здесь вообще происходит? Контур уже должен был погаснуть.

Глава 9

Переход на четвёртую ступень завершён. Я чувствовал внутри обновлённый источник: он явно стал больше, но пока что наполнение энергией было далеко не полным — теперь нужно будет снова прикладывать массу усилий, чтобы его разогнать и заставить работать на полную катушку. Магические каналы стали уже не едва заметными паутинками, а более мощными, способными пропускать значительно больше маны в единицу времени. Значит, и мощность заклинаний значительно возрастёт.

Хотя, по идее, само слово «заклинание» уже неуместно, ведь для воспроизведения какого-либо магического эффекта здесь не требуется зачитывать текст. Понятие сложилось исторически.

Магистр Лаврентьев и Никон Игнатьевич всё ещё суетились вокруг артефактов, записывали какие-то данные в журналы, о чём-то тихо спорили и на меня почти не обращали внимания. Я так и стоял, словно никому не нужный.

— Я пойду? — осторожно спросил я, воспользовавшись паузой в их разговорах.

Эдуард Антонович резко обернулся, внимательно посмотрел на меня и указал пальцем на ближайший стул.

— Сядь. Я сейчас освобожусь и ещё раз проверю твой источник и каналы.

Я послушно уселся. Чувствовал себя неуютно, потому что по ту сторону перехода переминались с ноги на ногу мои друзья — ждали результата. Время затягивалось, и они, скорее всего, уже начали переживать.

Тихие дебаты с артефактором закончились, магистр подошёл ко мне, я тут же вскочил. Эдуард Антонович положил ладонь чуть выше солнечного сплетения. По телу тут же прошла волна магии. Тонким щупальцем она мягко коснулась источника, скользнула по каналам, задержалась на каждом из них и только потом отступила.