Наследник $$$ уровня IV (СИ), стр. 42

Катрин некоторое время молчала, переваривая услышанное.

— Поэтому так важно его сохранить?

— Это одна из причин.

— Какая самая главная?

Я улыбнулся ей.

— Самая главная причина в том, что это моё.

В этом ответе умещалось куда больше, чем хотелось объяснять. Я годами строил чужую компанию и относился к ней как к собственной. Здесь же впервые действительно создавал что-то, принадлежавшее мне от начала и до конца. Ошибки, победы, люди, риски — всё моё.

С Тайроном такой подход не прокатит.

Хавьер мягко вёл старенькую арендованную машину к старенькой арендованной квартире.

Я размышлял о бессмысленном, но полном старых обид разговоре в кругу семьи и постепенно приходил к выводу, который последние недели постоянно откладывал.

Скрытность давала преимущества, пока Вида была маленькой и уязвимой. За это время сеть выросла, появился Вифон, рекламный кабинет начал приносить деньги, вокруг компании сформировалась настоящая структура.

Теперь тайна скорее мешала.

Отец уже воевал с Видой независимо от того, знал он имя владельца или нет. Семвик быстро рос. Всё больше людей внутри компаний видели меня рядом с Матео, производством и рекламой. Чем крупнее становился бизнес, тем сложнее было изображать случайного акционера.

Пожалуй, моё время вышло.

Больше не было смысла скрываться.

Инкогнито выполнило свою задачу и постепенно превращалось в ограничение.

Тайрон смотрел на семью, которая довольно быстро сменила тему после ухода Виктора. Хулио что-то рассказывал матери о выставке, Линда время от времени вставляла замечания, Бланка почти не участвовала, а Джозеф сохранял то самое спокойствие, которого отец добивался последние дни.

Сам Тайрон разговором доволен не был.

Хотел наладить отношения, а в итоге только поднял старые обиды и добавил несколько новых. Он привык решать проблемы иначе. В бизнесе можно было найти точку давления, предложить деньги, поставить условия, заменить руководителя. Семья подчинялась таким методам значительно хуже.

Особенно Виктор.

Старшие братья его не признавали. Причин хватало. Ещё недавно младший был позором семьи, избалованным мальчишкой, от которого никто не ждал ничего серьёзного. Теперь он внезапно полез наверх с такой скоростью, что привычное положение вещей разваливалось прямо на глазах.

Джозеф видел в нём соперника. Хулио раздражала сама мысль, что человек, которого он годами считал пустым местом, может оказаться успешнее. Виктор отвечал им взаимностью и совершенно не пытался сглаживать углы.

Тайрон задумался, действительно ли всё это необходимо.

Может, стоило оставить Виктора в покое и заняться тем, что находилось непосредственно в его руках. Развивать Семвик параллельным курсом, сделать ставку на Джозефа, постепенно передать ему построенный конгломерат и подготовить новое поколение руководителей.

Джозеф почти готов. Ему мешали вспыльчивость, гордость и болезненная реакция на поражения, но это можно исправить опытом и ответственностью. Тайрон сам в его возрасте совершал достаточно ошибок.

Он сделал глоток виски и посмотрел на старшего сына, затем перевёл взгляд на пустое место, где недавно сидел Виктор.

Может, и правда сделать именно так?

Глава 17

Ева Арано

До собеседования на заводе оставалось чуть больше семи дней, только Ева об этом ещё не знала.

Будильник разбудил хозяйку в четверть седьмого. За окном ещё горели фонари, квартал спал, и только у пекарни на углу гремели лотками, принимая утренний хлеб.

Она выпила стакан воды, зашнуровала кроссовки и вышла на улицу. В этот час по городу ходили только редкие дворники и поливальные машины. Шесть кругов по скверу Ева пробежала в ровном темпе, на седьмом прибавила и к подъезду вернулась с горящими легкими. Утро, начатое с бега, придавало сил и бодрости, она уже привыкла к этому, для нее это была рутина…

Дешевый старый зал в подвале находился через две улицы. Тут пахло железом и магнезией, из дальнего угла доносился мерный стук, кто-то разминал грушу. Ева отработала час: присед, тяга, под конец мешок, пока мышцы не ушли в отказ. Завсегдатаи у стойки давно перестали коситься в её сторону и лезть с советами, за что она была им признательна.

Домой вернулась к девяти. Съемная однокомнатная квартира встретила тишиной, зато окна выходили на восток, делясь с комнатой небольшим кусочком утреннего солнца. Ева ненадолго села на кровать, поправила кобуру с пистолетом, который висел на спинке, и глубоко вздохнула. Надо было собраться с мыслями перед очередным сложным днем. Но сначала надо сходить в душ.

После водных процедур Ева сварила рис с курицей, прикинув в уме на сколько дней ее можно растянуть. Выходило прилично. Готовила она хорошо и знала об этом, просто раньше умение служило развлечением, а теперь превратилось в обязательную рутину для выживания.

После еды настала очередь глажки.

Скудный гардероб занимал половину шкафа, вторая половина давно пустовала. Ева сняла с плечиков блузку, расправила на доске и повела утюгом вдоль шва. Дальше на перекладине висели два платья, костюм и пальто, всё, что осталось. Остальное разошлось по скупщикам, вежливым людям с цепкими глазами, которые мяли ткань и называли треть цены. Торговаться Ева умела, но покупатели чуяли нужду.

Первый прием назначили на два часа.

Торговая компания занимала этаж в приличном здании, с кофе в приёмной и секретаршей, которая осмотрела кандидатку с ног до головы. Кадровик листал бумаги минуты три, потом поднял глаза.

— Опыт любопытный. Но меня смущает пробел в стаже. Чем вы занимались последний год?

— Семейными делами, — Ева сохранила невозмутимое лицо.

— Ясно, — он вернул листы в папку и выровнял края. — Вакансия менеджера закрыта, осталась позиция в архиве. Оклад скромный, зато стабильность. Подумайте.

Про архив Ева думала пока шла до лифта.

Во второй конторе слово «менеджер» оказалось приманкой. За дверью с золотистой табличкой ей предложили обзванивать людей по списку, и только процент с продаж, оформление через полгода, если покажет себя. Начальник, потный мужчина в рубашке с коротким рукавом, называл это карьерным трамплином. Ева поблагодарила и вышла, не уточнив, куда с этого трамплина обычно приземляются.

В третьем месте искали помощницу руководителя со свободным графиком. Руководитель изучал не резюме, а вырез её блузки, и обязанности описывал туманно, зато уверенно пообещал жилье. Ева поднялась на середине фразы, аккуратно задвинула стул и пожелала успехов в подборе персонала. Хлопать дверью она не стала.

К вечеру адреса закончились. Ниже падать было некуда, дальше начинались серые подработки.

Домой Ева шла пешком, экономя на автобусе. Ноги гудели после дня на каблуках, город остывал, из открытых дверей забегаловок тянуло жареным мясом и хлебом. На брусчатке у моста каблук провалился в щель, хрустнул и остался торчать между камней.

Ева помянула вполголоса Деву Спасительницу, разулась, уперла целую туфлю в бордюр и дожала каблук. И идти на ровных подошвах стало проще.

До дома оставалось два квартала. Там её ждали остывший рис и газета, купленная утром ради колонки объявлений.

Дорогую машину Ева заметила ещё на перекрёстке.

Она стояла у облезлого кондоминиума, как инородный предмет, не сочетающийся с окружением, длинная и вылизанная до зеркального блеска. Водитель в черном костюме замер у задней двери.

Эту машину Ева узнала бы из тысячи.

Взгляд метнулся к наручным часам, и внутри всё оборвалось. Она досадливо скривилась, в глазах защипало, и захотелось выругаться посреди улицы. Но вместо этого Ева побежала.

Туфли без каблуков шлёпали по тротуару, дыхание сбилось на первых же метрах, хотя утром она спокойно держала такой темп.

Задняя дверь открылась ей навстречу раньше, чем она добежала. Из салона выбрался мужчина лет тридцати, красивый и ухоженный. За его спиной, в глубине салона, Ева успела увидеть мальчика лет пяти, забравшегося с ногами на сиденье.