Другие дороги (СИ), стр. 5

— На еще два от меня им, — Дорла уложила в свернутый тут же кулек из толстой серой бумаги пять больших, с ладонь орка, пирогов, два с мясом, два с картахом и один с ягодами. — Скажи токо, чтоб сразу все не жрали, не то животом маяться будут. На вот еще бурдюк морса ягодного, сама глотни и малых напои.

— Спасибо вам, матушка! — у Рахи даже слезы на глазах от неожиданности выступили, она слышала, что старая орка отличается добротой, но не верила. Да никому она не верила, по большому счету, слишком много горя довелось испытать, слишком часто ее предавали.

Почти мгновенно сжевав пирог с мясом, девушка скользнула в подворотню и залезла в подвал — пробираться к лежке банды лучше под землей, меньше шансов на кого-то напороться. Дорогу они знала хорошо, да и в темноте неплохо видела, видно от дроу, чья кровь в ней точно имелась, дар получила. Раха не знала родителей, сколько себя помнила, росла на улицах вольного города Истахар на Черно-Красном острове. Если судить по внешнему виду, в ее предках отметились и орки, и гномы, и люди, и темные эльфы. Плюс еще кто-то, уж больно странной формы уши и глаза имела девушка. Но при этом, как уже говорилось, была красива, из-за чего страдала — слишком много внимания уделяли ей представители сильного пола. И ведь не откажешь никому, если жить хочешь. Видала она, что со строптивыми девками делают. Врагу такого не пожелаешь! Режут по живому, отрезают все выступающее и бросают подыхать в луже крови. Все равно находились смелые, думающие, что смогут избежать такой судьбы, но пока еще ни одна не избежала. Так что лучше потерпеть, как бы больно и противно ни было. Тем более, что никакой иной работы, кроме как стать портовой шлюхой, Истахар девчатам из молодежных банд не предлагал.

Вот бы в клан какой попасть! Раха мечтательно вздохнула — в кланах, по слухам, даже к шлюхам относились неплохо, давали жить, не избивали постоянно и уж точно не резали на куски за отказ делать какую-то гадость. А детишек, коли народятся, воспитывали, как нормальных клановых. С тяжелым вздохом девушка потрясла головой, избавляясь от нелепых фантазий. Ну кто ее в клан возьмет? Невозможно это в принципе. Так и сдохнет на улицах Истахара когда-нибудь. Хоть бы только не слишком мучительно.

Добравшись до лежки клана, Раха осмотрелась. Борха, черного орка, атамана их банды, и других старших пацанов, к счастью, не было, и она тенью, скрываясь от света факелов у стен, пробралась в закуток, где обычно прятались малыши — их не гнали, но кормили разве что из жалости. И нечасто. Мерли они десятками, но к банде все время прибивались новые. В основном малолетние девчонки — они в Истахаре, где число женщин раз в десять превышало число мужчин, совсем не ценились. Бывало, что родители из бедных районов города доращивали дочерей до десяти лет, а затем выгоняли на улицу. Зачем заводили тогда? Раха не понимала, ведь женщина в Миросплетении беременела только если сама того хотела, случайных беременностей не бывало.

На вползшую в убежище девушку уставились десятка два поблескивающих опасением глазенок самых разных девчонок — среди них было даже две светлые эльфийки, которых Борх собирался продать в бордель Курха, как только немного подрастут.

— Тихо, малые! — прошипела Раха. — Я вам тут пожрать принесла. Тихо, говорю, услышат — отберут!

Девчонки закивали, их трясло от голода, ничего не ели уже дня три — последняя декада выдалась для банды Борха крайне неудачной. В порт почти никто не прилетал, никому шлюхи и грузчики оказались не нужны. Старые запасы быстро подъели. Естественно, что первыми перестали кормить самых маленьких и беззащитных. Раха разделила пироги на восемнадцать частей и роздала детям, предупредив, чтобы жевали медленно и тщательно, не то живот болеть будет. Когда малышки поели, напоила их морсом, остатки которого выпила сама.

— Раха, ты бы бежала к порту, все туда пошли, — подала голос Лита, синекожая смеска лет двенадцати. — Сразу двадцать кораблей прилетели, посольство какого-то большого клана. Борх всех наших туда погнал. Если тебя у порта не увидят, вечером точно изобьет.

— Ой! — выдохнула девушка. — Тогда я побежала!

Она выскользнула из убежища, затем покинула лежку, только теперь поняв, почему ее никто не остановил, почувствовав запах еще горячих пирогов. Не было никого, все возле порта. Раха припустила по улице, переживая, что Борх действительно может обидеться на ее отсутствие. Изобьет или нет, это еще вилами по воде писано, а вот по кругу пустить вполне может, причем самым унизительным и неприятным способом. Не хотелось бы.

Добежав до порта, девушка в изумлении остановилась и даже протерла глаза кулаками — вокруг стоящих на неизвестно когда построенном помосте столов сбились все, наверное, молодежные и не только молодежные банды Истахара. Причем даже старые враги не дрались друг с другом, а молча стояли рядом, поедая взглядами происходящее на помосте. А туда по очереди всходили парни и девушки, садились за столы, недолго говорили с людьми в одинаковой зеленой одежде, причем именно чистокровными людьми, никаких смесков, затем подходили к высокому красному орку, брали в руки жезл и что-то долго говорили. После этого скрывались в стационарном портале — довольно большой металлической арке, усеянной рунными цепочками. Это что здесь творится⁈

Принявшись оглядываться, Раха заметила знакомую, красную орку Морху из банды Хромого Зека, и осторожно протолкалась к ней.

— Привет! — тихо сказала девушка.

— И тебе привет, — сверху вниз посмотрела на нее Морха, отличающаяся немалым ростом.

— Это что здесь такое делается? — спросила Раха. — Банды Доха и Уртина не дерутся, а мирно рядом стоят… Это как так?..

— Не до драк, — хохотнула красная орка. — Большой клан всех желающих берет к себе! Под клятву на жезле Древних, пожизненную. Да и хрен с ней! Кто ж от такого счастья откажется? Ты таких дурней знаешь? Я — нет.

— И я не знаю… — растерянно выдавила Раха, пытаясь осознать услышанное. — А на кой-ляд мы большому клану?

— Вот уж не знаю, — пожала плечами Морха. — Но раз берут, то надо идти. Сама знаешь, другого такого шанса не будет. А там что скажут, то и делать буду. Хоть шлюхой в казармы пойду. Зато дом свой будет и защитят всегда, клановые своих в беде не бросают.

— Это точно, не бросают, — согласилась девушка, она все еще никак не могла поверить в то, что чудеса иногда случаются.

Она и сама была согласна на что угодно, хоть на судьбу казарменной шлюхи, а это очень невеселая судьба, лишь бы в клане. Пусть хоть целыми днями имеют самым гнусным способом! Ведь сильный клан — это защита, это нормальное отношение, это помощь и поддержка, это свои целители и, правильно сказала Морха, свой дом. Не лежка в подвале, а дом! Так что чудом выпавший невероятный шанс надо обязательно использовать.

Раха с интересом наблюдала за клановыми, она видела четкую систему, которую до сих пор встречала только в крупных торговых конторах, в которых пару раз довелось побывать. Люди в зеленом работали слажено, легко подменяя друг друга, причем практически без слов. Девушка не сразу обратила внимание на пластинки на их плечах. С разным количеством звездочек. Видимо, это означало ранг разумного в клане. Интересный способ идентификации.

Очередь продвигалась довольно быстро, но желающих было слишком уж много, и Раха приблизилась к помосту только к вечеру, когда уже начало темнеть. За столом, к которому она подошла, сидел совсем еще молодой светловолосый парень, чистокровный человек. Судя по благородному виду, из аристократов, видела она подобные лица у прилетевших как-то в Истахар отпрысков вольных баронов. Повезло тогда, что они побрезговали смеской, а вот двух знакомых светлых эльфиек насиловали долго. И живыми не оставили, причем умирали бедные очень страшно.

— Здравствуйте, уважаемая! — наклонил голову клановый. — Сержант госбезопасности Елизаров. Вы по какому вопросу?

— Здравствуйте, — подалась вперед Раха. — Сказали, что здесь в клан берут… Это правда?..