Другие дороги (СИ), стр. 37

Сашка с любопытством смотрел по сторонам, он ведь почти не бывал за пределами СССР. Люди в вольном городе жили какой-то своей, совершенно непонятной ему жизнью. Хотя ясно, что большинство хочет всего лишь безбедно и безопасно существовать. Ну и страсти человеческие, куда же без них — похоть, алчность, жажда власти, стремление выделиться. Преподаватели психологии из НКВД во время уроков безжалостно вскрывали перед молодыми сотрудниками мотивы людских поступков. И чаще всего эти мотивы были настолько отвратительны, что слов для описания этого не нашлось бы.

— Прибыли, господин! — заставил парня оторваться от размышлений голос возницы.

— Благодарю, — встал со скамьи Сашка и покинул леталку, жены и беспризорницы уже сошли.

Возница тут же поднял свое нелепое транспортное средство в воздух и поспешил вернуться к главному порту, куда обычно прибывали все торговые и пассажирские корабли. Парень проводил леталку взглядом и вздохнул. Что их ждет? Трудно сказать, но однозначно что-то новое.

— Вон она, Корабельная школа, — показала пальцем куда-то влево белобрысая беспризорница. — Туда бандюки соваться не рискуют, школу хорошо охраняют, она наняла команду самого Тунха Беспалого, у него крутые бойцы. И всех, кто пробует на их территорию соваться, просто режут. А вот вокруг тут, мы уже говорили, гнилой район, наши тут стараются не появляться. Так что давай деньги, и мы поскакали, а то попадемся головорезам Шунга — мало не покажется. Снасильничают, нам уже по восемнадцать, запрет не действует. А потом порежут или вообще на мясо продадут, там вон, в глубине трущоб, людоеды живут, стража никак их не выловит. Да и не стремится особо. Коли понадобимся снова, ищи возле порта, мы там околачиваемся. Спросишь Ирту и Айну, нас позовут. Деваться нам оттуда некуда, в возраст вошли, видно, придется портовыми шлюхами становиться, чтобы долг банде отработать.

— Скоро сюда наши прилетят, — покачав головой, повторила Раха. — Продержитесь до этого, девчата. А потом галопом к ним. После этого все у вас будет хорошо. И парня встретите, замуж выйдете. Вот, держите.

Она протянула беспризорницам еще пять серебряных монет, они взяли, поклонились и исчезли, словно растворившись в воздухе. Неудивительно, подвизающиеся в уличных бандах девчонки с самого раннего возраста хорошо умели прятаться. Порой только это спасало им жизнь.

— Пошли, пока нами бандюки не заинтересовались, — подтолкнула Сашку в спину Марха. — Извини, из тебя боец никакой пока.

— У меня пистолет есть! — возразил парень.

— И что? — презрительно фыркнула орка. — Это же не автомат. Сколько у тебя там патронов? Шесть? Навалятся толпой и одолеют. А потом отыграются. Не стоит тут по улицам шариться, совсем не стоит. Идем.

Они поспешно двинулись к воротам в высокой стене, окружающей находящийся в некотором отдалении пустырь, на котором и возвели здания нужного им заведения. Над входной аркой виднелась скромная надпись: «Корабельная школа». Однако едва молодая семья подошла к воротам, как сзади раздался хриплый вопль:

— А ну стойте, гниды! Стойте, я сказал!

За Елизаровыми бежали четверо громил в грязной, мятой одежде. Они махали кулаками и выплевывали ругательства. Сашка одной рукой достал из кобуры пистолет, а второй поспешил дернуть за шнурок звонка возле массивной калитки. В ней распахнулось окошко, из которого на гостей хмуро посмотрел массивный зеленый орк.

— Чего надо? — проскрипел он.

— У нас направление на учебу, вот документы и платежный сертификат, — протянул ему бумаги парень.

Привратник быстро просмотрел их и кивнул, после чего начал отпирать калитку.

— Сюда идите, падлы! — буквально взвыл один из бандитов. — Вы куда намылились, суки вонючие⁈ Тут наша власть! Нам деньги отдавайте, а не этим козлам! Быстро, я сказал!

— Совсем охренели? — удивился орк. — Парни, а ну покажите придуркам, кто здесь хозяин!

Выше калитки тут же отворились четыре бойницы, из которых высунулись арбалеты. С них без промедления сорвались болты, вызвав из мостовой снопы искр под ногами бандитов. Они резко затормозили и принялись грязно ругаться, грозя школе и посмевшим пройти туда лохам всяческими карами. Но пересечь невидимую границу не рискнули и вскоре уныло поплелись прочь, предчувствуя наказание вожака за то, что упустили добычу.

— И почему вы их терпите? — удивленно спросил Сашка, войдя внутрь.

— Нам за них никто не платит, заплатят, в тот же день перебьем, — оскалил клыки привратник.

— Сколько это будет стоить? — спросил парень.

— Две сотни серебряных, — заинтересованно посмотрел него орк.

— Что-то дешево, — заметила Марха.

— Да они нам самим надоели до смерти, козлы обнаглевшие, — скривился привратник. — Но совсем бесплатно работать не можем, гильдия Наемников не поймет. А с ней ссориться себе дороже.

— Я заплачу эти две сотни, — решительно заявил Сашка. — У нас после войны тоже много бандюков было, но глава клана отдал приказ, и внутренняя стража их всех просто перестреляла. Без суда и следствия.

— Хороший у вас глава, решительный, — одобрительно кивнул орк. — А что за клан?

— Советский Союз.

— Слышал про него, большой и богатый. Одного токо не пойму. На хрена вам бепризорники? Вы, говорят, их берете.

— Они мечтают о доме, — пояснил Сашка. — И за клан, позволивший им исполнить свою мечту, будут стоять до последнего. Тем более, что у нас все новички клянутся в верности на жезле Древних.

— Это точно, — поддержала его Раха. — Мы вот все три бывшие уличные. Замуж за кланового вышли, — она кивнула на мужа. — И за Союз зубами рвать любого будем! Так о своих, как в нем, никто и нигде не заботится. Вот, за счет клана учиться направили, а учеба здесь, насколько я знаю, дорогая.

— Не просто дорогая, а очень дорогая, — усмехнулся привратник. — Но она того стоит. За три месяца вас на уровень помощников капитана выведут. О, за вами пришли. Надо же, сам секретарь директора. Господин Растахи.

Он кивнул на незаметно подошедшего высокого худого смеска с явной примесью крови нага, о чем говорила покрытая мелкими чешуйками кожа. Но, судя по темной коже и белым волосам, в его родословной однозначно потоптались еще и темные эльфы.

— Здравствуйте, уважаемый господин! — поклонились девушки, Сашка последовал их примеру.

— И вам добрый день, — чопорно кивнул секретарь. — Следуйте за мной.

— Одну минуту, пожалуйста, — энкаведешник достал кошелек, отсчитал двадцать золотых и протянул привратнику. — Это за уничтожение бандитов вокруг школы. Давайте слово.

— Вы решили потратить личные деньги на это? — задумчиво посмотрел на него господин Растахи. — Похвально. Школа готова выступить гарантом контракта, нам эти персонажи тоже поперек горла стоят, они почти никого к нашим воротам не подпускают, а нанимать отряд для силового решения вопроса нам постановлением суда запретил магистрат, кому-то Шунг там платит. Но частным лицам никто обращаться к наемникам для этого не запрещал, никто ведь и подумать не мог, что кто-то решит потратить на уничтожение бандитов свои средства.

— Со школой в гарантах вообще не вопрос, — прогудел появившийся откуда-то слева массивный гном в черненых доспехах, видимо, это и был Тунх Беспалый, предводитель отряда. — Чего хотите? Разогнать? Или?

— Или! — отрезал Сашка. — Преступник должен или сидеть в тюрьме, или лежать в могиле. В тюрьму здесь никого сажать не станут, значит, остается могила. Перебейте их всех, капитан.

— Сегодня же сделаем, — предвкушающе осклабился Тунх. — Ох, как же заорут завтра в магистрате…

— Когда дело будет сделано, пусть себе орут, — ухмыльнулся господин Растахи. — Хоть оборутся. Но тебе, парень, из школы лучше будет не выходить в ближайшие два месяца. Наемных убийц могут подослать, чинуши не простят, что их дойного турха лишили. Есть деньги на оплату общежития? Учти, это обойдется тебе в полсотни золотых в месяц, как минимум, за четыре комнаты.

— Это мои жены, — показал на несколько ошарашенных происшедшим девушек парень.