Другие дороги (СИ), стр. 24

— Пойдешь к нам второй женой? — предложила она. — Мишу я уговорю. Только чтобы никаких подлостей!

Надежда некоторое время стояла молча, неверяще глядя на орку, а потом прижала руки к груди и выдохнула:

— Пойду! На что угодно пойду, лишь с ним быть! И поклянусь самой страшной клятвой, что стану ему хорошей женой, а тебе верной подругой! Не могу без него! Не могу!

— Пошли, поговорим, — отвела ее к лавочке Капа. — Только расскажи мне, пожалуйста, что там вышло с этой Глашей. Мне надо знать, чтобы Мишу уговаривать.

— Да паршиво там вышло, — тяжело вздохнула Надежда. — Нам с Глашей Мишка очень нравился, да что там, втрескались в него обе по уши. А он на нее больше внимания обращал. Меня же в деревне десятой дорогой обходили, ведьмой звали. Ну да, бабка у меня и в самом деле ведьмой была, дар перед смертью мне передала. Но я никому не вредила! А тут словно переклинило. Начала слухи распускать, что Глаша гулящая. Трем мужичкам самогона поставила, чтобы рассказали, будто ее втроем имели. Им поверили, на нее пальцами показывать стали, шлюхой называть. А она взяла и утопилась после этого… Кто ж знал… Я уж как только грех этот ни замаливала… Виновата… Не подумала, что так кончиться может… Не про нее одну слухи всякие ходили… Но никто больше топиться не полез…

Немного успокоив плачущую женщину, орка задумалась. Она ведь не так и виновата, если разобраться. Дура — да, не подумала, чем может обернуться ее борьба за любимого. Но не конченая тварь, как думает Михаил. И как его переубедить? Придется аккуратно капать мужу на мозги, причем во время или после постельных игр, когда он расслаблен и добродушен.

Сказано — сделано. Капа начала планомерную осаду, поначалу делая легкие намеки, что Надежда не так и виновата, что она не хотела ничего дурного, просто так вышло — ляпала языком, что ни попадя, а Глаша почему-то восприняла это всерьез. Михаил поддавался убеждению очень тяжело и медленно, но все же постепенно поддавался. Времени на это ушло немало, но он понемногу начал сомневаться в своих выводах.

В какой-то момент Капа поняла, что пора, и по прошествию двух месяцев кузнец обнаружил в супружеской постели двух женщин. Хотел было воспротивиться, но они не позволили, устроив кузнецу такое светопреставление, что он потом два дня ходил очумевший. А они продолжали удивлять мужа. И вскоре Михаил понял, что не готов отказаться от этого. Что им по-настоящему хорошо втроем.

Так и вышло, что незадолго перед отъездом он расписался и с Надеждой, она тоже подала заявление в Совет по колонизации, и на планету, имевшую одно имя с его второй женой, они отправились втроем.

Глава IX

Звери нападали на лагерь в течение первых десяти дней, а затем как отрезало — до них явно дошло, что новые хищники крайне опасны и от них лучше держаться подальше. Тем более, что мобильные группы охотников хорошо проредили число волков, рексов и шакалов. В итоге в окрестностях лагеря их почти не осталось. А сам лагерь постепенно превращался в деревню — люди лихорадочно строили теплые избы и бараки. Зима обещала быть очень суровой, синоптики предсказывали морозы до минус пятидесяти.

Аня с Рухосом пока жили в палатке, зато отдельной. Им было очень хорошо вместе, оба старались поддерживать друг друга во всем. Единственное, что расстраивало молодую жену, это то, что одинокие девушки из Миросплетения начали строить ее мужу глазки и показывать то бедро, то ножку, то грудь. Они явно хотели добиться его внимания, и хотя он пока видел только Аню, она понимала, что мужчина есть мужчина. И вполне может клюнуть на заигрывания какой-нибудь красавицы, а таковых среди переселенок хватало. Взять хотя двух эльфиек, темную и светлую, на них все мужчины в лагере засматривались, а они вертелись возле Рухоса, если имели такую возможность. На таких попробуй не обрати внимания!

Школу, в которой Ане предстояло со временем работать, уже строили на соседнем холме. Здание получалось просторным и крепким, хоть и строилось чисто из дерева. Впрочем, на Руси это делали издавна и мастера деревянного зодчества еще не перевелись.

Переселенцы работали как проклятые, почти без сна и отдыха. Грузы с Земли доставлялись каждый день. Помимо Новомарсианска строили еще пять городов и больше двадцати поселений по всему экваториальному поясу планеты. В основном, на пригодных для земледелия местах. Разметили поля и начали вспашку для озимых.

Однако все большую необходимость приобретала дальняя разведка, требовалось выяснить пути миграции стай волков и рексов, да и вообще обследовать максимум доступной территории. В том числе и в областях, где царила вечная зима. Исследовательскую экспедицию следовало подготовить тщательно, терять людей было крайне нежелательно. А на Новом Марсе это легко, слишком уж местные звери агрессивные.

Зато травоядные на планете оказались очень хороши — огромные подобия зубров, антилоп и ни на что знакомое не похожих животных, названных корхами. Они напоминали мясной шар на ножках, ими, в основном, и питались хищники. Теперь прореживать их число пришлось людям, иначе, по предположению ученых, могло произойти то же, что с кроликами в Австралии. Что ж, охотничьи партии занялись делом, и корабли уже не уходили на Землю пустыми, увозя очень вкусное мясо в больших количествах.

На совещание по предстоящей экспедиции собрались представители силовых ведомств поселка — полковник Зверев, Рухос, его заместители Гартис, зеленый орк, Иркес, дроу, и Харталас, светлый эльф. Помимо них позвали старшего охотника, Шайхаласа Алахасовича Эстарова, тоже светлого эльфа, завхоза, Павла Петровича Муравьева, и парторга, Ивана НиколаевичаТомашева. И, как ни странно, Аню. Возможно потому, что ее избрали комсоргом Новомарсианска.

— Здравствуйте, товарищи! — встал полковник, когда все собрались. — Нам необходимо решить вопрос с отправкой исследовательской экспедиции и составление карты окрестностей города. У нас имеются только снятые сверху, а этого явно недостаточно, вокруг густые леса. Опытных картографов обещали прислать завтра. Хочу выслушать ваши предложения.

— Думаю, следует отправить три-четыре хорошо вооруженных вездехода на антигравитационной подушке, с опытными разведчиками, — по некоторому размышлению высказался Рухос. — В городе ситуация стабилизировалась, так что я смогу возглавить экспедицию. Также в ее состав следует включить двух-трех охотников. И, понятно, картографов и других ученых.

— Хорошо, так и сделаем, — согласился Зверев.

— С экспедицией обязательно должен отправиться политрук, — вмешался парторг. — Капитан Берман хорошо подготовлен и как боец, и как комиссар.

— Принято, — не стал спорить полковник. — Но не Берман, — этого человека он не слишком любил, тот был слишком навязчивым и не раз устраивал командованию неприятности, да и доносить любил. — Лучше старший лейтенант Якимов, Сергей Павлович. Он более подготовлен.

Иван Николаевич скривился, но портить отношения с командиром не стал, он искренне не понимал всеобщего отрицательного отношения к Берману, но решил, что пусть будет так. Да, любит человек сообщать про свои подозрения и домыслы о разных людях начальству, так это же хорошо, в случае чего оно будет предупреждено, будет знать, чего ждать от человека, хорошего или плохого. Увы, остальные почему-то считают иначе. Жаль, Наум Израилевич бы четко доложил о настроениях в экспедиции и кто чем дышит. Времена, конечно, изменились, далеко не тридцать седьмой год, но папочку на каждого иметь все равно желательно. Мало ли что.

— Однако потребуется хорошо вооружиться, — продолжил Рухос. — Рексов берут только мезонники и магия. Так что нам желательно выделить парочку боевых магов, стихийников там или некромантов.

— Некромантов? — вскинул брови Зверев. — Сегодня же отправлю запрос, в Наркомат магии, там, насколько мне известно, не знают, что делать с магами этой специализации. Нанять наняли, а теперь чешут в затылке и думают куда их пристроить.