Его враг – его жена (СИ), стр. 34

Экипаж снова качнулся, поворачивая на следующую улицу. За окном проплывали здания первого кольца — величественные, украшенные колоннами и статуями, каждое размером с целый квартал из моего района. И все вокруг буквально утопало в дубах. Мы приближались.

Сердце забилось ещё быстрее. Руки вспотели внутри тонких кружевных перчаток. Я сжала их в кулаки, пытаясь унять дрожь, но это не помогало. Как же жаль, что проигнорировать приказ Его Величества было нельзя!

— Вы очень бледны, — произнёс Аэлрик негромко.

Я вздрогнула и повернулась к нему. Он сидел напротив, в парадном мундире Хранителя — чёрном с золотым шитьём, с орденами на груди и символом солнца с левой стороны. Волосы аккуратно зачёсаны назад, ни единого выбившегося волоска. Выглядел он безупречно, впрочем, в этом будто была его суперспособность. Но в глазах читалась тревога.

— Я в порядке, — соврала я, и голос предательски дрогнул.

Карета притормозила: послышались чьи-то возгласы и бряцание оружие. Мы подъехали к одним из ворот на пути во дворец. Кажется, всего их было трое.

Дыхание участилось. Корсет все больше давил на грудь, не давая нормально вдохнуть. В висках застучало и руки затряслись так сильно, что я прижала их к коленям, но это не абсолютно не помогло.

— Шаэри, — позвал Аэлрик тише.

Я не ответила. Всё мое внимание сосредоточилось на том, чтобы просто дышать. Вдох-выдох. Но воздуха всё равно не хватало.

— Посмотрите на меня, — попросил сильварх.

С трудом подняла глаза. Лицо его было серьёзным, сосредоточенным.

— Дышите, — произнёс он спокойно. — Медленно. Вместе со мной.

Он сам вдохнул — глубоко, ровно, показывая пример. Я попыталась повторить, но воздух все застревал где-то на полпути, не желая идти дальше.

— Ещё раз, — подбодрил Аэлрик. — Не торопитесь.

Второй вдох вышел чуть лучше, как и последующие. Только вот паника все нарастала и нарастала. А мы тем временем проехали вторые ворота.

— Я не справлюсь, — прорвалось внезапно. — Не смогу. Я просто не…

— Справитесь, — твёрдо оборвал Аэлрик.

— Нет! — покачала головой, и одна из шпилек больно кольнула кожу. — Вы не понимаете. Я никогда не была в таких местах. Я даже не знаю, как себя вести! Как ходить в этом платье, как говорить, как…

Голос сорвался. Я замолчала, кусая губу, чтобы не расплакаться. Только слёз сейчас не хватало. С размазанным макияжем на лице я точно не смогу притвориться благородной леди.

— Может, не стоит ехать? — выдохнула я отчаянно. — Давайте развернёмся. Скажем, что я заболела, что…

— Шаэри, — Аэлрик наклонился вперёд, и голос его стал мягче. — Вы же знаете, мы никак, к сожалению, не можем отказать королю. Будь моя воля, я бы ни за что не подверг вас такому испытанию.

— П-понимаю.

— Как я могу вам помочь? Скажите. Что нужно, чтобы стало легче?

Я посмотрела на него, на этого идеального, безупречного человека, который сидел передо мной и смотрел с таким искренним беспокойством. И вдруг поняла, что есть только одно, что могло бы сейчас помочь. Одна-единственная вещь.

— Можете… — я запнулась, чувствуя, как горят щёки. — Можете взять меня за руку?

Опять я переступала черту, за которую заходить не стоило. Но сейчас, когда весь мир вокруг казался чужим и пугающим, мне нужно было за что-то зацепиться. За кого-то.

Аэлрик не ответил сразу. Потом медленно поднялся со своего сиденья. Карета качнулась под его весом, когда он сел рядом.

Места было немного. Тяжёлые складки моей юбки заняли почти всё пространство, и его плечо касалось моего. Я чувствовала исходящее от него тепло сквозь ткань платья.

Он протянул руку — медленно, осторожно, будто давая мне время передумать. Я не стала ждать. Это было определенно невежливо, но я схватила его ладонь обеими руками и вцепилась в неё так, будто это был единственный якорь, удерживающий меня на плаву. Тепло его кожи пробилось сквозь тонкий шёлк перчаток, разлилось по рукам, добралось до груди, и растопило хоть немного этот ледяной ком страха внутри.

— Всё хорошо, — произнёс Аэлрик тихо. — Я здесь.

Его голос был совсем рядом. Я не открывала глаза, просто слушала, как он дышит и чувствовала тепло его тела рядом.

Шум колёс по брусчатке, цоканье копыт, чужие голоса — всё это теперь звучало приглушённо, словно издалека.

Я почувствовала, как что-то коснулось основания затылка. Совсем осторожно и едва ощутимо. Потом рука медленно сползла ниже, обняла за плечи и притянула мягко притянула ближе. Я не сопротивлялась, наоборот, мысленно облегченно простонав, прижалась к нему ещё сильнее, уткнувшись лицом в его грудь. Появилось приятное чувство дежавю, и вдруг подумалось, что не мне одной нужны были сейчас успокоительные объятия.

Я слышала, как ровно и размеренно бьётся сердце Аэлрика. И мое сердце тоже начало биться медленнее, подстраиваясь под его ритм.

Глава 29

Дворец было видно издалека — не из-за высоты башен и не из-за блеска позолоченных куполов, хотя и то, и другое было достаточно впечатляющим. Нет. Он был виден потому что вокруг него, рядом и, кажется, сквозь него росли деревья.

Серебряные дубы стояли везде. Плотной стеной вдоль внешних стен, рощами во внутренних дворах, одиночными исполинами прямо посреди мощёных дорожек — такими огромными и старыми, что вымощенные плиты вокруг них давно вздыбились, уступая корням. Кроны смыкались над крышами переходов и галерей, образуя живые своды.

Даже сейчас, при свете дня, от деревьев исходило что-то успокаивающее. Мелькнула мысль, что ни одно создание Тьмы даже в самые ужасные дни сюда просто не доберется.

Я смотрела на деревья, и на сердце было почти спокойно. Почти. Потому что следом пришла другая мысль. Если Сэлира и её союзники добьются своего, если они действительно опустят Тессарим во тьму, то они без колебаний уничтожат всю эту красоту. Мотнула головой.Нет, ничего с городом не случится. Хранители Света не позволят отступникам взять верх.

Главный вход во дворец был таким, что у меня перехватило дыхание и ноги отказались идти вперед. Высокие арки, уходящие куда-то в небо, колонны из белого камня с тонкой резьбой, мозаичный пол, казалось, натертый прямо перед нашим приходом до блеска. У дверей стояла стража в парадных мундирах — неподвижная, как статуи.

Я стояла посреди всего этого великолепия в чужом бордовом платье, с чужими локонами, приколотыми чужими шпильками, и отчаянно хотела обратно в свой цветочный магазин из далекого-далекого прошлого.

— Тарэна. — Аэлрик оказался рядом. Негромко, почти у самого уха. — Руку.

Он не обращался ко мне по-настоящему имени, ведь сейчас я была Сэлирой.

Подняла взгляд, и он слегка согнул руку в локте, предлагая опору. И я ее приняла.

Залы менялись один за другим, и каждый следующий был больше, богаче и непривычнее предыдущего. Потолки с фресками, люстры с сотнями свечей, портреты в тяжёлых рамах, зеркала от пола до потолка. Придворные, которые встречались нам по пути, провожали взглядами — любопытными, оценивающими, равнодушными. Я старалась не смотреть в их сторону, но, если честно, не понимала, получается ли. И выгляжу ли я в их глазах уверенной аристократкой или испуганной мышью, случайно прошмыгнувшей в дырку в стене.

Странное было ощущение. Будто я попала в один из тех снов, где всё кажется слишком ярким и слишком большим, и понимаешь, что это ненастоящее, но всё равно идёшь вперёд, потому что больше некуда.

Только рука Аэлрика была настоящей.

Я сосредоточилась на этом чувстве, на том, как ровно он шагает рядом — и дышать стало немного легче.

Его Величество принял нас в малом кабинете, а не в тронном зале. Я не знала, радоваться этому или нет.

Король был немолодым — лет шестидесяти, с тяжёлым взглядом из-под густых бровей и сеткой морщин вокруг рта, которые говорили о том, что улыбался он нечасто. Портреты не передавали тяжелой ауры вокруг него и чрезмерной строгости. Никаких пышных одежд, даже короны на нем не было, лишь простой тёмный камзол с единственным знаком отличия на груди. Но от него исходило такое давление, что хотелось сделать шаг назад.